17 декабря 2018
USD EUR
Погода
Москва

Новый старый президент

Формально это были альтернативные выборы: помимо фамилии «Асад» в бюллетенях были еще две — представителя Партии народной воли Махера Абдель Хафиза Хаджара и представителя «Национальной инициативы за реформы» Хассана Абдель Илляхи ан-Нури.

Но это действительно не более чем формальность: действующий президент Сирии не для того затевал эти выборы, чтобы проиграть. По данным Конституционного суда, явка на выборах, которые прошли 3 июня, составила 73%: в голосовании приняли участие свыше 11 миллионов граждан в стране и за ее пределами. Действующий президент Сирии Башар Асад одержал сокрушительную победу на выборах главы государства, набрав 89% голосов избирателей, сообщил спикер парламента Мохаммед Джихад Лахам. Впрочем, на ход военных действий, которые идут в этой стране вот уже несколько лет, выборы вряд ли повлияют. О том, что ждет Сирию после выборов, «Профиль» побеседовал с экспертом по Ближнему Востоку, доктором исторических наук Георгием Мирским.

— Чуть ли не с января вести с Украины совершенно вытеснили все новости из Сирии… Что сейчас происходит в этой стране?

Та война, которая идет на Украине, — это детский сад по сравнению с тем, что происходило и происходит в Сирии. Там каждые десять минут погибает человек! Уже убито 162 тысячи сирийцев. Больше половины населения относится к категории перемещенных лиц, фактически это беженцы. Несколько миллионов эмигрировали — кто в Ливан, кто в Иорданию, кто в Турцию. Страна разделена. Правительство контролирует только центральную и южную части страны и большую часть прибрежной зоны. Северо-запад контролирует так называемая «Свободная сирийская армия», север — «Аль-Каида» в лице самых жестоких и непримиримых организаций: «Джабхат ан-Нусра» и ISIS (The Islamic State of Iraq and Al Sham / Исламское государство Ирака и Шама <Леванта>. — «Профиль»). Северо-восточную часть контролируют курды, которые никому не подчиняются. Экономическая столица Сирии, второй по величине город Алеппо уже два года разделен на две части. В пригородах Дамаска два с лишним года находятся повстанцы, которых правительство никак не может выбить оттуда. То есть в лучшем случае правительство контролирует половину страны, причем половину, разорванную на части, столицу (за исключением пригородов) и половину второго по величине города. Так что война продолжается. И на этом фоне сами по себе президентские выборы — это, конечно, полный фарс.

— Международное сообщество их не признает?

Признает Россия, Китай, еще несколько государств. И все. Но Башар Асад это прекрасно понимает, и ему наплевать, признают или нет. Выборы пройдут, его переизберут, и это для него самое главное. Причем в тех районах, где он контролирует ситуацию, выборы пройдут вполне нормально. Там даже не придется прибегать к фальсификациям. Ведь люди понимают, что, если они не проголосуют за Асада, придут бандиты из «Аль-Каиды». Поэтому неверно считать, что эти выборы будут сплошь базироваться на фальсификациях. Это не так.

— То есть часть населения считает Асада меньшим из зол?

— Совершенно верно. Если бы выборы состоялись два года назад, то даже в тех районах, которые Асад контролирует, ему для победы пришлось бы «накручивать» результат. В тот момент большинство было против него. Теперь ситуация изменилась в его пользу.

— Почему? В чем причины?

Главная причина связана с тем, что в числе его врагов оказалась «Аль-Каида». Я напомню, что в Сирии все началось с выступлений молодой демократической интеллигенции, как в Тунисе, Египте и Ливии. Правительство ответило огнем, многие военнослужащие не захотели стрелять в людей, началось дезертирство. Бежавшие в Турцию дезертиры создали там «Свободную сирийскую армию», которая стала получать поддержку извне. Тут-то к ним и добавилась «Аль-Каида», сторонники священной войны против «неверных». Казалось, что дни Башара Асада сочтены. Но не тут-то было! Эти идейные воины ислама начали проводить такую жестокую исламистскую политику, что тут же восстановили против себя все население. И если два года назад люди голосовали бы против Асада, то сейчас будут поддерживать его. Потому что альтернатива — это власть религиозных фанатиков, которые установят царство террора и расправятся со всеми, кто хоть как-то сомневается в их идеологии и методах борьбы. Они восстановили против себя даже «Свободную сирийскую армию», которая борется с Асадом.

— В общем, в Сирии параллельно разворачивается сразу несколько гражданских войн…

В том-то и дело! Одна война ведется между алавитским режимом Асада и его врагами — суннитскими повстанцами. Вторая война — в лагере самих суннитов: между умеренными («Свободная сирийская армия») и экстремистами из «Аль-Каиды», которые представлены двумя «джихадистскими» организациями — ISIS и «Джабхат ан-Нусра». И третья война — между этими двумя исламистскими группировками, которые как два медведя в одной берлоге. Так что Асада спасло то, что его враги раздираемы внутренней борьбой.

— Какой в этой ситуации может быть позиция Запада, и прежде всего США?

Парадокс заключается в том, что те силы, которые сражаются с Асадом внутри Сирии (вернее, исламистская, «джихадистская» их часть), сами же своим изуверским поведением не позволяют Бараку Обаме оказывать им реальную помощь, поставлять оружие. Обама не хочет, чтобы оружие попало в руки непримиримых врагов Америки. Если бы повстанцы получили от США зенитно-ракетные комплексы, для них это было бы существенным подспорьем, они смогли бы нейтрализовать авиацию Асада. Но Запад им ЗРК не дает. И Саудовская Аравия не дает. Ведь «Аль-Каида» — давний смертельный враг «продажной, нечестивой, прозападной» саудовской династии. Так ее называл основатель этой организации, покойный Усама бен Ладен. Так что приход «Аль-Каиды» в Сирию сыграл на руку Асаду. И в чисто военном отношении Асад стал одолевать своих врагов. Тем более что в прошлом году к нему на помощь пришли активисты ливанской шиитской экстремистской организации «Хизболла», созданной и финансируемой Ираном. Идея верная: против суннитских фанатиков воевать при помощи шиитских фанатиков…

— Побывавший недавно в Дамаске вице-премьер Дмитрий Рогозин передал слова Асада: не допустив американского вмешательства, «Путин спас весь Ближний Восток». А вы как считаете?

Прошлой осенью министр Лавров и госсекретарь Керри выручили Обаму, который сначала решил начать бомбежки химических объектов в Сирии, а потом с ужасом понял, что его собственный конгресс может не проголосовать за это. Путин избавил Обаму от унижения и в этом смысле оказался победителем. Но Путин спас Обаму, а не Ближний Восток. Разумеется, в выигрыше оказался и Асад: он отдал химическое оружие, которое ему было и не нужно, а взамен получил де-факто признание на международном уровне. Обама и другие западные лидеры еще за три года до этого объявили, что не хотят иметь с ним дела, но в итоге договариваться о вывозе химоружия пришлось именно с ним! Фактически из изгоя он превратился в легитимного лидера, с которым имеет дело ООН. И вот теперь он идет на перевыборы с высокими шансами на повторное избрание.

— В чем заключается стратегическая линия России в сирийском кризисе?

— Меня часто спрашивают иностранные журналисты: неужели Путин не понимает, что рано или поздно Асад проиграет? Я им на это отвечаю: во-первых, сейчас это не ясно, ход событий повернулся в его сторону — он еще может выиграть. Но если в конце концов он и проиграет — через год, два или три, это все равно не будет означать, что Путин проиграл. Путин всегда может сказать, что мы до конца были верны своим принципам и сделали все возможное. Просто противники Асада оказались сильнее. Но если бы Путин сейчас отказался от поддержки Асада, о чем его все время просят западные партнеры, он бы как раз и выглядел как лузер. Он бы проиграл. По крайней мере, в глазах россиян. Потому что сейчас для нашего общества и руководства главное — не отступать под американским давлением. Задача Путина — показать, что страна встала с колен и мы уже никогда не будем плясать под американскую дудку. И это многое объясняет в его внешнеполитическом курсе.

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK