Наверх
15 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2010 года: "СКАЗАНИЕ О ПОЛИЦИИ"

Общественное обсуждение законопроекта «О полиции» завершилось. Что думают о планах реформирования МВД эксперты, граждане и сами милиционеры?    15 сентября официально завершилась интернет-дискуссия вокруг законопроекта «О полиции». Предполагается, что теперь его авторы должны изучить и обобщить все поступившие предложения и даже, глядишь, что-нибудь подправить. Впрочем, сделать это будет нелегко. На сегодня свои отзывы по поводу законопроекта оставили более 28 тыс. россиян! В целом же по стране, по данным «Левада-Центра», о законопроекте знают 73% россиян, правда, каждый второй (52%) из них не верит в его эффективность. Ожесточенные споры продолжают кипеть в Госдуме, Общественной палате, Ассоциации юристов России и МВД. Законопроект даже столкнул между собой всегда сплоченных единороссов, которые, как оказалось, могут содержательно дискутировать друг с другом. Разные мнения есть и у представителей министерств и ведомств. А времени остается не так уж много: ранее президент Дмитрий Медведев заявлял, что закон «О полиции» должен вступить в силу с 1 января 2011 года. Между тем от того, какие из мнений глава государства учтет, а какие проигнорирует, будет зависеть, куда поплывет правоохранительный корабль с новым названием, и будет ли новая силовая структура эффективнее и чище нынешней милиции. «Профиль» попросил политиков и экспертов прокомментировать самые спорные положения проекта.
   
ЧЕСТЬ МУНДИРА
    «Сотруднику полиции запрещается допускать публичные высказывания, суждения и оценки, в том числе в средствах массовой информации, в отношении деятельности государственных органов и их руководителей».
   Член комитета Госдумы по безопасности, генерал-лейтенант милиции в отставке Алексей РОЗУВАН:
   «Запрет о критике руководства списан с закона «О гражданской службе», так как гражданским служащим также запрещено высказывать свою позицию в отношении вышестоящих руководителей в СМИ. Дело в том, что такие, как майор Дымовский, высказывают свое мнение и свою позицию, хотя она не всегда бывает объективной и справедливой. А это вызывает волну народного возмущения и недопонимания. Если кто-то хочет раскритиковать свое руководство или предложить какие-то меры по совершенствованию правоохранительной системы, он может в существующем порядке написать рапорт вышестоящему руководителю, объяснив свои пожелания и предложения. Будет организована проверка, и все будет выяснено наверняка».
   Председатель координационного совета профсоюза сотрудников милиции Москвы Михаил ПАШКИН:
   «Запрет на критику руководства стал ответом на появление в Интернете обращения майора Алексея Дымовского, который прямо рассказывал о том, что происходит в МВД. В результате было принято решение закрыть рот всем сотрудникам, чтобы они не рассказывали правду. Но если из пруда воду не откачивать, она сгниет. То же самое произойдет и в МВД. Кроме того, принятие этой нормы позволит развернуть чистку среди тех, кто неугоден, слишком честен, не берет взятки и имеет свой взгляд на происходящее. Это уже идет и будет продолжаться с принятием закона «О полиции», но теперь уже по вполне понятным причинам».
   
БИТЬ ИЛИ НЕ БИТЬ?
    «Сотрудник полиции имеет право применять физическую силу во всех случаях, когда настоящим законом разрешено применение специальных средств или огнестрельного оружия».
   Член комитета Госдумы по безопасности, генерал-лейтенант милиции в отставке Александр ГУРОВ:
   «Здесь нового ничего не придумано, только детализировано. Все это уже содержалось в подведомственных нормативных актах. Появились только нормы о групповом применении оружия при антитеррористических операциях и отражении нападения бандгрупп. Раньше этого не было. А о том, как бить, куда бить и какие спецсредства применять, все было прописано в других нормативных актах. Конечно, из закона можно все эти положения убрать, чтобы никого не шокировать, но ведь нужно понимать, что граждане должны знать этот закон, чтобы можно было в какой-то мере себя обезопасить. Так как, извините, когда вас будут бить дубинкой или пускать газ, врываться в квартиру, вы должны знать, когда это может произойти и при каких обстоятельствах. Не зря же в Древнем Риме вывешивался закон на площадях, чтобы люди знали его. Ведь внутренние инструкции нам никто не показывал и не покажет. Поэтому здесь я ничего страшного не вижу».
   Член Общественной палаты РФ Александр БРОД:
   «У меня есть опасения, что при низком качестве юридической подготовки документа есть риск, что, если человека забьют до смерти, никаких санкций в отношении полицейских не последует. Их просто нет в законопроекте. Зато там есть нормы, разрешающие избивать людей дубинками и другими спецсредствами, основываясь на букве закона. Я считаю, что эти нормы серьезно противоречат концепции реформирования ведомства в целом».
   
НОВОЕ НАЗВАНИЕ


   «Полиция — федеральный орган исполнительной власти в сфере внутренних дел предназначен для защиты жизни, здоровья, прав и свобод граждан РФ, иностранных граждан, лиц без гражданства, для противодействия преступности, охраны общественного порядка, собственности и обеспечения общественной безопасности».
   Руководитель Центра правовой и психологической помощи в экстремальных ситуациях, полковник милиции в отставке МИХАИЛ ВИНОГРАДОВ:
   «Переименовывать стоит. Потому что название «милиция» не соответствует функциям, которые выполняет МВД. Она переименована во многих бывших республиках СССР, что соответствует требованиям к этой службе. Принесет ли это пользу? Название должно что-то изменить как в психологии сотрудников, так и в психологии населения. Кроме того, новое звание полицейского позволит и самим сотрудникам правоохранительных органов почувствовать себя другими. Знаю многих майоров полиции, которые про свое звание полицейских говорят с оттенком гордости. Есть надежда, что с изменением названия и формы многие полицейские уже не будут позволять себе те же злоупотребления, что и раньше».
   Президент фонда «Общественное мнение» Александр ОСЛОН:
   «Изначально отношение россиян к переименовыванию милиции в полицию было негативным, но вовсе не из-за предстоящих расходов на смену вывески. Для многих полиция ассоциируется с царской полицией и с фашистскими полицаями в концлагерях. Кроме того, есть риск, что если за сменой названия не последует смены содержания работы правоохранительных органов, новое название станет дополнительным раздражающим фактором. Тем более что большинство россиян уже привыкли к милиционерам».
{PAGE}
   
СЕКРЕТЫ ФИРМЫ
    «Полиция при выполнении возложенных на нее обязанностей имеет право беспрепятственно знакомиться в организациях с необходимыми материалами, документами, статистическими данными и иными сведениями».
   Первый зампред комитета Госдумы по гражданскому законодательству Дмитрий ВЯТКИН:
   «Дело в том, что проверки бизнеса правоохранительными органами уже легитимированы в законах «О банках и банковской деятельности» и «Об оперативно-розыскной деятельности», и то, что это нашло отражение в законопроекте о полиции, вполне логично. Оперативно-розыскную деятельность никто не отменяет. Она должна вестись. И полностью сказать, что в экономическую деятельность не имеют право вмешиваться сотрудники полиции, это тоже неправильно. При расследовании многих уголовных дел очень важно своевременно получить доступ к документам, которые в дальнейшем будут использованы в качестве доказательства в уголовных делах, так как зачастую преступники действуют очень оперативно».
   Председатель общественной организации «Бизнес-солидарность» Яна ЯКОВЛЕВА:
   «Это означает, что будущая полиция не хочет терять контроль над экономикой. Это говорит о том, что МВД, как и раньше, относится к бизнесменам, как к потенциальным преступникам, и использует их только для того, чтобы вымогать деньги. Естественно, когда в компанию приходит бумага с просьбой предоставить полиции все договора и всю внутреннюю документацию, акты и товарно-транспортные накладные, причем за последние пять лет, это абсолютно блокирует работу предприятия. В результате предприниматели сперва пытаются понять, что конкретно нужно полицейским, а затем и вовсе решить вопрос с помощью денег. Но самое опасное даже не ксерокопирование тысяч бумаг, а то, что полицейские могут передать всю внутреннюю документацию рейдерам и захватчикам, как это уже было не раз. В этом случае при помощи нотариусов можно будет внести изменение в реестр или провести ложную регистрацию».
   
ПРОНИКНОВЕНИЕ В ЖИЛИЩЕ
    «Полиция имеет право входить беспрепятственно либо проникать в любое время суток в жилые и иные помещения граждан, на принадлежащие им земельные участки с повреждением, если в этом есть необходимость, запирающих устройств».
   Зампред комитета Госдумы по делам СНГ, генерал-майор милиции в отставке Татьяна МОСКАЛЬКОВА:
   «Профессионалы и юристы видят, что эта конструкция содержит серьезные гарантии личности, с одной стороны, и создает возможности для выполнения задач по защите чести и достоинства граждан, с другой. Так как полиция имеет права входить в жилище и на земельные участки собственника только в случае преследования преступника, когда есть данные о том, что там произошел несчастный случай и в случае стихийного бедствия или катастрофы. На практике это возможно, во-первых, когда в квартире укрылись террористы, ведущие обстрел, и их просто необходимо взять штурмом. Во-вторых, когда к нам обращаются дети и внуки, матери и бабушки, родственники которых несколько дней не отвечают на телефонные звонки, и просят вскрыть квартиру их близких (сейчас с юридической точки зрения это невозможно сделать). И, в-третьих, когда в закрытой квартире или доме пылает пожар или льется вода. Главное, что после того как полицейские проникли в жилье, они должны доложить об этом своему руководству и в течение 24 часов написать рапорт прокурору, который начнет проверку обоснованности таких действий. Теракт во Владикавказе доказал, что милиции нужны права досматривать и жилище, и транспорт, и проверять документы. Сейчас же обсуждение закона используется для разжигания ненависти к профессии».
   Член комитета Госдумы по бюджету, адвокат, телеведущий Андрей МАКАРОВ:
   «Этот закон не пригоден в принципе весь. Кто сегодня мешает милиционерам проникнуть на территорию частного владения, если они преследуют преступника или из этой квартиры раздаются крики о помощи? Но теперь в законе появляется формулировка «если есть необходимость», «если есть основание полагать», что это нужно для того-то и того-то. А ведь «необходимость» и «основания полагать» у наших правоохранительных органов есть всегда. Это говорит о том, что они всегда могут проникнуть в ваш дом или в вашу квартиру и уже потом объяснять, что у них были «основания полагать». Кроме того, полицейским разрешается не просто пройти в квартиру, но и прострелить замок. Давай-те представим себе ситуацию, что у вас в квартире ребенок или старушка, которые боятся открыть дверь полиции и просто стоят под ней. И тогда полицейский абсолютно правомерно берет и стреляет в эту дверь из своего пистолета. И за то, что будет с человеком, который стоит за этой дверью, он отвечать не будет».

   ВЗГЛЯД «ПОЛИЦИОНЕРОВ»
   «Профиль» обратился с просьбой к действующим сотрудникам милиции высказать свое мнение по поводу грядущих новаций.
   Подполковник милиции Павел (оперуполномоченный по особо важным делам «убойного» отдела):
   «Они взяли старый закон «О милиции», вписали туда куски из 105-го приказа (распоряжение министра «О вежливом обращении с гражданами». — «Профиль»), добавили еще пару абзацев из других приказов, номера, правда, сейчас не вспомню. Еще про Интернет добавили (видимо, чтобы президенту нравилось), а также чьи-то «эротические фантазии» (я имею в виду пункт о том, куда можно, а куда нельзя бить дубинкой). Они бы вместо того, чтобы тратить деньги на замену вывесок, курсы ликбеза открыли: уровень юридической подготовки сотрудников — ниже некуда. Если же серьезно, то реформировать систему надо давно, но переименование — это последнее, в чем она нуждается. Система продолжает деградировать, и это самое страшное. Взять хотя бы те же показатели (отношение зарегистрированных преступлений к раскрытым. — «Профиль»): советские «менты» хотя бы не плодили «левых» посадок. А сейчас — грамотно «зашмелил» (подбросил оружие или наркотики. — «Профиль»), и ты в шоколаде, можешь месяц ничего не делать. Нужно менять подход. Нельзя давать власть карать или миловать тому, кто в обычной жизни был не востребован. Нормальная реформа займет не один год. Хорошо, что я буду уже на пенсии и этого цирка не увижу».
   Капитан милиции Андрей (старший оперуполномоченный уголовного розыска):
   «По большому счету, что закон «О милиции», что закон «О полиции» никогда практически не регламентировал нашу работу. Начальники просто имитируют реформу. Если они всерьез думают, что новый закон что-либо изменит, это клинический оптимизм. Во многом нынешние проблемы системы — проблемы доверия. Зачастую свидетеля приходится «плющить» круче, чем обвиняемого. Они не хотят говорить, ходить к следователю, в суд. Создается ощущение, что ловить преступников нужно только нам — остальному населению плевать. Если же происходит что-то серьезное, всегда возникает вопрос: куда смотрела милиция? А вы-то куда смотрели? Типовой набор реплик выглядит так: «Что, придется ходить к следователю? Нет, мы ничего не видели, и вообще нам завтра на работу». По идее, с преступностью должно бороться население, а милиция — выступать в качестве эксперта. Однако когда на каждом углу видишь хмурого постового, который думает на ком бы ему заработать, чьи бы документы еще проверить… С такой структурой самому общаться не хочется».
   Майор милиции Дмитрий (начальник отдела дознания):
   «Закон как закон, в нем не больше глупости, чем во многих других. Ну да, работать он не будет, можно подумать, что все принимаемые законы у нас работают. К примеру, приняли депутаты закон, назначающий штраф за распитие пива на улице, а нам его исполнять, поскольку нужно давать показатели. Депутаты могут себе позволить пить исключительно в ресторанах, а остальные люди — нет. В итоге идет милиционер и штрафует народ, пьющий на лавочке. После этого его воспринимают не иначе, как инопланетного оккупанта или просто фашиста. Причем здесь нет и не может быть набора незыблемых установок. Тот же оперативник работает в серой зоне закона. Агентура — это преступники, которые, чтобы обладать информацией, время от времени должны совершать пусть и незначительные, но преступления. Грань этой значительности определяет каждый для себя. Перейти грань, превратившись из служителя закона в пособника бандитов, очень просто. Сломав же у милиционеров неумными законами установку на поддержание среднего порядка, наши властители получили группу вооруженных людей, не связанную социальными обязательствами».
   При участии Василия Торопова.
Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK