Наверх
21 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 1999 года: "Юрий Пономарев. Пришел по-английски"

В прошлую среду наблюдательный совет Внешторгбанка назначил на пост главы этой финансовой структуры председателя правления Московского народного банка в Лондоне Юрия Пономарева. Многие сравнивают Пономарева с нынешним председателем ЦБ Виктором Геращенко. Который слишком профессионален, чтобы безоговорочно поддерживать политические бои «без правил».Через Запад на Восток

Ну кто, скажите, проработав десять последних лет в стерильной Европе, по доброй воле согласится вернуться в Россию? Где каждый день что-нибудь взрывают, а банкиров либо отстреливают, либо банкротят?
Финансисты признают, что Пономарев — один из самых уважаемых российских банкиров, но вот как он будет ориентироваться в современных реалиях — трудно предсказать. Ведь из тридцати лет его банковской деятельности ровно половина стажа (в том числе и все 90-е годы) приходится на заграницу. Чего стоит один только список должностей Пономарева! Кроме Внешторгбанка, он является председателем правлений или советов директоров Московского народного банка (Лондон), Евробанка (Париж), Ост-Вест Хандельсбанка (Франкфурт). Влиятельный журнал Institutional Investor еще в сентябре 1988 года назвал Пономарева (тогда члена правления Госбанка СССР) «банкиром года».
Почти Геракл

Говорят, причина возвращения Пономарева на родину кроется в его отношениях с нынешним главой ЦБ Виктором Геращенко. Сам Юрий Валентинович давность знакомства не отрицает, но близость с главным банкиром страны оспаривает: «Наверное, просто мы с Геращенко оба банкиры-шестидесятники».
И правда, на работу в управление валютно-кассовых операций Внешторгбанка СССР студент-практикант Пономарев был зачислен 31 декабря 1969 года. Днем позже — и не быть бы ему шестидесятником, как Геращенко.
Между прочим, попытка вернуть Пономарева в Россию была предпринята еще в мае 1993 года, когда было решено снять «по собственному желанию» тогдашнего главу ЦБ. На пост главного банкира страны начали искать замену. Одним из кандидатов оказался Пономарев.
Он прилетел в Москву и предстал перед президентом Ельциным. Говорят, между ними состоялся примерно следующий диалог. «Вы кандидат на пост председателя ЦБ,— сказал президент.— Но вы сами-то хотите им быть?» Председателем ЦБ Пономарев никогда быть не хотел. Но что делать, если сам президент спрашивает? «Предложение лестное,— отвечает Юрий Валентинович,— но боюсь не справиться. Я ведь специалист не того профиля, мое дело — зарубежные финансы». И тут, рассказывал позже Пономарев, Ельцин его поразил. Он назвал пять причин, по которым Пономарев мог возглавить ЦБ. «У нас в стране проблемы с платежами. А на Западе они успешно решаются, и вы знаете, как именно. У нас плохой надзор за коммерческими банками, а на Западе хороший — и вы знаете, как он организован» — и так далее, по пунктам. Причем с подробностями того, как устроена расчетно-финансовая система.
— Понятно, что президента «просветили» на предмет финансов,— рассказывал потом Юрий Валентинович.— Но если бы мне кто-то подготовил документы по строительной отрасли, я, наверное, не смог бы так же свободно беседовать со строителем, как Ельцин говорил о банках со мной. Говорил настолько убедительно, что я подумал: ну все, деваться некуда, президент все решил».
Если кто-то в этой стране считает, что действия президента можно прогнозировать, он ошибается. Потому как в конце разговора Ельцин сказал: «Я дам команду председателю правительства, чтобы он встретился насчет вас с Хасбулатовым». В этот момент Пономарев все понял. Глава правительства и спикер парламента в те времена находились в состоянии войны. Ни о какой встрече не могло быть и речи.
Так и случилось. Пономарев благополучно вернулся в Париж.
Работа над документами

В 14-й московской школе будущий банкир мечтал стать физиком. Стал победителем школьной и районной олимпиад по физике и уже метил на физтех. Но перед самым выпуском авторитетные люди ему сказали: «Парень, с твоими способностями максимум кем ты станешь — средним профессионалом». Он расстроился, но тут папа — минфиновский работник предложил: давай-ка ты по моим стопам, в Финансовый институт.
Тогдашние школьные друзья косяками шли в иняз. И он решил убить сразу двух зайцев: и папу послушаться, и быть ближе к языкам. (Кстати, сейчас он свободно говорит по-русски, по-английски и по-французски.)
После практики Пономарев остался работать там, где ее проходил,— во Внешторгбанке.
Только вошел во вкус — призывают в армию на сборы.
Будущий банкир придумал комбинацию: сменить место жительства, прописаться к жене. Для этого требовалось сняться с учета в военкомате, выписаться, а затем прописаться по другому адресу и встать на учет в другом военкомате. Эта «техническая пауза» давала отсрочку, а там, глядишь, аспирантура (аспирантов тогда не брали).
Сценарий сработал. Но когда Пономарев принес в военкомат справку, что стал аспирантом, торжествующий военком выложил на стол только что изданный приказ: аспирантов — брать. Заполнил аспирант анкету, сидит в коридоре, ждет. И тут дверь кабинета распахивается: «Пономарев, такой-сякой! У тебя же двое детей!»
И остался Пономарев во Внешторгбанке.
Чтобы понять, насколько престижным было это место, достаточно сказать, что тогда через систему совзагранбанков (Внешторгбанк был их головной структурой) шли все международные расчеты и платежи Советского Союза. Пробиться туда на работу было очень сложно, никакой блат не помогал. «Внешторгбанковцы» считались особой кастой, «белой костью и голубой кровью» банковской системы.
Может, оттуда у Пономарева внешняя сухость и сдержанность, от которых многим «становится трудно дышать»? (Хотя, говорят, в кругу близких людей, Пономарев вовсе не сухарь, а любитель рассказывать анекдоты.)
Один из заместителей председателя правления Внешторгбанка свидетельствует: «Грубости от него не услышишь. Но вот когда входишь в его кабинет, порою становится страшно. Однажды дошло до того, что я даже не мог толком объяснить, за чем пришел и в чем проблема.
Отдельная песня — когда Пономарев указывает на твои ошибки. Делает все предельно вежливо, корректно, внешне не сомневаясь в твоем профессионализме. Но ты сидишь и понимаешь, что ты полный дурак.
Никогда не понятно, как он к тебе относится. Одобряет — не одобряет, осуждает — не осуждает? То, что порою принимается за благожелательность, оказывается неприятием, и наоборот».
В то же время, как говорят, Юрий Валентинович любит легких людей. Таких, с которыми в любой момент можно поговорить ни о чем.
Источник в руководстве Внешторгбанка: «Одна из главных заслуг Пономарева — компания «Фимако». Сейчас, конечно, все стали кричать, что это был институт по отмыванию денег. На самом же деле «Фимако» спасла отечественные деньги и счета, которые могли быть арестованы за рубежом западными кредиторами после того, как ВЭБ прекратил платежи».
По отзывам людей, близко его знающих, Пономарев как танк: если решил что-то сделать, от своего не отступится. Так было, например, в 1990 году, когда он пришел работать в Евробанк в Париже на должность заместителя председателя правления. Поскольку председателем сидел француз, позиции русского персонала были довольно слабыми. Российским службам отвели скорее дублирующие функции. Пономарев провел полную кадровую реформу, в результате которой на ключевых постах оказались русские.
Еще один интересный случай произошел несколько позже, когда Пономарев возглавил Евробанк.
С момента своего создания (в те времена такие решения принимались только в ЦК КПСС) Евробанк был структурой, приближенной к компартии Франции. Кредиты зачастую выдавались тому, кого указывали французские товарищи. Поэтому сразу после назначения Пономарева служащие-французы пытались устроить ему встречу с тогдашним главой коммунистов Франции. Пономарев отказался: зачем? Был шок. Но кредиты компартии прекратились.
После ужесточения порядков в Евробанке обострились отношения с профсоюзом. Французы требовали постоянного повышения зарплаты, премий. Тем более что хозяин (ЦК КПСС) далеко и в трудностях французских банкиров разбирается плохо.
В один прекрасный день к Пономареву в кабинет вошли сотрудники-французы и сказали: мы вас не выпустим, пока вопрос с повышением зарплаты не будет решен в нашу пользу.
Хорошо, сказал Пономарев. Предложил чаю, бутербродов. А потом объяснил: видите, у меня на столе стопка документов (сантиметров тридцать в высоту)? Я буду с ними работать, а вы можете сидеть сколько захотите. Оказывается, Пономарев, работая с документами, полностью отключается.
Прошел час.
— Ну ладно,— сказали пикетчики, встали и ушли. Ни с чем.
Работая в Евробанке в Париже, Пономарев слыл англофилом: постоянно приводил в пример хорошо отработанные английские банковские процедуры. Когда же переехал в Лондон, от него то и дело стали слышать: «А вот во Франции»…
Хотя знаменитую французскую кухню Пономарев не любит. За границей он бывает только в русских (или японских) ресторанах. Еще одна патриотическая деталь: все дети Юрия Валентиновича ходили за границей сразу в две школы — местную и русскую при посольстве.
Кстати, с детьми у него все четко, как в хорошем банке. Поженились они с Наталией в 1970 году, с тех пор — мальчик, девочка, мальчик, девочка. Двое внуков от старшей дочери. Все его дети и внуки сейчас живут в Москве. Кроме младшей дочери, которая пребывает с мамой в Париже, учится в местной и русской школах.
Чисто английское назначение

Еще в мае прежний глава Внешторгбанка Дмитрий Тулин заявил о том, что намерен уйти: дескать, контракт заканчивается и продлевать его он не намерен. Геращенко предложил Пономарева. Тот согласился. Хотя, по отзывам коллег, это очень смелый поступок.
Источник в руководстве Внешторгбанка: «Судя по тому, что Пономарев из Лондона едет в Москву, где каждый день что-то взрывают, он человек отважный. Там, на отшибе, сам себе хозяин. Начальство бывало в Англии раз в три месяца на заседании наблюдательного совета, а здесь получай работу со всеми головными болями и каждодневными встрясками.
Ведь никто из российских банкиров за рубежом не принял предложение Геращенко вернуться в Россию. Он многих своих сподвижников, когда в очередной раз пришел в Банк России, звал к себе. Кто-то сразу отказывался, кто-то соглашался, но все они так и сидят там до сих пор. Кроме Пономарева».
Смысл назначения Пономарева, отмечают эксперты, в том, что срочно понадобился человек, который будет отвечать за валютные резервы страны. Сейчас на этом хозяйстве — глава ЦБ Виктор Геращенко. Но если в самом деле он вскоре уйдет в отставку, участок оголится.
Пономарев уже работал однажды «пожарной командой»: в 1992-м его на восемь месяцев вызывал в Москву тогдашний глава ЦБ Матюхин — разобраться с положением в ВЭБе, находившемся тогда в кризисе. Пономарев был назначен председателем комитета по оперативному управлению Внешэкономбанка СССР. Ему предлагали остаться в Москве, но банкир отказался.
А теперь о том, почему Пономарева уже называют неудобным для Кремля человеком.
Один из коллег Пономарева: «Пономарев — предсказуемый человек с точки зрения профессионализма. Он никогда не сделает опрометчивого шага, никогда не навредит банку.
Но он не из тех, кого можно заставить плясать под свою дудку. Если Кремль будет требовать у Внешторгбанка деньги на выборы, Пономарев их не даст. Он не будет финансировать ни Кремль, ни его противников. Поэтому если предположить, что у нас в Кремле сидят одни жулики, тогда Пономарев, конечно, неудобный. А если нормальные люди — тогда все в порядке».
В любом случае из всех политических назначений последнего времени Пономарев — одно из самых «неполитических». Он «ничей». При том, что в руках у Пономарева оказываются финансовые ресурсы, равных которым в России немного.
По западной привычке Пономарев ездит по Москве без охраны. Видимо, это скоро пройдет.

КИРИЛЛ ВЫСОКОВ

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK