14 декабря 2018
USD EUR
Погода
Москва

«Гаражные» резервы Минфина

Введение налога на самозанятых граждан вряд ли принесет серьезные доходы для казны

Фото: Олег Бородин

У соседа по гаражу случилась неприятность – сломался ключ в замке. Открыть ворота помог местный умелец дядя Саша. Сделал быстро и взял недорого – всего-то 500 рублей. Дядя Саша хоть и не пенсионного возраста, но с утра до ночи пропадает на автостоянке. Постоянно при деле. Он может всё – и двигатель перебрать, и коробку передач поменять. Его гараж – настоящая мастерская. Здесь по стеллажам и полкам разложен инструмент, болты, гайки, запчасти, кажется, на все случаи жизни.

Дядя Саша денег лопатой не гребет, но на хлеб с маслом, как говорится, хватает: 35–40 тысяч рублей в месяц точно зарабатывает. И это настоящая «гаражная экономика» в действии. Без деклараций, уплаты налогов и пенсионных взносов, без какого-либо общения с властью. Так работают миллионы россиян, которых относят к самозанятым, – репетиторы, парикмахеры, сантехники, электрики, няни, домработницы и представители множества других профессий.

Вывести их из тени решили депутаты Госдумы, принявшие не так давно пакет законов о введении с 1 января 2019 года налога на профессиональный доход (НПД) в размере от 4 до 6% для этой категории работников. Меньше заплатят те, кто оказывает услуги физическим лицам, больше – те, кто работает с предприятиями и организациями. При этом годовой доход самозанятого не должен превышать 2,4 млн рублей. Новый инструмент в течение 10 лет протестируют в 4 регионах – в Москве, Подмосковье, Калужской области и Татарстане. Чтобы выйти из тени, самозанятому не обязательно лично являться в налоговую инспекцию. Зарегистрироваться можно через интернет с помощью бесплатного мобильного приложения «Мой налог».

Фискальные жмурки

Эффект от нового закона будет столь низким, что вряд ли вообще стоит всерьез обсуждать предлагаемые меры в контексте обеления российской экономики, считает аналитик ГК «Финам» Алексей Коренев. Задачу налогообложения самозанятых невозможно решить ни добровольно, ни принудительно. Даже в советские времена, когда система контроля была куда жестче, «гаражная экономика» прекрасно существовала. «В основном самозанятые работают в тех сегментах рынка, которые трудно или невозможно контролировать правоохранительным и фискальным органам», – напомнил эксперт.

К каждому гаражному «автосервису» или работающему на дому репетитору персонального налогового инспектора не приставишь. Эти услуги, как правило, скрыты еще и потому, что самозанятые обслуживают в основном знакомых или знакомых своих знакомых. А потому администрировать НПД будет крайне сложно, признает Коренев.

В результате собираемость НПД на фоне общих налоговых поступлений в бюджет окажется на уровне статистической погрешности. Издержки на содержание штата контролеров могут оказаться существенно выше, не исключает Коренев. Возможен и рост коррупционной составляющей, когда полицейские начнут в частном порядке выявлять самозанятых и вымогать деньги за то, чтобы не давать делу законный ход, полагает собеседник «Профиля».

По мнению Коренева, также следует ожидать роста недовольства и социальной напряженности. Инициатива ввести этот налог воспринимается в обществе как попытка отнять последнее. Единственный эффективный, толковый и экономически обоснованный способ решения этой задачи – максимальное благоприятствование малому бизнесу, частному предпринимательству, индивидуальным работникам. Обязанность государства – сделать труд самозанятых не только выгодным для них самих, но и привлекательным для ведения его в правовом поле, уверен эксперт.

Ограниченный эффект

В финансово‑экономическом обосновании (ФЭО) законопроекта затраты на введение НПД определены в размере 2,26 млрд рублей. Деньги необходимы на создание программного комплекса с личными кабинетами, а также техническое обеспечение администрирования налогового режима, включая внешнее взаимодействие, говорит член комитета Госдумы по бюджету и налогам Михаил Щапов. Инициативу авторов закона депутат назвал «экспериментом», который будет иметь ограниченный эффект. Предыдущая попытка заставить самозанятых платить налоги фактически провалилась – в общей сложности зарегистрировались в ФНС не более 2 тысяч человек, напомнил депутат.

«Основная проблема в том, что наши граждане не верят государству. Они не верят, что налог не изменится через пару лет, что данные о доходах не попадут в руки злоумышленников, что по следам ФНС к ним не придут представители надзорных органов, которым за получение разрешения на оказание услуг придется платить взятки», – подчеркнул Щапов.

Народ к такому повороту совершенно не готов. Об этом, по словам депутата, свидетельствуют опросы, которые он проводил на встречах с избирателями, трудовыми коллективами и в соцсетях. Примерно 78% респондентов высказались против НПД. Кроме общественного мнения, основанного на эмоциях, есть еще и экономические расчеты, показывающие, что новый налог не способен существенно увеличить доходы бюджета. Оценить будущие поступления в принципе сложно. Ведь сегодня никто точно не знает, сколько в стране самозанятых. По экспертным подсчетам, их около 15 млн. Оценка доходов очень разнится: от 5 тысяч рублей в российской глубинке до 250 тысяч рублей в Москве.

«Допустим, возьмем 50 тысяч рублей как средний доход тех, кто этим занимается полный рабочий день без совместительства. Тогда со всех самозанятых можно будет за год собрать от силы 360 млрд рублей. В масштабах страны это небольшие деньги», – поделился Щапов своими расчетами.

Отхожие промыслы

В теневой экономике помимо незарегистрированной «гаражной», есть еще много всего – от сферы услуг на дому до промыслов: ловля рыбы, сбор грибов и дикоросов, отмечает доцент кафедры местного самоуправления факультета социальных наук НИУ ВШЭ Ольга Моляренко. Она согласна с коллегами в том, что работать новый закон эффективно не будет. Выгадать могут индивидуальные предприниматели (ИП), проходящие по условиям. Сегодня они, находясь на упрощенной системе налогообложения, платят 6%, а получат возможность снизить до 4%. Впрочем, едва ли таких наберется много.

В свою очередь, генеральный директор «ИВМ Консалтинг групп» Виктор Солнцев напоминает о достаточно скромных результатах налогового администрирования малого бизнеса и ИП. В России, по данным корпорации МСП и Росстата, зарегистрировано около 5,7 млн налоговых агентов. Они сдают отчеты о годовом обороте примерно в 60 трлн рублей, то есть почти треть общероссийского годового оборота. Однако в казну поступают налоги от них в объеме не более 600 млрд рублей.

«Уклонение от уплаты налогов может достигаться занижением отчетных показателей и завышением издержек, не считая схем офшорной оптимизации, впрочем, они доступны только очень немногим компаниям», – объяснил парадокс собеседник «Профиля». Самозанятые по офшорам, конечно, прятаться не станут, а просто по умолчанию откажутся регистрироваться.

При благоприятном развитии ситуации, по оценке Солнцева, собираемость НПД составит примерно 30 млрд рублей, то есть всего 0,2% доходной части бюджета. Стоит ли обременять эту категорию граждан налогами? – задается риторическим вопросом эксперт.

Shutterstock/Fotodom

Сила и привычки

«В 2014 году Международный валютный фонд в своем исследовании оценил объем теневой экономики России примерно в 2–2,5 трлн рублей. Налог на самозанятых отчасти позволит улучшить ситуацию, но большого прорыва ждать не приходится», – считает заместитель директора аналитического департамента «Альпари» Наталья Мильчакова. Обнищавший, измученный кризисами и непредсказуемостью экономической ситуации народ к этому просто не готов. Нельзя сбрасывать со счетов и правовой нигилизм – многие традиционно негативно воспринимают любые инициативы властей «улучшить» налоговое законодательство.

Мильчакова предположила, что официально платить налог на самозанятых захотят те, кто уже создал ИП либо пока оттягивает это решение. Уплата 4–6% с доходов таксистами или переводчиками для бюджета не так уж много, но, с другой стороны, эта мера способна ограничить дальнейший рост теневого сектора российской экономики. По оценкам экспертов, если государство и дальше продолжало бы закрывать глаза на проблему, то к 2040 году теневой сектор России вырос бы до 40% ВВП, напомнила Мильчакова.

А сложности с администрированием НПД неизбежны. Например, есть граждане, которые живут на селе и зарабатывают на жизнь тем, что доставляют продукцию фермерских и крестьянских хозяйств в магазины и торговые сети. «Скорее всего, все новшества – мобильное приложение, уплата налога с помощью смартфона или планшета – окажутся для них малопонятными или совсем незнакомой историей», – отметила Мильчакова.

Она привела пример того, как в российской экономике разворачивалась борьба с серыми зарплатами. Проблему начали системно решать в начале нулевых годов, когда НДФЛ был снижен до 13%. Потребовалось несколько лет, чтобы в частных компаниях стало правилом хорошего тона платить «белую» зарплату. Однако до сих пор нельзя сказать, что вопрос закрыт окончательно. Прогресса в этой сфере можно было бы достигнуть при существенном сокращении объема всех налогов и обязательных платежей из фонда оплаты труда, уверена Мильчакова. Мировой опыт свидетельствует, что усиление фискальной нагрузки на бизнес в конечном итоге приводит к сокращению доходов, тогда как снижение налогов, наоборот, увеличивает поступление налоговых платежей, заявляет она.

Переводы на личности

Со своей стороны, эксперт по финансам и праву АКГ «Градиент Альфа» Ирина Парулева полагает, что возможность легализации доходов через уплату НПД может быть интересна для определенных категорий самозанятых. Например, для тех, кто сдает в аренду квартиры, это «соблазнительное предложение». Оно потенциально интересно всем гражданам, получающим оплату за свой труд на банковские карты. Компании, пользующиеся услугами частных лиц, также заинтересованы в юридической чистоте сделок, утверждает Парулева.

Например, фирма арендует у гражданина квартиру, и она объективно заинтересована в легальности всех расчетов с владельцем жилья, чтобы проводить их через свою бухгалтерию. Собственник квартиры, который сейчас не готов делиться с государством 13% своих доходов в виде уплаты НДФЛ, равно как и регистрироваться в качестве ИП, поскольку это накладывает обязательства по ведению отчетности и уплате взносов, чтобы не потерять клиента, может выйти из тени, зарегистрировавшись в качестве самозанятого.

Для него так будет спокойнее. Банки с некоторых пор фактически выполняют роль фискальных агентов. Они передают сведения в ИФНС по запросу, вправе поинтересоваться происхождением средств, поступающих на счета клиентов. «Чтобы избежать неудобных вопросов от своей кредитной организации, каких-либо санкций со стороны ИФНС, налог на самозанятых будет оптимальным вариантом», – пояснила Парулева.

Вместе с тем она признает, что граждане по-прежнему не верят государству. Они опасаются, что, вводя НПД, их хотят выманить из тени, чтобы потом «кошмарить». Логика тут такая – получив однажды статус самозанятого, человек в дальнейшем может уйти из этой сферы, а в базах данных налоговых инспекций его фамилия останется, и тогда налогоплательщику придется оправдываться, доказывая, что доходов уже нет.

Кнут и пряник

Директор Европейской школы бизнеса и финансов Олег Филиппов исходит из того, что попытка ввести налог на самозанятых – мера по определению неэффективная. Мало кто решит сообщать в налоговую о своих доходах, особенно когда доходы он получает наличными. Для успеха нужен либо «пряник» – очевидная выгода от уплаты НПД, либо «кнут» – жесткие санкции, вплоть до административного и уголовного наказания виновных, философски замечает он.

По словам Филиппова, теоретически фискальные службы способны решить любую задачу. Вопрос – в полученном результате и потраченных ресурсах. Если государство ставит целью тотальное обеление доходов физических лиц, то берется не с того конца, уверен эксперт. «Думаю, что целесообразнее было бы начинать отслеживать все заработки граждан, с которых взимается НДФЛ, и только потом пытаться разбираться с самозанятыми», – заявил Филиппов. Другое дело, что есть серьезные сомнения в способности налоговых инспекций переориентироваться на работу с физлицами. Не факт, что на это у ФНС сегодня хватит квалифицированных сотрудников, программного обеспечения и ресурсов.

Опыт других стран по легализации «гаражной экономики» неоднозначный, признает собеседник «Профиля». В странах Евросоюза налицо стремление не только властей, но и граждан к легализации доходов. Люди заинтересованы в том, чтобы после окончания трудовой деятельности получать более высокую пенсию. На постсоветском пространстве вводить самозанятых в рамки правового поля получается с трудом.

«Если средний и крупный бизнес вынужден переходить на рельсы цивилизации, то педантичное отслеживание доходов населения для России и стран СНГ – процесс, далекий от успешной реализации. Хотя, если судить об изменениях в налогообложении недвижимости, при желании дело с мертвой точки сдвинуть вполне реально», – резюмировал Филиппов.

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK