Наверх
27 мая 2020

Почему немецкие подводники потерпели фиаско во время захвата Норвегии

Линкор «Уорспайт»

©McNeill / Royal Navy

Ровно 80 лет назад произошло одно из ключевых событий Второй мировой, положившее конец «странной войне» на Западном фронте. 9 апреля 1940 вермахт начал операцию «Везерюбунг» – вторжение в Данию и Норвегию. Она вошла в анналы истории, как одна из наиболее дерзких операций военно-морских сил Германии. Кригсмарине удачно справились с задачей по высадке десантов в норвежских фьордах, опередив столь грозного противника как британский Королевский флот. Это послужило залогом успеха в последовавшей битве за Норвегию, завершившейся победой вермахта и оккупацией этой скандинавской страны.

Но «Везерюбунг» запомнилась не только этим, но и поразительной неудачей, постигшей германских подводников. За время Норвежской операции практически все атаки немецкими субмаринами кораблей и судов союзников провалились. Причиной тому стал массовый отказ торпед, которые не попадали в цель, а попав не взрывались или взрывались преждевременно. В результате «торпедного кризиса» подводники кригсмарине не только упустили шанс нанести большие потери противнику, но потеряли на время веру в свое оружие.

Запрещенное оружие

Во время Первой мировой войны Германия много внимания уделяла совершенствованию торпедного вооружения, необходимого для надводных кораблей и подводных лодок. Производство торпед для субмарин считалось приоритетной задачей. В конце войны кайзеровская армия уже не блистала успехами и Берлин делал ставку на подводную войну, где субмарина могла стать оружием победы. Немцы планировали построить сотни подлодок, которым понадобились бы тысячи торпед. Однако перемирие 1918 года и последовавший за ним Версальский мир поставили на этой программе крест.

Афера Ломана: крупнейший скандал в военном ведомстве Веймарской республики

Заключая с Германией мир, страны Антанты, особенно Великобритания, не желали повторения кошмара, который был учинен кайзеровскими подводниками на их морских коммуникациях. Поэтому в мирный договор они предусмотрительно включили пункты, запрещавшие немецкому флоту, как иметь подлодки, так и строить их – даже в коммерческих целях. Антанта не обошла вниманием и немецкие торпеды. Согласно 192-му пункту Версальского договора, Германия должна была сдать весь излишек торпед победителям, оставив себе только необходимый минимум. А в дальнейшем изготовление торпедного оружия ей запрещалось.

Но эти запреты немцам удалось обойти с помощью заграницы. Созданное рейхсмарине в Голландии тайное конструкторское бюро продолжало разрабатывать проекты подлодок. В Испании же с немецкой помощью был построен завод для производства торпед. Это позволило германскому флоту не только не потерять накопленный ранее опыт, но и приумножить его. А от теории к практике Германия перешла, когда власть оказалась в руках у Гитлера, отказавшегося соблюдать версальские ограничения.

«Угри» кригсмарине

Прототипом для создания своих «угрей» (немецкое прозвище торпед) послужила кайзеровская торпеда G7. На её основе были созданы две модификации:

— Парогазовая торпеда G7а, использовавшая в качестве топлива для своего двигателя смесь сжатого воздуха, воды и декалина,
— Электрическая торпеда G7е, приводившаяся в движение энергией аккумуляторных батарей.

Оба типа имели свои плюсы и минусы. Парогазовый «угорь» имел большую скорость и дальность хода. Он был неприхотлив в обслуживании и мог сутками храниться в палубных контейнерах подлодки или в ее внешних торпедных аппаратах. Но после пуска G7а оставляла на поверхности воды выдающий ее пузырьковый след. Электроторпеда никаких следов не оставляла, но имела меньшую скорость и была весьма капризна в обслуживании. Она требовала постоянного контроля уровня заряда батарей во время хранения, поэтому её приходилось периодически проверять. Но так как для подлодки важна незаметность, именно G7e стала основным оружием немецкого подплава.

Но торпедам нужен взрыватель. С 1934 года кригсмарине использовали универсальный взрыватель, имевший одновременно два модуля: ударно-механический и магнитный. Первый срабатывал во время удара «угря» в борт судна. Второму это не требовалось. Он осуществлял подрыв боевой части торпеды от действия магнитного поля корпуса вражеского корабля при прохождении торпеды рядом с ним. Поэтому ей было достаточно пройти килем на нужной глубине и взорваться, не коснувшись его.

Казалось бы, это чудо-оружие должно увеличить успехи субмарин во время войны, но на практике все оказалось иначе. К августу 1939-го торпедный боезапас кригсмарине составлял почти 1500 единиц. И оказалось, что треть из них неисправны.

Битва при Нарвике

Prisma by Dukas Presseagentur GmbH / Vostock Photo

Первые проблемы

Уже в первый месяц войны немецкие подводники столкнулись с проблемой необъяснимых промахов. Часть выпущенных «угрей» не смогли поразить даже неподвижные цели, не попав в них или сдетонировав раньше, чем положено. К примеру, 13 сентября U-29 выпустила торпеду с магнитным модулем в британское судно «Нептун», остановленное ею ранее. Не дойдя до цели, стальная «сигара» просто взорвавшись в воде на глазах у изумленных британцев, сидевших в шлюпках. А на следующий день неисправные «угри» стали причиной гибели подлодки U-39. Она атаковала авианосец «Арк Ройал» тремя торпедами, которые рванули раньше времени. Этим субмарина себя обнаружила после чего была потоплена эсминцами, став первой немецкой лодкой погибшей во Вторую мировую.

Кто на самом деле обеспечил успех одной из самых дерзких операций Кригсмарине во время Второй мировой войны

Командующий подводными силами кригсмарине Карл Дениц был сильно обеспокоен докладами о неисправных «угрях». Согласно немецким документам, уже 16 сентября он отметил, что торпеды неоднократно взрывались через 250 метров после пуска. Одна из субмарин даже была слегка повреждена из-за этого. Обращение в торпедную инспекцию флота не дало результата. Её специалисты не смогли определить причину дефекта взрывателя. Тем временем, неприятности продолжались. В ночь с 13 на 14 октября U-47 проникла в гавань главной базы британского флота Скапа Флоу, уничтожив там линкор «Ройал Оук». Но ей это удалось сделать лишь с третьей попытки, так как четыре из выпущенных «угрей» были дефектными.

Попытки торпедных специалистов исправить ситуацию оказались неудачны. Командиры подлодок тщательно выполняли их указания при торпедной стрельбе, но необъяснимые промахи и преждевременные взрывы продолжались. Терпение Деница лопнуло после инцидента с U-56. 30 октября она атаковала британский линкор «Нельсон». На лодке слышали, как все три торпеды ударили в его борт. Но их взрыватели не сработали. Командир U-56 впал в депрессию из-за такой неудачи и вскоре был списан на берег.

Под давлением разъяренного Деница, флотские инженеры в ноябре 1939-го создали новую модификацию торпедного взрывателя. Но отказы торпед продолжались, и подводники начали терять к ним доверие. Худшее их ждало впереди. Во время Норвежской кампании отказы «угрей» приняли массовый характер, лишив подводные силы кригсмарине всех шансов на успех.

«Деревянные болванки»

С началом войны Норвегия приобрела большое значение для участников конфликта. Для Германии эта скандинавская страна была поставщиком железной руды, в том числе и шведской. Для союзников Норвегия также оставалась важным торговым партнером.

 «Серые волки» против «Оверлорда»: подводники Третьего рейха не смогли помешать высадке в Нормандии

Противоборствующие стороны понимали, что ее нейтралитет рано или поздно будет нарушен кем-то из них. Захват союзниками Норвегии практически гарантировал им победу. Взяв эту страну под контроль, они лишили бы немцев возможности получать стратегическое сырье из Скандинавии. В итоге союзники начали подготовку операций «Вилфред» и «R4», предусматривавших минирование норвежских вод и высадку войск в норвежских портах. Немцы ответили разработкой плана «Везерюбунг», нацеленного на опережение англо-французской оккупации Норвегии.

Вторжение вермахта в Норвегию началось 9 апреля 1940, на сутки ранее, чем это планировали сделать союзники. Немецким подлодкам в этой операции отводилась важная роль. Субмарины группами концентрировались в районах норвежских портов, обеспечивая защиту высадки немецких морских десантов. Для выполнения этой задачи Дениц заранее вывел в море практически все свои силы. До приказа подлодки должны были оставаться незаметными, а начать действовать после того, как в эфире прозвучит кодовое слово «Хартмут».

Союзники начали противодействие немецкому вторжению лишь на следующий день. Королевский флот прикрывал переброску в Норвегию войсковых конвоев и пытался уничтожить немногочисленные силы кригсмарине, задействованные в операции «Везерюбунг». Немецкие подводники не могли пожаловаться на недостаток целей, но все их усилия пошли прахом из-за дефектных торпед. Первое боевое соприкосновение подлодок с кораблями противника произошло 10 апреля в районе Нарвика, где U-25 и U-51 несколько раз неудачно атаковали британские эсминцы. На следующий день горечь промахов познала и U-48, пытавшаяся торпедировать два британских крейсера у Тронхейма. То же самое происходило и с другими субмаринами. Самой горькой неудачей стала ситуация с линкором «Уорспайт», который немцы безуспешно атаковали шесть раз!

Подводники засыпали Деница жалобами на неисправные «угри». Считая, что виною неудач служит магнитный модуль взрывателя, командующий приказал впредь использовать только ударно-механический. Но надежды на его надежность не оправдались. 16 апреля у Харстада U-47 Гюнтера Прина атаковала транспорты союзников, стоявшие на якоре. Стреляя торпедами в упор, Прин не сумел потопить ни одного. Вернувшись из похода, взбешенный подводный ас прямо заявил Деницу, что он не собирается воевать «деревянными болванками». Вероятно, такие же чувства испытывали и другие командиры субмарин.

Когда Дениц проанализировал действия своих подлодок в норвежских водах, то установил: они могли один раз попасть в линкор, по семь раз в крейсера и эсминцы, пять транспортов непременно были бы потоплены. А если бы восемь торпед U-47 не отказали, все дальнейшие действия английских войск в районе Нарвика выглядели бы совершенно иначе. Но брак «угрей» свел все на нет. Оставалось понять, кто виноват и что делать?

Торпеды на немецкой лодке

Sueddeutsche Zeitung Photo / Vostock Photo

Кто виноват и что делать

20 апреля 1940 гросс-адмирал Редер приказал создать комиссию для расследования торпедного кризиса. Она установила, что главными причинами отказа «угрей» стали недостатки их конструкции. У G7а и G7е точность хода по глубине не соответствовала формулярным данным боевых торпед. Кроме этого, магнитный модуль взрывателя имел ряд технических дефектов; ударный механизм не отвечал необходимым требованиям. Оказалось, что торпедное управление Кильской верфи и опытная торпедная станция в Эккернфёрде подходили к испытаниям и сдаче торпед на корабли весьма халатно. За это начальник последней адмирал Верр был отдан под трибунал.

Еще в мирное время его сотрудники провели всего две опытных стрельбы торпедой с ударным взрывателем. Их результаты оказались неудовлетворительны. Но, будучи уверены в надежности магнитного модуля, на станции не стали ничего исправлять. Однако во время войны выяснилось, что торпеда не держит заданную глубину. Это снизило эффективность неконтактной стрельбы, а довоенный брак ударного механизма взрывателя лишь усугубил проблему. Это стало первой причиной неудач немецких подводников в Норвегии.

Суперсубмарины Третьего рейха: был ли шанс на успех?

Ситуация сложилась парадоксальная. Отказавшись от магнитного модуля, Дениц потребовал создать ударный торпедный взрыватель, как у англичан. Но флотские инженеры уверили его, что проблема решена и больше осечек с торпедами не будет. Действительно, они избавили взрыватель от его прежней «болезни», но установить причину недержания «угрями» нужной глубины удалось лишь в 1942-м. Оказалось, что в гидростате – приборе обеспечивающем сохранение торпедой заданной глубины, создается избыточное давление, нарушающее его равновесие. Таким образом, вторая причина «торпедного кризиса» в Норвегии была устранена лишь два года спустя.

Очевидно, что халатность лиц в кригсмарине, отвечавших за состояние торпед, сыграла на руку союзникам. Имей немецкие подводники надежные «угри» еще в начала войны, они могли бы причинить куда больше бед своим противникам. Ведь за время Второй мировой субмарины Германии потопили почти три тысячи судов и несколько сотен военных кораблей. Исправные торпеды могли бы увеличить это число потерь на треть, что хорошо видно на примере Норвежской кампании. Но история такого шанса «серым волкам» Деница не дала.

Читать полностью (время чтения 7 минут )
Избранные статьи в telegram-канале ProfileJournal
Больше интересного на канале Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK
06.09.2018