10 декабря 2018
USD EUR
Погода
Москва

Около ноля

Видимо, дела в российской экономике не очень хороши. Иначе с чего бы это министр экономического развития и либерал Алексей Улюкаев вступил в жесткий клинч с другим либералом — министром финансов Антоном Силуановым? Да из-за чего! Из-за фундаментальной ценности — бюджетного правила. 

Алексей Улюкаев настаивает на ослаблении бюджетного правила, увеличении дефицита бюджета до 2% ВВП, что даст возможность правительству дополнительно потратить в 2014 году до 800 млрд рублей. Мотивы очевидны — присоединение Крыма и связанные с этим санкции Запада могут привести к дальнейшему сокращению частных инвестиций в России. Частные инвесторы категорически не хотят вкладывать деньги в отечественную экономику: только за первые два месяца 2014 года объем инвестиций в основной капитал сократился на 5% в годовом исчислении. 

Естественные монополии теоретически могли бы наращивать инвестиции, но в этом году правительство в целях борьбы с инфляцией заморозило тарифы на их продукцию и услуги, и госкорпорации были вынуждены урезать свои инвестпрограммы. К тому же закончилась олимпийская стройка, на которую было потрачено около 1,5 трлн рублей и которая создавала спрос на продукцию некоторых отраслей отечественной экономики.

Одновременно на фоне девальвации рубля, политической напряженности и санкций резко ускорился отток капитала. За первые два месяца 2014 года — около $35 млрд, сообщил недавно Алексей Улюкаев. Это более половины от всего оттока за прошлый год ($62 млрд). По оценкам ведомства и экспертов, отток капитала в этом году может достичь $80—120 млрд (некоторые «хорошо информированные оптимисты» говорят о $160 млрд). На фоне и без того не слишком благоприятной мировой конъюнктуры все это грозит практически полной остановкой экономического роста в стране.

Недостаточная инвестиционная активность вкупе с невысокими темпами роста потребительского спроса (всего 3,2% за январь—февраль 2014 года) загоняет локомотив российской экономики на запасной путь, где скорость движения стремится к нулю. По оценке международного рейтингового агентства Standard and Poor’s, в текущем году темпы роста ВВП упадут до 0,6% по негативному сценарию или до 1,2% — по позитивному. Глава Центрального банка РФ Эльвира Набиуллина на минувшей неделе озвучила свой прогноз, тоже не очень оптимистический. «Реализация нашего прогноза экономического роста в 2014 году, который мы представляли в прошлом году, маловероятна, — заявила она на съезде Ассоциации российских банков. — Мы предполагали, что рост будет 1,5—1,8%. Сейчас, на наш взгляд, более вероятно замедление темпов роста до уровня ниже 1%». Реальность пока подтверждает выкладки специалистов: заместитель Алексея Улюкаева Андрей Клепач в минувший четверг заявил, что ВВП РФ в I квартале вырастет, по прогнозу, на 0,8% в годовом исчислении.

Снижение темпов экономического роста порождает целый букет проблем. Прежде всего речь идет о сокращении поступлений в бюджет от несырьевых секторов экономики, а также о нарастании дефицита бюджетов регионов, с которых никто не снимал задачу выполнения социальных обязательств, в том числе и «майских указов». «По состоянию на 1 января 2014 года совокупный долг регионов составил 1,7 трлн рублей», — сообщила в конце марта заместитель председателя Счетной палаты Вера Чистова. По ее словам, госдолг регионов «растет на 36—40% год от года, что усугубляет их финансовое положение». Ранее министр финансов Антон Силуанов заявлял, что дефицит бюджетов регионов России может составить в 2014 году 210—220 млрд рублей. «Регионам сейчас как никогда сложно, потому что они недополучат от плановых назначений около 1 трлн рублей по налогу на прибыль. Вместо его роста на 10—12% мы получили падение — минус 15%. При этом расходная база регионов растет», — отметил он, добавив, что рост расходов связан с выполнением указов президента по росту зарплаты бюджетников.

Присоединение Крыма и Севастополя к России добавило проблем. Количество денег, которое понадобится для адаптации полуострова к российским реалиям, еще не посчитано, но уже по первым прикидкам потребуются сотни миллиардов рублей.

Во-первых, на выплату повышенных до российского уровня пенсий и зарплат бюджетникам. 

Во-вторых, нужны колоссальные затраты на энергетику, транспорт, социальные объекты. По словам министра энергетики Александра Новака, на создание энергетической инфраструктуры Крыма (планируется построить три теплоэлектростанции, каждая по два блока по 220 МВт, и проложить газопровод со стороны Краснодарского края по дну Черного моря) потребуется около 90—100 млрд рублей. Министр транспорта Максим Соколов сообщил, что объем необходимого финансирования для строительства моста через Керченский пролив будет «явно превышать уже обозначенные 50 млрд рублей». Причина подорожания в том, что первоначальная сумма относилась только к автомобильному переходу, а сейчас ставится задача сделать совмещенный автомобильно-железнодорожный мост. «По нашим оценкам, это 80—85 млрд рублей как минимум. А если речь будет вестись о двухпутной дороге, то, наверное, эта сумма максимально приблизится или даже превысит 100 млрд рублей», — сказал он. По информации «Профиля», и эта сумма может вырасти еще в 1,5—2 раза. Конечно, история с инвестициями в инфраструктуру не так проста, как с пенсиями. Строго говоря, Крым на некоторое время может стать для российской экономики чем-то вроде Сочи. Вырастет спрос на определенные товары — строительные материалы, металл, трубы и т.д., появятся рабочие места. Но кто в конечном итоге заплатит за музыку? Естественно, что часть расходов переложат на плечи «Газпрома» и других квазичастных инвесторов, но, как показывает опыт подготовки к той же сочинской Олимпиаде, не менее двух третей составят расходы, финансируемые из бюджета.

Все это и заставляет правительство думать, где найти деньги для бюджета. Недавно, выступая на одной из конференций в Москве, Антон Силуанов заявил, что, на его взгляд, дополнительные 650—700 млрд рублей сложно занять на рынке, поскольку ставки сейчас высоки, а включить печатный станок — значит способствовать раскручиванию инфляции. Один из выходов — фактическое сокращение резервов путем пересмотра пресловутого бюджетного правила. Напомним, что сейчас сверхдоходы от продажи нефти и газа поступают в Резервный фонд и Фонд национального благосостояния. На сегодня в этих фондах накоплено примерно по 3,2 трлн рублей, а отчисления будут продолжаться, пока Резервный фонд не достигнет 7% ВВП, что составляет на сегодня примерно 5 трлн рублей. Изменение бюджетного правила означает, что больше доходов от нефтегазового экспорта пойдет на покрытие текущих расходов, а национальная «заначка» будет при этом пополняться медленнее.

Алексей Улюкаев в начале своей министерской карьеры практически по всем вопросам солидаризировался с Антоном Силуановым, в том числе и по бюджетному правилу. Но сейчас их позиции разошлись. Алексей Улюкаев предложил изменить параметры бюджетного правила, увеличив предельную величину дефицита бюджета на 2014 год с 1% до 2% ВВП, чтобы компенсировать отток капитала из России: «С моей точки зрения, компенсаторным был бы механизм для этого года при текущих параметрах по оттоку капитала, который есть, — это дополнительно примерно 1% ВВП бюджетного дефицита, то есть увеличение предельного параметра бюджетного дефицита до 2 процентных пунктов». Антон Силуанов отметил, что «любое правило, любая конструкция действует в конкретных обстоятельствах».

Антон Силуанов, который оппонирует Алексею Улюкаеву и другим членам экономического блока Кремля и Белого дома, полагает, что допрасходы не дадут сегодня особого эффекта и создадут лишь новые риски в будущем. На его взгляд, Россия вползла в длительный период низких темпов роста, и если повысить госрасходы, то их придется поддерживать постоянно, «чтобы опять не свалиться в яму». При этом падение цен, которого нельзя исключать, будет болезненнее, чем сейчас. По мнению Антона Силуанова, это как «напиться в последний раз, а там будь что будет». Минфин пока не дает согласия на расширение расходной части бюджета и использование средств из резервов на крымский проект. Антон Силуанов предложил ведомствам изыскивать деньги на создание своих территориальных подразделений в Крыму из собственных средств.

Параллельно с атакой на бюджетное правило идет менее интенсивное, но явственное давление на Центральный банк, чтобы побудить его смягчить кредитно-денежную политику. В частности, об этом говорили участники Московского экономического форума, прошедшего в конце марта в МГУ. Экс-премьер Евгений Примаков, советник президента Сергей Глазьев и другие левые утверждали, что Россия должна перейти от внешних источников кредитных ресурсов для экономики к внутренним. Но Эльвира Набиуллина пока непреклонна. В условиях оттока капитала и нестабильности на валютном рынке ослаблять кредитно-денежную политику — это только способствовать выводу денег за пределы страны, считает она. Процентные ставки не будут меняться до лета, говорят в Центробанке.

Естественно, что эксперты, с которыми пообщался «Профиль», по-разному оценивают инициативу Минэкономразвития. Руководитель Экономической экспертной группы Евсей Гурвич полагает, что нет убедительных аргументов в пользу того, что в России наблюдается циклическое замедление экономики, которое лечится мерами бюджетного и денежного стимулирования. На его взгляд, страна столкнулась с кризисом доверия, который выражается не в нехватке денег, а в оттоке капитала. Получается, «если мы снижаем процентные ставки, то увеличивается отток капитала», и «если увеличиваются бюджетные расходы, то это уменьшает доверие к экономике», говорит эксперт. «Любые метания — подрыв этого доверия. Тем самым получается, что мы не лечим проблему, а усугубляем ее. Иными словами, пытаемся бороться с пожаром, заливая его бензином», — считает Евсей Гурвич.

Гендиректор «Финэкспертизы» Агван Микаелян говорит, что бюджетное правило «свою актуальность не потеряло», но отчасти соглашается с Алексеем Улюкаевым в том, что «вполне разумно в дальнейшем его начать пересматривать в сторону корректировки». Главный экономист HSBC по России и странам СНГ Александр Морозов отмечает, что смягчение бюджетной и денежно-кредитной политики может дать позитивный эффект для экономики, но он будет краткосрочным. «Устранить структурные барьеры макроэкономическая политика не может, — уверен эксперт. — Более того, за смягчение макроэкономической политики придется платить». Расплата — это большая уязвимость бюджета к возможному падению цен на нефть и сохранение высокой инфляции. Научный руководитель Высшей школы экономики Евгений Ясин полагает, что не надо трогать денежно-кредитную политику, чтобы стимулировать экономический рост: «Денежно-кредитная политика имеет хорошего регулятора — кредитный рынок. Если в процесс вмешаются чиновники, это плохо».

Выходом из сложившейся тупиковой ситуации могли бы стать отказ от невыполнимых социальных обязательств и кардинальное улучшение условий для бизнеса. «Мне кажется, что акцент, который делается на макроэкономической политике в поисках инструментов стимулирования экономического роста в России, уводит нас от ключевого вопроса: как сделать ведение бизнеса в России комфортным и безопасным?» — считает Александр Морозов. Надо восстанавливать доверие инвесторов и предпринимателей, соглашается Евсей Гурвич. Иными словами, нужны реформы по европейскому образцу, где основной упор делается на благоприятном инвестклимате и хороших институтах.

Другой вариант предлагает директор Института экономики РАН Руслан Гринберг. «Отмена бюджетного правила или сохранение его особенного смысла не имеет, мне кажется, что здесь большее значение имеет политическая воля правительства и понимание того факта, что без государственных инвестиций в рамках индустриальной политики ничего не произойдет, — полагает он. — Для нас неприемлем вариант ускорения экономики по западному образцу. Нужно делать ставку на частно-государственное партнерство, которое необходимо перевести из риторики в практику».

Какой подход возобладает? Чтобы попробовать ответить на этот вопрос, надо принять во внимание еще одно важное обстоятельство — грядущие выборы, парламентские и президентские. По информации «Профиля», один из инициаторов обсуждения возможности коррекции бюджетного правила, ограничивающего поступления нефтегазовых доходов в бюджет, — вице-премьер Игорь Шувалов. За смягчение правила также помощник президента, экс-министр экономического развития Андрей Белоусов. Одним из мотивов, который побуждает чиновников к распечатыванию резервов, является задача «формирования благоприятной социально-экономической обстановки в стране» перед выборами в Госдуму в 2016 году и президента в 2018 году. С нынешней бюджетной политикой и в текущих экономических условиях формировать такую обстановку будет очень сложно, поскольку Минфин заставляет ведомства сокращать госпрограммы и де-факто урезает расходы на здравоохранение и образование. Источник «Профиля» в правительстве говорит, что в 2015—2016 годах из-за нехватки денег в системе обязательного медицинского страхования всю систему здравоохранения может ожидать серьезный кризис. Сегодня очевидно, что выполнить «майские указы» и интегрировать Крым, не увеличивая расходов, невозможно. Пока шансы сторонников увеличения расходов и противников такого подхода оцениваются как 50 на 50. По последним данным, с докладом к президенту по этому вопросу министры пойдут 14 апреля. Некоторые наблюдатели считают, что нынешний премьер-министр Дмитрий Медведев не будет даже пытаться корректировать курс и давить на Минфин, а оставит это своему сменщику, — в правительственных коридорах ходят упорные слухи, что премьер все же перейдет на должность главы обновленного Верховного суда. И по тому, кто придет ему на смену, во многом станет понятно, как будет развиваться российская экономика в ближайшие годы.
 

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK