Наверх
16 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2010 года: "СИНТЕТИКА ЧУВСТВ"

Будущее музыки в сочетании стилей и музыкальных направлений, уверен руководитель и создатель Хора Турецкого народный артист России Михаил ТУРЕЦКИЙ.    В этом году арт-группе «Хор Турецкого» исполняется двадцать лет. В преддверии юбилейных концертов коллектива в Кремле 26-28 но-ября «Профиль» поговорил с руководителем хора о том, как преодолеть конфликты в творческой среде, что ждет современную поп-музыку в будущем и как можно исполнять «Реквием» Моцарта на стадионе.
   
   — Говорят, ваши родители были против ваших занятий музыкой?
   — Мои родители были шокированы тем, что ребенок абсолютно чисто интонирует все мелодии, которые идут из телевизора, едва зная слова «мама» и «папа». Песни «С чего начинается родина», «Пусть всегда будет солнце», «Дан приказ ему на Запад» в полтора года я уже мурлыкал себе под нос. Как только я начинал петь, всех родст-венников это приводило в состояние, близкое к экста-зу. Моим родителям ничего не оставалось, как ставить меня на стульчик перед гостями, а потом отдать учиться музыке. Но я был очень неусидчив и предрасполо-жен скорее к спорту, чем музыке. В Хоровое училище им. Свешникова поступил, когда мне было одиннадцать, хотя все поступают туда с се-ми. Пришлось догонять. Училище и далее Институт им. Гнесиных были очень сильными и прогрессивными. Там работали практикующие педагоги. Мне и моим коллегам очень повезло в плане образования.
   — Как удается вам руководить таким большим коллективом, конфликты бывают?
   — Мы, можно сказать, выросли из одной песочницы, все учились музыке не менее пятнадцати лет, поэтому понимаем друг друга с полу-слова. Двадцать лет для творческого коллектива — это серьезный срок! А самая большая гордость — то, что шесть человек работают у нас практически с самого начала его основания. Они пришли сюда совсем юными. И только несколько человек работают относительно недавно. У нас нет текучки. Мы свя-заны одной большой красивой идеей, это нас объеди-няет. А конфликты? На пути у яркого и самобытного кол-лектива все бывает. Но, как правило, все вопросы разре-шаются в репетиционном за-ле, где мы ежедневно работаем по 6-8 часов.
   — Конфликты на почве быта бывают?
   — Жизнь артиста предполагает определенные ограни-чения в комфорте. Но мы ста-раемся создавать по возможности условия, чтобы быт не давил. До такого, как у известной группы ABBA, артисты которой на общем проекте общаются через адвоката и подписывают контракт о том, что не подойдут друг к другу более чем на 30 метров, думаю, у нас никогда не дойдет. Учитывая, что на гастролях мы очень много времени проводим вместе, давно выработали правила в отношениях и в работе. Например, у нас никто не имеет права опаздывать…
   — За это, говорят, вы можете оштрафовать?
   — Теоретически могу, но не-эффективно штрафовать на 100 евро, вот если на всю зар-плату, то это серьезно. Сра-батывает другое — страх перед тем, что можешь подвести коллег. Нельзя выпивать в принципе. Похмелье может испортить качество звучания на следующий день. А мы в гастрольном туре каждый день — сегодня Мюнхен, а завтра Новосибирск… В инструкции написано, что заниматься любовью в день концерта нель-зя: артист недодаст энергии за-лу. Нельзя себя растрачивать эмоционально и физически в день концерта. В нашей стране большие возможности для интертейнмента. И если люди приходят на Хор Турецкого, то артисты должны соответствовать ожиданиям публики на 110 процентов.
   — Когда вы поняли, что коллектив должен расширить границы своего репертуара?
   — Я рано осознал, что сфера моих интересов гораздо шире классики, которой меня учили в Гнесинке. Мне интересно роковое, джаз-роковое направление, фанк, мюзиклы, негритянские танцевальные мотивы, шансон, кантри, романсы, советская песня. Еще в институте я понимал, что скоро настанет время синтеза музыкальных направлений и жанров. Когда мы спели всю классику — ее не так много для мужского ансамбля, — мы решили, что мужской хор может спеть рок-балладу, написанную для одного голоса, или женскую арию. С этого момента хор перестал быть хором. Репертуар расширился до немыслимых пределов, мы стали петь все, что можно петь… У нас есть несколько парней, которые могут петь женским голосом — артисты воспитали в себе это специальными тренировками. На-пример, когда мы поем «Реквием» Моцарта или оперу Верди, несколько человек по-ют у нас за женщин, несколько — за мужчин. В оперу мы добавляем роковый инструментал. Это звучит очень про-никновенно и ярко. И после всех этих изменений мы можем исполнять эту музыку на стадионе. Это была наша задача — выйти за пределы консерватории. Мы обращаемся в первую очередь к тем, кто туда вообще не ходит, а у нас в стране таких 90 процентов. Причины разные: в городе нет консерватории, в оперу трудно приехать. Не просто усидеть три часа, чтобы услышать самые яркие арии. Я не устаю повторять, что музыка очень сильно может повлиять на развитие общества в целом. Вот в современной Германии, например, каждый третий поет в хоре! А в стремительно развивающейся Юж-ной Корее каждый гражданин владеет каким-нибудь музыкальным инструментом!
   — Не боялись, расширяя репертуар, потерять часть своей уже завоеванной аудитории?
   — Революционно это не происходило. Классика — это то, что мы лучше всего делаем. Мы осмелились обогатить ее современным прочтением и вывести на эстраду. Сделать доступной, понятной и притягательной для многих… По-этому аудитория только расширилась. Мы стараемся показать в одной концертной программе все богатство и разнообразие лучшей музыки, ее безграничные возможности. Мы исполняем русский городской романс «Белеет парус одинокий» Варламова вместе с фрагментом песни из кинофильма «Двенадцать стульев»… Но важно то, как соединены разные «ингреди-енты». И главный секрет здесь — высокий профессионализм, чувство меры и вкуса, филигранное владение материалом, знание истории музыки, уникальные голоса.
   — Кого в музыке вы считаете иконами?
   — По образованию я — дирижер симфонического ор-кестра. Для меня Евгений Мра-винский — икона… В юнос-ти попал на его репетицию. И вот, сидит на барном стульчике человек за 80 лет и репетирует: Пятая симфония Чай-ковского, Девятая — Бетхо-вена, а в его оркестре вся профессура. И они слушали его так, будто впервые узнавали, как эти, казалось бы, хрестоматийные произведения для студентов надо исполнять. А в шоу-бизнесе все держится на четырех китах — Эл-вис Пресли, Майкл Джексон, Фредди Меркьюри, Элтон Джон. Каждый из них — революционный прорыв в популярной музыке.
   — Что готовите для юбилейного концерта в Кремле?
   — Готовим яркое, незабываемое зрелище. Будут премьеры, например уникальная Casta Diva — каватина Нормы из оперы Беллини — одна из самых трудных для исполнения итальянских арий для сопрано. Во всем мире лишь очень немногие прославленные вокалистки осмеливаются исполнять на сцене эту партию из-за ее необычайной сложности. В Хоре Турецкого ее блестяще женскими голосами споют мужчины. Будет сюрприз — выступление нашей дочерней группы «Сопрано 10». Это десять лучших женских голосов нового поколения, которые мы тщательно отбирали из сотен, по всей стране. Многим хочется назвать их аналогом Хора Турецкого. Но я терпеливо объясняю: «Не может быть женщина аналогом мужчины». Я вижу «Сопрано 10» как новый виток бренда, поскольку это новые грани и возможности. Открою секрет: специально для них мы взяли популярную мелодию из знаменитого фильма «Профессионал», написали к ней слова, и десять горячих женских сердец исполнят «Нетленна только любовь». И, поверьте, это стоит увидеть.
   — Нет ощущения, что Хор Турецкого — конечный продукт. Вот споете весь мировой репертуар, а дальше?
   — Все спеть невозможно, но мы будем стараться (смеется). У нас свой уникальный формат, дающий множество творческих идей и перспектив. Двадцать лет для нас — это расцвет коллектива. Ракета летит, у нее есть потенциал подниматься выше. У нас есть амбиции развиваться. Надо лучше петь, двигаться, делать наши шоу еще более интересными, создавать более яркие композиции, нет совершенства в этом направлении.
   

   ДОСЬЕ
   Михаил ТУРЕЦКИЙ, руководитель и создатель арт-группы «Хор Турецкого»
   Родился 12 апреля 1962 года в Москве.
   1980-1985 — учеба в Му-зыкальной академии им. Гнесиных на дирижерско-хоровом факультете, там же окончил аспирантуру.
   1989 — создает свой коллектив — прототип сегодняшнего хора.
   1995-1996 — работа по контракту в США.
   1997 — Хор получает статус государственного.
   2003 и по настоящее время — концертные туры по всему миру.
Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK