Наверх
24 января 2020
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 1999 года: "Во глубине оскольских руд"

Оскольский электрометаллургический комбинат (ОЭМК) — самое современное металлургическое предприятие в России. Тем более удивительно, что вокруг комбината не было битв за передел собственности.Один мой друг, университетский еще приятель, рассказал историю, больше похожую на притчу. Был он как-то в экспедиции в Калмыкии. Места там пустынные, малолюдные, селения бедные, зато много курганов. Вскрыли они один курган на окраине села. На глубине четырех метров обнаружился хазарский тайник — пять килограммов золота: украшения, оружие, «ювелирка». «И вот,— печально резюмировал мой приятель,— какова гримаса истории: нищие этого села годами ходили по своему богатству. Четыре метра отделяло их от счастья, но никто о нем не догадывался…»
Эта история живо напоминает то, что случилось в старооскольской степи двадцать пять лет назад. Здесь после многолетних геологических исследований были зарегистрированы самые обширные в стране рудные месторождения, ставшие основой крупнейшего промышленного предприятия Белгородчины — Оскольского электрометаллургического комбината.
Руда — это степное золото. А золото, как известно, имеет свойство притягивать. С 1974 года потянулись в эти не избалованные людьми места те, кто ныне составляет основной контингент молодого Старого Оскола,— «рудные» люди.
Руды здесь и впрямь много. Качество ее зависит от глубины. В ста пятидесяти метрах от поверхности залегают богатые руды. Их отличает повышенное содержание железа. Если копнуть еще глубже — пойдут железистые кварциты. Запасами последних, по расчетам специалистов, можно будет пользоваться как минимум до конца следующего века.
Оскольский, нам открытый

История Оскольского электрометаллургического комбината (ОЭМК) читается как увлекательный детектив с предполагаемым хэппи-эндом.
Первая, самая захватывающая часть интриги заключалась в том, что комбинат строила «под ключ» группа западногерманских фирм по контрактам с Минвнешторгом СССР. При нашей тогдашней тотальной подозрительности к западным немцам этот факт кажется просто-таки удивительным. Схема строительства была не по-советски упрощена: правительство выделяло средства, а немцы обеспечивали комбинат самыми современными на то время оборудованием и технологиями. «Немецкое» детище оказалось настоящим подарком для трубных заводов России и Украины, ведущих предприятий машиностроения, таких как ЗИЛ, КамАЗ, Минский тракторный завод, Лозовский кузнечно-механический и другие. Комбинат специализировался на производстве проката из подшипниковых сталей, конструкционного сортового проката для автотракторной промышленности, а также трубной заготовки из котельных марок стали.
Следующая часть интриги оказалась связана не только с экономикой, но и с политикой. Когда пришли смутные времена приватизации, директором ОЭМК был Алексей Угаров — представитель той тонкой прослойки в советской номенклатуре, которая руководила не по разнарядке сверху, а благодаря таланту инженера-металлурга и администратора.
Угарову удалось разобраться в сложнейшей приватизационной ситуации начала 90-х годов и избежать «интервенции» Госкомимущества. В результате ОЭМК не фигурировал ни на одном из залоговых аукционов и, как следствие этого, не достался ни одной из «прожорливых» московских финансовых структур. Блестящий тактик и хороший аналитик, Угаров фактически «выбил» согласие Госкомимущества на продажу мелких пакетов акций ОЭМК в течение пяти лет.
Несколько лет оскольчане с некоторой тревогой ожидали, кто же станет владельцем комбината, за счет налоговых отчислений которого формировалось от 20% до 25% бюджета Белгородской области, эффективность работы которого на внутреннем и внешнем рынках всегда была значительно выше, чем у металлургических гигантов. Спокойными оставались только Угаров и губернатор Белгородчины Евгений Савченко, ибо только они знали, что судьба ОЭМК в надежных руках.
Косвенным подтверждением того, что ситуация под контролем, была стабильная обстановка на комбинате: зарплата рабочим выплачивалась вовремя, социальные службы работали исправно, прибыль предприятия росла, достигнув в 1998 году 112%. В прежние времена за это давали правительственные награды и звания, теперь же это стало нормой жизни.
Явление «Газпрома»

И вот карты были раскрыты. Выяснилось, что владельцами Оскольского электрометаллургического комбината стала группа дочерних и дружественных структур РАО «Газпром», ведущую роль в которой играет тандем в составе финансово-инвестиционной компании «Интерфин» и британской компании «Миддлсекс холдингс».
Это приобретение оказалось чрезвычайно выгодно и той и другой стороне. У «Газпрома» появилась возможность связать в единую технологическую цепочку два мощнейших предприятия горно-металлургической отрасли в России (другая «газпромовская» структура — «Газпроминвестхолдинг» — впоследствии приобрела контрольный пакет акций Лебединского ГОКа), а у комбината — реальная возможность выстоять в тяжелой экономической ситуации, не растеряв наработанный потенциал.
Руководство «Интерфина» всегда отдавало должное Алексею Угарову как весьма успешному руководителю ОЭМК, но в то же время четко сознавало, что вопрос преемственности рано или поздно должен возникнуть. Поэтому, когда Алексей Угаров выступил с инициативой перераспределения полномочий в руководстве комбината, акционеры согласились с доводами старого металлурга и назначили на должность гендиректора ОЭМК молодого, напористого Льва Кветного.
Мудрый Угаров спокойно благословил своего преемника. Дед, как звали прежнего руководителя рабочие комбината, стал председателем совета директоров, оставив за собой контроль над важнейшими направлениями деятельности ОЭМК. Еще бы, ведь он не мог оставить любимое и мучительное свое детище — «Стан-350», как не мог в одночасье выключиться из четко отлаженного за годы директорства производственного процесса.
«Стан» — это уникальное высокотехнологичное производство, которое со временем выведет комбинат на совершенно новый уровень эффективности и принесет ему многомиллионную прибыль. Его начали строить еще в 1995 году. Два года спустя было заключено соглашение о кредитовании строительства стана с ЕБРР — Европейским банком реконструкции и развития. Однако когда в Старый Оскол должны были прийти первые кредиты, грянул августовский кризис. «Европейцы», напуганные крахом пирамиды ГКО, дефолтом и прочими прелестями «русской экономической рулетки», соглашение расторгли. В результате комбинату пришлось финансировать строительство стана самому, вкладывая в этот проект до одной трети собственной прибыли.
Так проблема стана перекочевала по наследству к Льву Кветному. Новый гендиректор — человек современный, динамичный. Он уверен, что истинный предприниматель — тот, кто удачно продвигает свой проект не в виртуальном, а в реальном секторе экономики.
ОЭМК в этом смысле хороший полигон для проверки самых передовых технологий. И действительно, наследие «красного директора» Алексея Угарова, в отличие от «пепелищ», которые оставляли после себя его непрофессиональные сверстники и «высокопрофессиональные» молодые финансисты, как нельзя лучше подходило для дальнейшего роста. Это было обусловлено целым рядом факторов: отсутствием социальной напряженности (зарплата рабочих колеблется в пределах 2—3 тысяч рублей, ее не задерживают), полным взаимопониманием в среде акционеров, стабильной работой самого комбината.
В какой-то мере все, что происходит сейчас с ОЭМК, дает реальную надежду на то, что период чисто финансовых игр в российской экономике близится к финалу. И совсем не случайно, что роль стабилизирующую в этом процессе играют финансово-инвестиционные структуры, связанные с «Газпромом». Идеология «Газпрома» — попытаться использовать свои недюжинные инвестиционные возможности так, чтобы в корне изменить нынешнюю фатальную ситуацию с неплатежами, обеспечить приток денежных средств в российскую экономику.
Только тогда нищие перестанут босиком ходить по своему богатству.
***

Вышеизложенная история нуждается в небольшом, но важном комментарии.
Закономерный вывод, который можно сделать из «металлургической истории», сводится к простой мысли: основным мотивом, который движет газовым монополистом, ныне является идея целесообразности.
И действительно, то, как раньше приобреталась собственность, иначе чем «бездумным присвоением» не назовешь. Разнопрофильные, успешные и депрессивные, приватизированные или все еще государственные предприятия скупались на корню, оптом, как «секонд-хэнд». В результате рвались налаженные связи, по причине непрофессионального управления падала эффективность производства, опытные работники оказывались на улице, а некоторые из отраслей страдали от недостатка профессиональных исполнителей.
Сейчас ситуация стала понемногу меняться, и одной из первых ласточек этого процесса явилась та продуманная «покупательская» политика, которую связанные с «Газпромом» структуры продемонстрировали в случае с ОЭМК и ЛГОКом.

АНДРЕЙ БОЧЕНКИН

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK