Наверх
29 января 2023

Почему российская экономика не рассыпалась под напором санкций

Сборка моторов на заводе
© Эмин Джафаров/Коммерсантъ/Vostock Photo

Российская экономика не посыпалась, более того, она неплохо адаптируется к жесточайшим санкциям и связанными с ними шоками. Годовое падение ВВП будет втрое меньше, чем прогнозировалось весной, – это главный итог уходящего 2022 года. Важную роль здесь сыграли благоприятная конъюнктура, нерешительность наших экономических противников и даже недавняя пандемия COVID-19. К сожалению, адаптация идет за счет последовательного упрощения хозяйства, что сулит серьезные трудности на длинной дистанции. Вдобавок наиболее чувствительные для РФ санкции введены недавно или будут запускаться в ближайшие месяцы, так что их негативные последствия мы в полной мере ощутим уже в новом году.

Без серьезных провалов

Вызов номер один для нашей экономики в уходящем году – беспрецедентные санкции, наложенные на Россию США и их союзниками. В общей сложности более 10 тыс. ограничений – такому давлению не подвергалась ни одна страна в истории. Безусловное достижение РФ – в том, что глубина падения отечественной экономики и рост инфляции окажутся намного меньше тех значений, которые прогнозировались в марте–апреле. Тогда ожидалось, что снижение ВВП-2022 составит до 11%, а инфляция подскочит до 20%. Теперь глава Центробанка Эльвира Набиуллина прогнозирует спад ВВП на уровне 3%, а возможно, и меньше. Инфляция же, по данным ЦБ, должна составить около 12–13%.

Последняя ставка: как изменится денежно-кредитная политика ЦБ в 2023 году

На рынке труда тоже все более-менее спокойно – всплеска безработицы не зафиксировано. Отмечается спад производства во многих отраслях, но по-настоящему серьезный провал случился только в автомобильной промышленности. После ухода из России иностранных компаний остановились их сборочные площадки (иных автомобильных производств, как выяснилось, у нас почти нет), и уже к июню 2022-го выпуск легковых автомобилей сократился на 96,7%.

Частичная мобилизация тоже не смогла подкосить экономику, хотя рынок труда и потерял более 500 тыс. человек (300 тыс. мобилизованных плюс до 260 тыс. сбежавших из страны). В докладе Банка России «О чем говорят тренды» отмечается, что связанный с нею краткосрочный спад был преодолен уже во второй половине осени. Более того, мобилизация создала дезинфляционный эффект «от временного снижения спроса». А по замечанию профессора МГУ Натальи Зубаревич, отток людей еще и помог в моменте сбалансировать рынок труда.

Из очевидных негативных тенденций можно выделить только все ускоряющееся падение доходов населения. По итогам первых трех кварталов оно составило 1,7%; за третий квартал года – 2,4%, в четвертом показатель должен быть еще выше из-за 9-процентного роста тарифов на жилищно-коммунальные услуги. В первом полугодии падение доходов тормозили меры властей по поддержке беднейших слоев населения: повышение пенсий на 10%, увеличение МРОТ и прожиточного минимума. Но теперь их сдерживающий эффект исчерпан.

Главный секрет устойчивости

Надо признать, что своими успехами мы во многом обязаны благоприятной конъюнктуре и, как ни странно, действиям недружественных стран, которые ввели санкции. Вопреки ожиданиям первые санкционные удары пришлись не в наиболее уязвимые точки, каковыми у нас являются экспортные отрасли вроде ТЭК, но были направлены на ограничение потребления. При этом сокращение импорта, запрет на авиаперелеты и прочие рестрикции замедлили отток капитала из страны – тратить валюту стало банально не на что.

«Меры против импорта, авиасообщения, виз привели ровно к обратному эффекту: платежный баланс России оказался лучше, чем он был в тучные годы, – поясняет советник по макроэкономике генерального директора компании «Открытие инвестиции» Сергей Хестанов. – Счет текущих операций в середине года был гораздо больше, чем накануне кризиса 2008 года». Все это поддержало рубль и заметно притормозило инфляцию.

Вдобавок едва брюссельские бюрократы анонсировали санкции против российского нефтегазового сектора, цены на углеводороды резко рванули вверх – это продолжалось все первое полугодие 2022-го, – а многие страны ЕС начали закупаться нефтью, нефтепродуктами и газом впрок. И закупились по максимуму.

Буровая установка на одном из месторождений.

Едва брюссельские бюрократы анонсировали санкции против российского нефтегазового сектора, цены на углеводороды резко рванули вверх

ПАО "Газпром нефть"

Получается парадоксальный вывод: значительная часть санкций в краткосрочной перспективе способствовала замедлению падения российского ВВП, профициту торгового баланса, укреплению рубля и, как итог, общему повышению устойчивости российской экономики. Хотя ясно, что в долгосрочной перспективе ограничения на импорт производственного оборудования неизбежно дадут негативный эффект.


Россияне стали больше пить и хуже есть

Экономический кризис не лучшим образом сказывается на потребительском поведении россиян. По данным Росалкогольрегулирования, розничные продажи водки в стране выросли в 2022-м на 6% год к году. Объем продаж слабоалкогольной продукции увеличился на рекордные 53%.

В конце сентября продажи антидепрессантов в аптеках в денежном выражении увеличились в 2,2 раза (год к году), в натуральном выражении рост составил 80%. Таковы данные компании DSM Group.

Зато в выигрыше производители дешевых продуктов. Бренд «Роллтон» прогнозирует рост продаж на 10% на фоне стабильно увеличивающегося спроса. В 2022 году на каждого россиянина пришлось 14,6 проданных упаковок этой лапши.

Новый год многим придется отмечать в долг. Согласно декабрьскому опросу компании Unicom, около 15% россиян планируют взять кредит на празднование. Эта цифра могла быть и больше, ведь 25% опрошенных еще не определились, будут ли они брать заём на встречу 2023 года.


Великий поворот на Восток

Наиболее серьезный и безусловный успех Москвы (его отмечают все опрошенные эксперты) – это глобальный разворот на Восток, переориентация товарных потоков и валютной структуры торгового баланса на Индию и Китай. Если в 2021 году до 50% российской нефти импортировалось в страны Европы, то в ноябре 2022-го, по данным Reuters, около 53% от всего объема морских поставок нефти марки Urals уже приходилось на Индию, а по итогам декабря этот показатель должен вырасти до 70%. Правда, тот же Reuters уверяет, что Индия покупает российские энергоресурсы намного дешевле установленного Западом потолка цен. В декабре скидка для Индии составляла $12–15 по сравнению с ранее заключавшимися сделками. С учетом фрахта скидка может превышать $30 за баррель, в результате Дели приобретает сырье едва ли не по $32–35 за баррель. Некоторые эксперты даже уверяли, что из-за снижения цен на российскую марку Urals она продается дешевле себестоимости.

Что касается Поднебесной, то, по уверению The Wall Street Journal, Пекин делает долгосрочную ставку на Москву. Якобы в декабре глава КНР Си Цзиньпин поручил своему правительству наладить более тесные экономические связи с РФ. План сотрудничества предполагает увеличение импорта российской нефти, газа и сельскохозяйственных товаров, расширение совместных энергетических партнерств в Арктике, а также наращивание китайских инвестиций в транспортную инфраструктуру России – в железные дороги и порты.

Параллельные пути

В копилку неоспоримых успехов российского руководства можно записать организацию параллельного импорта. По данным ЦБ РФ, во втором квартале 2022 года снижение стоимостного объема импортных товаров и услуг составляло 23% год к году. Но уже к концу третьего квартала благодаря параллельному импорту этот показатель сократился до 14%. В октябре ежемесячный прирост параллельного импорта по весу товаров оценивался в среднем в 18%, а по статистической стоимости товаров – в 20%. Как заявлял вице-премьер, глава Минпромторга Денис Мантуров, объем товаров, ввезенных в РФ по параллельному импорту, за три месяца с момента запуска механизма в мае достиг почти 6,5 млрд долларов, а по итогам 2022 года может составить около 16 млрд долларов.

Кривыми путями: что успешно поставляется в Россию, и чего не хватает

По оценке аналитического агентства «Автостат», благодаря параллельному импорту на рынке РФ можно приобрести 500 моделей автомобилей 85 брендов. При том, что официально в стране представлено всего 68 моделей 17 брендов.

Увы, у этой медали есть и оборотная сторона, а именно: рост контрафактной продукции в самых разных сегментах. Так, по данным Минпромторга, за девять месяцев 2022 года из оборота было изъято 47 тыс. упаковок фальшивых лекарств на сумму более 1 млрд рублей. Это в семь раз больше, чем за аналогичный период прошлого года.

По мнению Натальи Зубаревич, немалая заслуга в устойчивости нашей экономики принадлежит российскому частному бизнесу. «Бизнес крутился, как мог, некоторые компании уже через две недели смогли найти альтернативных поставщиков и новые рынки сбыта», – говорит эксперт. Многие компании, «получив по носу» в ковидном 2020-м, когда поломались выстроенные логистические цепочки, после снятия ограничений резко нарастили свои складские запасы (готовая продукция, комплектующие, расходники). Это позволило им продержаться гораздо дольше, чем ожидалось.

После введения санкций многие эксперты уверяли, что запасы импортных товаров и комплектующих исчерпаются к концу весны или к началу осени. В реальности некоторые склады пустеют только сейчас. Пара примеров: сообщалось, что в декабре у российских ритейлеров подошли к концу запасы чипсов Pringles и сети планируют заменить их аналогами. Между тем американская компания Kellogg (производитель Pringles) прекратила поставки в Россию девять месяцев назад. Или вот: по информации ассоциации «Российские автомобильные дилеры», в декабре в стране осталось 20–30 тыс. новых машин иностранных брендов, и этих запасов должно хватить на месяц. Хотя многие автопроизводители остановили свои конвейеры еще в марте.

Неодолимое «проклятие скважины»

А вот чего не удалось сделать совсем, так это запустить процесс перестройки российской экономики. После начала военных действий на Украине и раскрутки антироссийских санкций многие эксперты рассуждали о том, что теперь-то нам уж точно придется слезать с «нефтяной иглы», строить новую, несырьевую экономику. Одни предрекали мобилизационную индустриализацию, другие говорили про нэп 2.0.

Инструменты для потолка: как Россия может противостоять ограничению цен на нефть

Ни нэпа, ни новой мобилизационной индустриализации пока не планируется. Еще летом первый вице-премьер Андрей Белоусов заявил, что из трех возможных путей развития – мобилизационного, пути реформ и ситуативного реагирования – власть намерена выбрать третий. По мере возникновения проблем «происходит подстраивание, и система двигается» – так описал избранный путь Белоусов, признав, что он «не очень эффективный», зато самый безопасный «в социальном плане».

Собственно, последующие заявления руководства страны, равно как и реальные действия властей говорят об их стремлении сохранить существующую экономическую модель. В начале декабря Financial Times сообщила о закупке Россией 109 танкеров (в т.ч. 30 супертанкеров на 2 млн баррелей) для поставок нефти в Индию, Китай и Турцию. Это старые суда, возрастом 12–15 лет, которые их бывшие владельцы планировали вскоре списать. Вероятно, речь идет о создании т. н. «сумеречного флота» по примеру Ирана и Венесуэлы для обеспечения серого импорта, пояснил «Профилю» главный директор по энергетическому направлению Института энергетики и финансов Алексей Громов. Дело в том, что судно, прошедшее процедуру списания, может совершать рейсы без транспондера, отслеживающего его перемещение с помощью спутников.

В середине декабря президент Владимир Путин заявил, что Россия будет развивать портовые и трубопроводные системы в Азии. Это позволит к 2025 году нарастить поставки газа на Восток до 48 млрд кубометров, а к 2030 году – до 88 млрд кубометров.

Впрочем, как отметил главный научный сотрудник Института экономики РАН Игорь Николаев, под такими беспрецедентными санкциями, какие мы имеем сейчас, экономика «решает задачи выживания», а не структурной перестройки. «Такова реальность – вовремя не слезли [с сырьевой иглы], а теперь уже не до этого», – подытожил он.

Отложенные эффекты

Эксперты опасаются, что основные негативные эффекты от санкций, мобилизации, эмиграции мы ощутим на себе в 2023 году. «Глуповато надеяться, что все останется как есть, – понятно, что санкционная спираль будет раскручиваться и подвижки будут», – говорит Сергей Хестанов.

Сложный, мобилизационный, засекреченный: каким будет бюджет на ближайшую трехлетку

По версии Игоря Николаева, Россия адаптировалась к действующим ограничениям, но «самые тяжелые санкции» только вступают в силу: в декабре начали действовать эмбарго ЕС на морские поставки российской нефти и ценовой потолок на нее же, с февраля 2023-го вступит в силу эмбарго на нефтепродукты и, возможно, ценовой потолок на газ. Вызов серьезный, насколько удастся адаптироваться, пока спрогнозировать трудно. Последствия могут оказаться весьма болезненными – кейс с нефтяными скидками для Индии тому подтверждение.

Идем дальше. Банк России уже заявил, что на фоне частичной мобилизации во многих отраслях усиливается нехватка рабочей силы. А в перспективе года-двух дефицит рабочих рук будет сдерживать потенциальный рост ВВП, «что при прочих равных будет оказывать проинфляционное влияние на экономику».

Некоторые эксперты отмечают, что разовая потеря большой части активных потребителей из-за их эмиграции тоже окажет негативное влияние. Ведь многие уехавшие продолжают работать в России дистанционно, получать здесь зарплату и даже платить налоги, но потребляют товары и услуги за рубежом. Падение потребления будет сдерживать инфляцию, но снизит спрос и будет замедлять рост экономики.

Наконец, вхождение в состав РФ новых регионов: их восстановление и развитие потребует серьезного финансирования.

Как итог, Игорь Николаев прогнозирует, что в будущем году нас ждет продолжение кризиса и, вероятно, еще больший спад ВВП – 4–5% в 2023-м против 3–4% в 2022-м.


Рубль: свободный, но почти неконвертируемый

Монитор с графиками в офисе Московской бирж
©Артем Геодакян/ТАСС

Одна из заслуг российских властей – это сочетание сбалансированного (насколько возможно) бюджета и хотя бы частично свободного курса рубля, отмечает эксперт Сергей Хестанов. За исключением короткого периода времени торги на Московской валютной бирже не ограничивались. В прошлом такая политика помогла пережить кризисы 2008, 2014–2015 годов и пандемию 2020-го.

Впрочем, что касается национальной валюты, все не так однозначно. По словам Игоря Николаева из ИЭ РАН, за замедление инфляции пришлось расплачиваться тем, что «рубль практически перестал быть свободно конвертируемой валютой». Поэтому относительно низкая инфляция и стабильный рубль – это, конечно, успехи, но с серьезными оговорками.

Избранные статьи в telegram-канале ProfileJournal
Больше интересного на канале Дзен-Профиль