Наверх
23 октября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2006 года: "Убийство Ратенау: как это было по-русски"

Каждое утро министр иностранных дел Германии Вальтер Ратенау отправлялся из своего дома на Кёнигс-аллее (в Грюневальде) на улицу правительственных учреждений Вильгельмштрассе, где находилось и его министерство. От охраны он упрямо отказывался.24 июня 1922 года без десяти одиннадцать утра навстречу его автомобилю выехала машина с тремя молодыми людьми. Они девять раз выстрелили в министра из револьверов и еще бросили ручную гранату. Ратенау был убит на месте… Примерно год назад, 17 марта 2005 года, в России тоже состоялось одно громкое покушение. Между этими двумя столь разными событиями есть, оказывается, кое-что общее.
Почти как Гитлер
   …Вальтер Ратенау на посту министра был свидетельством возвращения Германии, которая в 1914 году втянула мир в войну, к нормальной жизни. И для самой Германии он был символом новой жизни. Любили его или ненавидели, он оставался в центре внимания страны.

   «Ни до, ни после в Германии не было политика, который бы так воздействовал на воображение масс и молодежи, — писал известнейший немецкий публицист Себастиан Хафнер. — Никто не обладал такой личностной магией. Сравнить с ним можно разве что Гитлера, но с оговоркой. Гитлеру начали планомерно делать паблисити, так что отличить, где подлинное влияние личности, а где реклама, теперь уже практически невозможно. Это самый яркий из пережитых мною примеров того необъяснимого случая, когда в жизни общества появляется «великий человек». Он завоевывает любовь масс, несмотря на все препоны. Люди начинают к нему прислушиваться и болеть за него, всей душой и сердцем становятся на его сторону, создаются легенды, культ личности. Любовь и ненависть достигают наивысших пределов… Ратенау, без сомнения, следует включить в число пяти-шести великих людей века».

   Убитый министр принадлежал к семейству, сыгравшему важную роль в судьбе Германии.

   Его отец Эмиль Ратенау основал Всеобщую электрическую компанию, AEG. Он был доверенным советником кайзера. Вильгельм Второй даже бывал у Ратенау дома.

   У сына было не меньше заслуг перед родиной. В начале Первой мировой войны он возглавил управление снабжением и создал систему, которая позволяла воюющей Германии обеспечивать себя стратегическим сырьем, несмотря на британскую блокаду.

   В 1921 году Вальтер Ратенау стал министром восстановления хозяйства, в январе следующего года — министром иностранных дел. Ратенау пытался убедить Германию жить в мире с победившими государствами. Характерны названия его книг — «Новое общество», «Демократическое общество». Он обращался к рейхстагу тихим голосом, но его слушали.

Ненавистная новая жизнь
   Министр вернул Германию в мировую политику. Побежденная страна вновь обрела право голоса. Он участвовал в международных конференциях, заключал договоры с другими государствами, и это возвращало немцам ощущение нормальности жизни. Но Вальтер Ратенау был евреем, и это автоматически рождало дикую ненависть среди оголтелых националистов. Его смерть вызвала у них нескрываемую радость, а его убийц они именовали героями. Можно с точностью сказать: министра убили, потому что националисты устроили настоящую травлю Ратенау.

   Немало немцев возненавидели министра иностранных дел Ратенау, потому что его сделали символом новой жизни, которую они не приняли. Крушение империи воспринималось как трагедия. Демократия, конституция, права и свободы — все это казалось чуждым, завезенным из-за границы, навязанным народу.

   14 лет Веймарской республики (от окончания Первой мировой до прихода к власти нацистов) не похожи ни на какую другую эпоху в истории немцев. Это было время фантастического подъема духовной жизни Германии. Но в тот момент немцы не смогли оценить преимуществ демократии. Поражение в войне, революция и создание республики были восприняты как позор, который можно смыть только кровью. Вину возложили на либералов, коммунистов как агентов России и евреев как агентов Запада. Нацисты обещали «отомстить евреям за революцию». Адольф Гитлер скажет 30 января 1939 года, отмечая очередную годовщину прихода к власти: «Мы собираемся уничтожить евреев. Они не смогут избежать наказания за то, что сделали 9 ноября 1918 года. Час расплаты настал!»

   После Версальского мира националистические, антисемитские группы появились по всей стране. Националистическая шизофрения, как яд, разрушала республику. Демократически настроенные силы оказались в меньшинстве. Чем дальше, тем больше прежняя жизнь в империи казалась прекрасной и заманчивой: цены были низкими, существовал порядок, столько не воровали! Националисты убеждали сограждан, что родину победил внутренний враг, объединившийся с врагом внешним.

   Ультраправые националисты развязали в стране террор против тех, кто был связан с созданием демократической республики. Целью номер один стал министр финансов Матиас Эрцбергер, лидер партии Центра, который 11 ноября 1918 года подписал в Компьене перемирие с Антантой. О перемирии просили сами же германские генералы, терпевшие поражение. Но, проиграв войну, генералы перевалили ответственность на гражданских министров: мол, те «нанесли удар в спину». Эрцбергера националисты называли предателем и 26 августа 1921 года убили.

   Менее чем через год, 4 июня 1922 года, пытались убить президента страны Филиппа Шейдемана. Он был не столь уж большим демократом. Но именно он 9 ноября 1918 года, после бегства кайзера, провозгласил республику. Покушение на президента не удалось. Тогда застрелили министра иностранных дел Вальтера Ратенау, заключившего 16 апреля 1922 года Рапалльский договор с Россией.

   Германия стала первой западной страной, признавшей Советскую Россию. Обе страны отказались от военных и довоенных претензий. Договор устанавливал принцип наибольшего благоприятствования в экономических отношениях. Националисты из праворадикальной организации «Консул» отправили в Геную, где шла международная дипломатическая конференция, боевиков, чтобы убить советских представителей, но и это у них не получилось.

Технология убийства
   На родине Вальтер Ратенау, не заботившийся о собственной безопасности, оказался легкой мишенью. Его обвиняли в том, что по его вине немцы в войну голодали, в том, что он — тайный агент большевиков и пытается открыть большевизму дорогу в Германию, в том, что принес немецкий народ в жертву всемирному еврейству.

   Последний мотив был самым главным. Многие немцы поверили в тайное еврейское правительство, которое поработило Германию. Как выяснилось на судебном процессе, убийцы министра черпали свое вдохновение в «Протоколах сионских мудрецов» — знаменитой фальшивке, привезенной в Германию из России.

   Идеолог нацистов Альфред Розенберг писал: «Ратенау и его сообщники уже давно созрели для тюрьмы и виселицы». «Наступит день, — угрожала главная газета национальных социалистов «Фёлькишер беобахтер», — когда колесо мировой истории будет пущено вспять и покатится по трупам великого финансиста и многих его сообщников».

   За сведения о преступниках, стрелявших в Ратенау, назначили награду в миллион марок. Провинциальный лесник, любитель автомобилей, сообщил полиции, что в тот день, примерно за двадцать минут до убийства, обратил внимание на проезжавшую по этой улице мощную машину. Ее радиатор был закрыт. Любопытный лесник не смог определить марку, поэтому специально ее разглядывал. Он и другие прохожие указали, что в машине было двое. Еще один молодой человек прогуливался неподалеку и, судя по всему, подавал сигналы пассажиру на заднем сиденье подозрительной машины.

   28 июня полиция отыскала машину, которой воспользовались убийцы. Это был мощный «мерседес». 29 июня начальник берлинской полиции назвал имена преступников: Эрнст Вернер Техоф, шофер, двадцать один год, волосы темно-русые; Герман Фишер (он же Фогель), двадцать пять лет, блондин; Эрвин Кнауэр (он же Кёрнер, он же Керн), двадцать пять лет, голубоглазый блондин, участвовал в капповском мятеже в марте 1920 года, участники которого пытались свергнуть республику.

   После убийства министра иностранных дел все трое бежали из Берлина.

   Первым поймали самого неумелого. Эрнст Техоф был арестован во Франкфурте-на-Майне и доставлен в Берлин. Пресса поспешила сообщить, что задержанный принадлежит к «правобольшевистской» группе. Потом уточнили: «правый» превратилось в «национальный», «большевистский» — в «социалистический». То есть он принадлежал к национал-социалистам. Его младший брат позже входил в окружение лидера гитлерюгенда Бальдура фон Шираха.

   Использованная преступниками машина принадлежала богатому промышленнику из Саксонии Кюхенмайстеру. Он был арестован, при обыске в его доме нашли шесть пулеметов, сто пятьдесят винтовок и патроны к ним. Следы остальных убийц — Фишера и Керна — затерялись. Неделю о них не было никаких сообщений.

   10 июля их видели в небольшом городке Гарделеген, в ста километрах от Берлина. На велосипедах. Характерно, что население сознательно указывало полицейским неверное направление их движения, потому что многие откровенно симпатизировали убийцам министра-еврея.

   12 июля выяснилось, что преступники, видимо, направлялись к Гарцу. Полиция опросила сотни людей и отыскала человека, который приютил их на ночь. Они двигались по ночам, а днем где-то укрывались. Полиция перекрыла все возможные пути их движения к подножию Гарца.

   Земельные правительства Германии чинили препятствия прусской полиции, которая вела следствие. В Пруссии, самой крупной немецкой земле, у власти находились социал-демократы, и руководство полиции служило республике. В других землях, особенно в Баварии, власть принадлежала тем, кто ненавидел республику.

   Преступники как раз и надеялись добраться до Баварии, где в свое время укрылись убийцы министра финансов Эрцбергера, но не успели.

   В субботу 16 июля двое молодых торговцев решили осмотреть небольшую гору, увенчанную замком. Одна из его старинных башен превратилась в руины, другую занимали граф Ганс Вильгельм Штейн и его жена, которые были в отъезде. Любопытные туристы забрались на гору и в башне увидели свет. Заглянули в окно. Два человека что-то читали. Они очень походили на преступников, чьи фотографии публиковались во всех газетах.

   На следующий день полиция окружила башню. Но ломать дверь без достаточных оснований полиция не решалась. В сумерках из окон показались две фигуры. Они размахивали носовыми платками и кричали:

   — Оставьте нас одних!

   Сомнения отпали. В башне — убийцы Ратенау. Полиция предложила им сдаться и выйти. Они стали отстреливаться. В какой-то момент раздался вопль:

   — Мы умираем за наши идеалы. Да здравствует великий Эрхард! Ура!

   Еще один выстрел, и все смолкло. Полиция ворвалась в замок. Фишера нашли на полу с револьвером в правой руке. На кровати лежал мертвый Керн.

Не Веймарская Россия?
   Возникает очевидная параллель между терактом против Ратенау и попыткой убить Анатолия Чубайса год назад, 17 марта 2005 года. Дело не только в том, что Чубайс, как и Ратенау-старший, руководил электрической компанией, что Чубайса тоже пытались убить в автомобиле и что Анатолия Борисовича подозревают в неарийском происхождении. Они оба стали жертвой травли, сознательно организованной и подогреваемой. Обоих назначили виновными в народных бедах. Анатолия Чубайса, как когда-то Вальтера Ратенау, обвиняют в том, что он сознательно губит Россию по указке Запада. И в том, и в другом случае организаторы терактов были уверены, что убийство министра или председателя РАО «ЕЭС России» многие сочтут справедливой местью врагам народа.

   Сходство есть и в другом. За обоими охотилось вооруженное националистическое подполье, которое правоохранительные органы предпочитают не трогать. Конечно, есть разница между Германией начала 20-х годов и нынешней Россией. В Веймарской Германии не было такой мощной системы госбезопасности с разветвленной агентурной сетью. Коллеги-журналисты, занимающиеся правоохранительной тематикой, говорят, что своими глазами видели оперативную съемку различных националистических боевых групп, которые не только избивают и убивают иностранцев в России, но и готовятся к более крупным делам. Осваивают боевые искусства, стрелковое оружие, взрывные работы и клянутся свергнуть «антинародное правительство». На вопрос оперативному работнику: «Почему же вы их не прихлопнете?» — следует стереотипный ответ: «Нет команды».

   С момента покушения на Чубайса прошел год. О ходе следствия можно судить по газетам. Вдохновители и заказчики теракта не найдены или не названы. Те, кого следствие считает участниками теракта, это бывшие офицеры, придерживающиеся агрессивно-националистических взглядов.

   Такие же типажи убили в 1922 году министра Ратенау.

   Убийцы принадлежали к тайной террористической организации «Консул» бывшего капитан-лейтенанта Германа Эрхарда. По окончании Первой мировой Эрхард собрал оставшихся без дела и озлобленных морских офицеров для уничтожения коммунистов. Организация отличалась особой жестокостью. В 1920 году его морскую бригаду расформировали. Тогда Эрхард с единомышленниками создали тайную группу боевиков, занявшуюся политическими убийствами. «Консул» был лишь стержневой организацией, вокруг которой существовала целая сеть полувоенных организаций. Позже Герман Эрхард поможет Адольфу Гитлеру сформировать штурмовые отряды.

Вера во всемирный заговор
   Организатор убийства Вилли Гюнтер убежденно доказывал следствию, что Ратенау входил в состав тайного еврейского правительства, которое развязало Первую мировую войну и разрушило Германию. Накануне суда Гюнтеру прислали в тюрьму плитку отравленного шоколада. Обвинитель сказал, что таким образом решили устранить важнейшего свидетеля.

   На скамье подсудимых Эрнст Техоф так объяснял мотивы своего участия в убийстве:

   — Керн сказал, что намерен убить министра Ратенау, а я должен ему помочь. Он сказал, что Ратенау тесно связан с русскими большевиками и выдал сестру за советского коммуниста Карла Радека.

   Судья удивленно спросил его:

   — Вы утверждаете, что Ратенау имел тесные связи с большевиком Радеком и даже выдал за него сестру?

   — Да, это так.

   — Насколько мне известно, у Ратенау есть только одна сестра. Она замужем за доктором Андрее и живет в Берлине.

   — Я не знаю, — растерянно сказал Техоф.

   — Каким же образом крупный промышленник мог завязать отношения с коммунистом Радеком? — поинтересовался судья. — Вам это кажется правдоподобным?

   — Так говорил Керн, — повторил Техоф.

   Выдвинуть убийцу кандидатом в депутаты рейхстага нацистам тогда не пришло в голову. Техофа отправили в тюрьму. Молодой Йозеф Геббельс, будущий министр народного просвещения и пропаганды и первый секретарь столичного горкома партии, писал убийце, отбывавшему свой срок:

   «Я хочу пожать Вам руку — это является внутренней потребностью. Так как мне не дозволено публично признать Ваш подвиг, я хочу солидаризироваться с Вами как Ваш товарищ, как немец, как молодой человек и сознательный активист, который верит в возрождение Германии вопреки всему».

   С января 1919 по июнь 1922-го национал-социалисты совершили 354 убийства. Только 24 участника политических убийств предстали перед судом. Ни одному не был вынесен смертный приговор — в то время как коммунистов легко приговаривали к высшей мере наказания.

   В стране существовало вооруженное националистическое подполье, которому власти покровительствовали. Не все, но очень многие высшие чиновники считали, что «эти молодые люди» — настоящие патриоты и служат интересам родины…

   В 20-е годы прошлого столетия в Германии профсоюзы и социалистические партии напрасно требовали принятия закона о защите республики, роспуска всех тайных военных организаций и удаления реакционеров из армии, правоохранительных органов и государственного аппарата.

   Адольф Гитлер, придя к власти, воздвиг убийцам министра Вальтера Ратенау памятник.

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK