11 декабря 2018
USD EUR
Погода
Москва

Одни дома

В Петербурге президент Владимир Путин убеждал иностранных инвесторов не уходить из России. На фоне украинского кризиса делать это было особенно трудно.

Как известно, Петербургский международный экономический форум (ПМЭФ) задумывался в свое время как наш ответ Давосу. Однако со временем стало очевидно принципиальное различие между двумя этими форумами. Если в Давосе больше обсуждаются глобальные проблемы, то ПМЭФ превратился в этакую ярмарку—презентацию России, в ходе которой представители отечественного истеблишмента выступают перед иностранными инвесторами в роли зазывал. Скажем сразу, в этом году на фоне захвата Крыма и украинского кризиса «зазывать» было особенно сложно. В кулуарах форума участники постоянно возвращались к теме Украины, санкций и того, что теперь с Россией работать будет непросто. В этом году ПМЭФ проходил под лозунгом «Укрепление доверия в эпоху преобразований». Однако с доверием были очевидные проблемы. Руководители целого ряда крупных мировых компаний отказались приехать в Петербург явно по политическим мотивам. Рекомендациям политиков не ехать в Петербург вняли не только американцы, но и многие европейские «капитаны бизнеса», в том числе и из Германии. Многие участники форума так или иначе говорили, что доверие к России действительно подорвано и восстановить его быстро не получится. «Известно, на каком фоне происходит форум, — заявил «Профилю» постоянный участник ПМЭФ, член бюро правления РСПП, президент Российско-американского совета делового сотрудничества Давид Якобашвили. — Санкции — это не шутка. Конечно, охлаждение в отношении западных инвесторов к России достаточно глубоко». Как заявил на первой пленарной сессии ПМЭФ председатель Global Counsel, еврокомиссар по торговле (2004—2008) лорд Мандельсон, инвестиции в Россию сокращаются, и есть риск, что «новые игроки могут просто не захотеть инвестировать в российский рынок». По его словам, «широкие последствия политической нестабильности могут превратить победу России в пиррову победу».
Тем не менее российские политики и чиновники все же в очередной раз попытались «продать» Россию инвесторам. И первую скрипку тут, без сомнения, сыграл лично президент России Владимир Путин. Суть его выступления сводилась к нескольким тезисам: Россия не боится западных санкций и того, что иностранные инвесторы уйдут из России, с инвесторами будут договариваться и идти им на уступки, но тех, кто окажется принципиальным, удерживать никто не будет. Глава государства также объявил о решении поддержать отечественную промышленность дешевыми кредитами (инфляция плюс 1%) и снижением административного давления.
Разумеется, президенту задали много вопросов об Украине. По существу Путин сказал мало нового, но по форме он был довольно резок, что выдавало некоторое раздражение. «Ответственность за события на Украине лежит на наших европейских и американских партнерах, — заявил Путин. — Они хотят, чтобы мы убирали то, что они там нагадили. На это рассчитаны санкции». «Нам говорят о третьем пакете санкций. У меня возникает вопрос — а в связи с чем? Совсем недавно на Таиланде было землетрясение с человеческими жертвами. Может, в этом мы тоже виноваты? — иронизировал президент. — Это, конечно, дестабилизирует наши экономические отношения с США и ЕС. Наши американские друзья — изощренные ребята. Может, так они хотят получить определенные преимущества в своих торгово-экономических отношениях с Европой?» Глава государства утверждал, что пока системного негативного влияния санкций на нашу экономику нет, хотя доступ к ресурсам компаний осложнился. Не уклонился Владимир Путин и от ответа на вопрос про санкции в отношении его друзей: «Выбрали из моего личного окружения моих близких друзей и решили их, как говорится в интеллигентской среде, «уконтрапупить». И взяли-то двух евреев и одного хохла! Но ничего, они успели деньги в Россию вывести». На вопрос о возможности переговоров с победителем президентских выборов на Украине Путин ответил: «Слушайте, мы же на бизнес-форум приехали. 3,5 «ярда» ($3,5 млрд. — «Профиль») они нам должны — пусть вернут».
Экономическая часть выступления президента была более сдержанной и конкретной. Особо стоит выделить два пункта. Во-первых, Владимир Путин распорядился до конца этого года внести в Госдуму полный пакет документов по улучшению делового климата в России. «Парламентариев прошу максимально оперативно его рассмотреть», — сказал президент. Во-вторых, он пообещал резко снизить стоимость долгосрочных кредитов для промышленных предприятий. «Будем активно внедрять механизм проектного финансирования, прежде всего в сфере промышленности, — сообщил Путин. — Он предполагает предоставление ресурсов на длительный срок, а также гибкие, необременительные для инвестора условия получения кредита, причем конечная стоимость таких кредитов не должна превышать уровень инфляции плюс 1%».
Каков именно будет механизм «проектного финансирования», президент не пояснил, и на момент подготовки данного материала подробностей не поступало. Напомним, что эту идею ранее активно продвигал советник президента Сергей Глазьев (об этом он рассказывал в интервью «Профилю» в № 18 от 12.05.2014). Глазьев также участвовал в ПМЭФ и активно дискутировал с либеральными экономистами, в частности, с экс-министром финансов Алексеем Кудриным.
Еще одна экономическая новация, которая может быть введена в следующем году, — это повышенное налогообложение на старые основные фонды, чтобы стимулировать предприятия активнее проводить модернизацию. Итогом поддержки промышленности и стимулирования технического переоснащения должно стать ежегодное увеличение доли экспорта неэнергетических товаров на 6%.
Вслед за президентом все российские чиновники на ПМЭФ пытались убедить иностранных инвесторов, что не стоит бояться санкций и сворачивать работу в России. Особое внимание было уделено представителям Visa и MasterCard, которые после принятия Госдумой новых законов, регулирующих платежные системы, собрались уходить из России. Им пошли навстречу. Размер страхового депозита для Visa и MasterCard может составить 10% от их дневного оборота, это порядка $100 млн, то есть вполне разумные деньги. Кроме того, по словам министра финансов Антона Силуанова, международные платежные системы создадут дочерние структуры, которые фактически будут иметь статус национальных платежных систем и процессинг осуществлять внутри России.
Удалось ли Владимиру Путину и другим российским представителям убедить иностранных инвесторов в том, что Россия — хорошее место для бизнеса? Это большой вопрос. Многие участники форума были уверены, что власти пытаются делать хорошую мину при плохой игре. Россия уже ощущает на себе последствия сворачивания бизнес-контактов. Западными странами принято решение о прекращении поставок в нашу страну «технологий двойного назначения», но могут быть разорваны контракты и в нефтегазовой сфере. В Минэнерго РФ уже озаботились поиском альтернативы. По словам источника в министерстве, в связи с угрозой санкций профильными ведомствами был проведен тщательный анализ возможностей замещения иностранного оборудования, используемого на шельфе. «По каждому виду оборудования определены свои сроки замещения, — рассказал источник. — Например, для
замены газотурбинных установок, по нашим оценкам, потребуется 2—3 года». Однако эксперты считают, что для создания высокотехнологичной инфраструктуры в России могут потребоваться десятилетия. «У нас есть реализованная платформа Приразломная, но глубина моря в месте добычи там составляет всего лишь 20 м, и строительство этой платформы заняло больше 15 лет, — рассказал «Профилю» первый вице-президент Российского союза инженеров Иван Андриевский. — К тому же верхняя часть платформы, где находятся буровой, технический и жилой модули, была срезана со списанной иностранной платформы. Заметим, что на тот момент не было «карательного отношения» западных стран к России. Можно предположить, сколько лет в таком случае займет создание с нуля арктической станции, грузовых судов-ледоколов и работающей инфраструктуры».
В этой ситуации Россия может рассчитывать на две вещи: частичную переориентацию экономических связей на Восток, прежде всего на Китай, и на отсутствие единства относительно политики санкций внутри западного делового сообщества. Разговор о том, что Россия готова расширять связи со странами Азиатско-Тихоокеанского региона, заходит всякий раз, когда возникают какие-либо трения с Западом, однако сегодня он особенно слышен. Владелец Volga Group, экс-акционер нефтетрейдера Gunvor Геннадий Тимченко, недавно назначенный сопредседателем Российско-китайского делового совета, рад развороту на Восток. Для него Китай — это, по его же словам, новый, «очень интересный поворот». «У меня был застой, а теперь драйв — появилась возможность проявить себя на азиатском направлении», — не скрывал он своей радости на встрече с журналистами. Тимченко рассказал, что имеет массу интересных бизнес-предложений на китайском рынке — начиная от участия в газораспределении и заканчивая запуском спутника на Юпитер. Неслучайно и визит президента Владимира Путина в Китай, и подписание 30-летнего газового контракта состоялись буквально накануне открытия форума, а кульминацией последнего дня ПМЭФ стал круглый стол «Россия—Китай».
Не теряет Москва надежды и на то, что западному, особенно европейскому, бизнесу удастся убедить политиков не усиливать давление на Россию. Наш источник в Минэнерго заметил, «что компании пишут письма своим правительствам с просьбой не вводить санкции». Обращения подобного толка действительно имели место. В частности, с таким письмом к правительству Германии обратилась Российско-германская внешнеторговая палата. Представители более 800 компаний, поставившие подписи под документом, заявили: они опасаются, что последствия санкций могут ударить рикошетом по интересам немецкого бизнеса. По их мнению, российская сторона может отказаться от сотрудничества с ними и заключит контракты с азиатскими фирмами. В результате Германия потеряет свою долю рынка в России и столкнется с увеличением уровня безработицы. Председатель правления палаты Михаэль Хармс рассказал «Профилю», что официальной реакции на письмо пока не поступало: «Наверное, ее и не будет, ведь немецкое правительство само не хочет санкций и заинтересовано в хороших экономических связях с Россией и сохранении рабочих мест. Но наши власти при этом открыто нам говорят, что вполне возможна ситуация, при которой санкции придется все же применить. Это примат политики». По его словам, тональность форуму в целом задала атмосфера тревоги и неопределенности: «Все фирмы — и крупные, и средние, и мелкие — обеспокоены. Некоторые, в частности, автомобильные компании, предсказывают падение рынка. Хотя катастрофы пока и нет, угроза санкций очень влияет».
Кстати, результаты весеннего опроса Ассоциации европейского бизнеса (АЕБ) показывают, что большинство европейских инвесторов не верят, что в ближайшие два года у российской экономики есть перспективы. Роста инвестиций ожидают лишь менее четверти опрошенных бизнесменов из Германии, Франции и Финляндии. Политическая неопределенность — самое неприятное для инвесторов. Глава Российско-германской внешнеторговой палаты предположил, что именно из-за этого не приехали на форум главы Siemens и Deutsche Bank. «По крайней мере со стороны нашего правительства никакого давления на них не было, это я могу сказать определенно», — заявил он. И добавил, что те российские проекты Siemens, о которых он знает, пока не отменяются. Это, в частности, проект строительства высокоскоростной железнодорожной магистрали.
Со своей стороны, российские компании признают, что уже есть проблемы с получением кредитов на Западе. Западные банки, в частности, начинают требовать включения в договора особых пунктов, предусматривающих немедленное погашение кредитов в случае, если санкции коснутся организации, оформившей кредит. При этом сами кредитные организации планируют сократить свое присутствие на российском рынке. Не добавляет оптимизма и макроэкономическая статистика: по оценкам Европейского Центробанка, отток капитала из России с начала украинского кризиса составил уже $220 млрд (российский ЦБ оценивает чистый отток за первый квартал в $55 млрд). Объем прямых инвестиций в реальный сектор сократился за это время более чем в 3 раза — с $37,1 до $11,9 млрд. Приток прочих инвестиций, подавляющая часть которых приходится на торговые кредиты и займы, — почти в 4 раза, с $35,8 до $9,2 млрд. Эксперты считают, что в краткосрочной перспективе ситуация усугубится. По словам экономиста Владислава Жуковского, «для российских компаний и банков закрываются внешние рынки долгового и акционерного капитала, что вкупе с общей паникой из-за введения санкций со стороны Запада усложнит и без того непростую ситуацию с рефинансированием внешних долгов и займов российскими компаниями». Впрочем, как заявил «Профилю» один из участников форума, гендиректор компании «Финэкспертиза» Агван Микаэлян, драматизировать происходящее не стоит: «Для тех же американских инвестиционных фондов свойственно такое поведение — покидать страну, как только меняется ветер. В следующем году они прибегут, вот увидите».
Геннадий Тимченко, который одним из первых попал под американские санкции, также видит позитив в происходящем на финансовых рынках. «Да, европейские банки начинают нам ставить палки в колеса», — признал он во время общения с журналистами на форуме. Однако, по его словам, это хорошо: «Они нас подталкивают к независимости. В среднесрочной перспективе это положительно скажется на российской экономике. Посмотрите на банк «Россия»: после введения санкций он имеет все шансы стать одним из крупнейших в рублевой зоне».
А вот известный российский предприниматель, председатель совета директоров «Национальной резервной корпорации» Александр Лебедев убежден, что на форуме стоило бы больше обсуждать внутренние проблемы, такие как отсутствие в стране верховенства права, налоговые поборы, коррупцию в госсекторе, хищения в банковской сфере. «Я бы поднимал эти темы, но они на таких форумах не обсуждаются. Это просто очередная ярмарка тщеславия, сопровождающаяся картинным подписанием контрактов, — заявил он. — На деле потом бывает, посмотришь, а толку в этом контракте никакого». А на вопрос о влиянии санкций на российскую экономику эксперт ответил, что «худших санкций, чем сама российская бюрократия, никогда никто к нам применить не сможет». Что ж, сколько людей — столько мнений.

 

Кто не приехал на ПМЭФ

Глава Morgan Stanley Джеймс Горман
Гендиректор Goldman Sachs Ллойд Бланкфейн
Гендиректор ConocoPhillips Райан Ланс
Глава EY Марк Уайнбергер
Гендиректор Alcoa Клаус Кляйнфельд
Председатель совета директоров Bain & Company Орит Гадиеш
Гендиректор PeMex Эмилио Лозойя
Глава Visa Чарли Шарф
Председатель совета директоров PepsiCo Индра Нуйи
Гендиректор Citigroup Майкл Корбат
Президент ЕБРР Сума Чакрабарти
Гендиректор Siemens Джо Кэзер
Глава E.ON Йоханнес Тайссен.
 

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK