Наверх
5 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2009 года: "ВЗЫСКУЮЩИМ РАВЕНСТВА"

Должна ли звезда наравне с простыми людьми отвечать за свои поступки? Конечно, не должна. Всем, с кого больше спрашивается, больше и позволяется..
   Едва ли не самый распространенный газетный опрос августа: «Позволено ли звездам больше, чем обычным людям?» Конечно, позволено. Говорю это не потому, что сам причисляю себя к звездам, — вся моя узнаваемость обеспечена давно закрытой телепрограммой да отдельными запомнившимися высказываниями. Но настоящие звезды, безусловно, сильно отличаются от так называемых простых людей, и если в государстве начинается целенаправленная кампания по затаптыванию и равнению элит — беда такому государству.
   Должен ли гениальный пианист по достижении 18-летия служить в армии, как все? Должна ли балерина Большого стоять в очереди за продуктами или билетами в кино? Должен ли первоклассный писатель оплачиваться по среднестатистическим меркам? И потом — что это за вечные сравнения с абстрактными «простыми людьми», нарочитое оскорбление их, чтобы сильней разозлились? «Простых» не бывает, особенно в России — у нас тут все сложные. Употребим слово «обыватель» — по-своему комплиментарное, ничуть не обидное. Так вот: за обывателем не охотятся папарацци, его фото не появляются в таблоидах. Обывателя не расспрашивают о трусах, которые он носит, о женщинах, с которыми спит, и вилках, которыми ест. Обыватель не отрабатывает по десять дублей в любую погоду, не держит себя в форме, а если брать среднестатистическую занятость этого самого обывателя, окажется, что он по сравнению со звездой и не работает вовсе. Мало у нас стало героев труда, что поделаешь, зато полно рантье и прочих бездельников — они-то и услаждают сплетнями свою пустую жизнь. На их фоне современный сериальный актер — пролетарий.
   Я больше скажу: борьба за имущественное равенство — тоже сомнительная затея. Оно, конечно, ни милиция, ни таможня, ни всяческие инспекции не должны слишком богатеть — это не comme il faut. Однако крупный государственный чиновник живет в таком напряжении и принимает решения такого уровня, что вполне заслуживает некоторых льгот. И жить ему надо комфортно, и пить-есть сладко, и ездить на приличном транспорте — кто бы возражал. Бороться надо не за то, чтобы госчиновники были бедны, а за то, чтобы знали свое дело, чтобы
   в стране работали социальные лифты, позволяющие вознестись во власть не только по принципу лояльности, — а там пусть хоть спят на золоте, если не жестко.
   Затаптывание элит — игра на самых низменных инстинктах массы. Как правило, любые репрессии начинаются с расправы над теми, кто наверху: репрессии в культуре — с РАППа, в армии — с маршалов, в промышленности — с наркомов и директоров. Масса всегда радуется, любуясь низвержением начальства, и некому предупредить: опомнитесь, ребята, вы следующие! Свистопляска, устроенная вокруг Владислава Галкина, объяснима: нечего драться с милицией; но сама постановка вопроса — можно ли с Галкина спрашивать, как с рядового гражданина, — оскорбительна и нелепа. Нельзя, потому что у артиста другая психика и другие на нее нагрузки; потому что дебоши в кафе для большинства москвичей давно норма, у меня под окнами кабак, так в нем буянят чуть ли не ежедневно… Хорошо помню, как вся пресса была переполнена описаниями скандалов Земфиры. Не сами ли журналисты с восторгом расписывали, как Земфира боднула головой в живот помешавшего ей репетировать охранника? А потом, когда публика несколько пресытилась капризами звезды, ее стали упрекать за эти же срывы. Но помилуйте, не сама ли Россия любит и поощряет скандалистов? Не восторженное ли внимание прессы воспитывает это чувство безнаказанности? Ведь публика за то и любит кумира, что ему можно больше. Всем, с кого больше спрашивается, больше и позволяется. Предупреждая ваши вопросы, скажу, что и у журналиста работа нервная, а потому обслуживающий персонал бара и ресторана в Домжуре толерантно относится к тамошним кутежам, нередко переходящим в драки. Когда мой друг, регулярно бывавший в горячих точках, буйствовал после особенно опасных командировок, я, деля с ним кабинет, слова плохого ему не говорил. Да и сам после «Норд-оста» пил три дня.
   Нет единых норм и правил — сплошная дифференциация и учет личных обстоятельств. А в том, чтобы науськивать толпу на ее былых кумиров или начальников, и вовсе нет ничего хорошего. Они, в конце концов, последняя прослойка, которая еще что-то может.

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK