Наверх
16 мая 2021

Как пандемия коронавируса повлияла на отношения между обществом и властью

©Olga MALTSEVA/ AFP/ East News

Главные политические события 2020 года в России так или иначе были связаны с пандемией. Другие инфоповоды – даже с большим, казалось бы, потенциалом – быстро терялись в повестке дня. «Профиль» вспомнил, что произошло за год во внутренней политике и как ее изменил коронавирус.

Конституция на пеньках

На статус самого громкого и неоднозначного события-2020 с начала года претендовали поправки в Конституцию. Пакет изменений в Основной закон предложил президент Владимир Путин во время своего послания Федеральному собранию в середине января.

Среди новаций – расширение полномочий Госдумы, которая может утверждать не только премьеров, но и кандидатов в министры и зампреды правительства. В свою очередь, президент получил полномочия назначать и снимать генпрокуроров, выносить представления об отставке судей Конституционного суда. Премьер теперь будет нести перед главой государства «персональную ответственность».

Поправились: голосование по новой Конституции было похоже на очередные выборы

В обновленной Конституции постарались отразить и некоторые общественные скрепы – брак как союз мужчины и женщины, сохранение традиционных семейных ценностей, русский язык «как язык государствообразующего народа».

В последний момент появилась самая важная с точки зрения оппозиции поправка – об обнулении президентских сроков Владимира Путина. Она позволит действующему главе государства пойти на выборы еще дважды – в 2024-м и 2030-м. А в случае победы – остаться на посту до 2036 года.

Но спор о сути поправок быстро выдохся и переключился на сроки проведения и процедуру голосования, которые пришлось менять из-за пандемии. Дату перенесли с апреля на конец июня – начало июля. Многие участки для голосования разместили на открытом воздухе, а саму процедуру растянули на семь дней. Почти все это время журналисты и оппозиция спорили с ЦИКом о том, имело ли место голосование «на пеньках» и с какого расстояния нужно предъявлять документы, чтобы получить бюллетень. Результаты никого не удивили: по официальным данным, 77,92% участников голосования поддержали поправки.

Единый день голосования в сентябре тоже прошел по законам пандемийного времени и растянулся во времени на трое суток. И снова – без сюрпризов. На выборах глав регионов кандидаты от власти везде победили в первых турах, причем сразу несколько с результатом выше 80%. В региональных заксобраниях большинство мест досталось «Единой России».

Регионы вверх

В начале первой волны пандемии российские губернаторы получили новый круг полномочий. Президент дал им право закрывать любые организации и ограничивать передвижение людей и транспорта на территории субъектов, за исключением межрегиональных перевозок.

Весь апрель глава государства объявил нерабочим. А вот дальше решения пришлось принимать губернаторам. Они были вынуждены выбирать между жесткими антиковидными мерами и сохранением региональной экономики.

Руководители территорий воспользовались новыми полномочиями по-разному. Так, глава Чечни Рамзан Кадыров 1 апреля объявил о полном закрытии границ республики на въезд и выезд. В ответ премьер-министр Михаил Мишустин призвал руководство регионов не путать свои полномочия с федеральными. Кадыров ответил, что транзитных перевозок ограничения не касались, хотя ранее в его telegram-канале говорилось о приостановке движения для всех видов транспорта.

Одни из самых жестких ограничений действовали в Москве. В столице закрывали большую часть организаций, вводили пропускной режим и даже график прогулок для жителей. Мэр Сергей Собянин с середины марта руководил рабочей группой Госсовета по противодействию коронавирусу. Вместе с московскими антиковидными мерами это обеспечило ему место в топ-3 самых упоминаемых в российской прессе персон. Градоначальника опередили только Владимир Путин и Дональд Трамп.

Но постоянное присутствие в инфополе не помогло Собянину получить симпатии москвичей. Эффект был ровно противоположным. В июле «Левада-центр» впервые зафиксировал резкое снижение положительных оценок в отношении мэра – на 12 пунктов по сравнению с прошлым годом. При этом количество негативных оценок выросло вдвое – с 11% до 24%.

Для федеральной власти пандемия тоже не прошла бесследно. Рейтинг одобрения главы государства, по данным того же «Левада-центра», в феврале–марте находился на уровне 65%. В апреле, когда страна оказалась в самоизоляции, показатель падал до 59% и затем лишь немного приподнялся до 60–61%.

Рейтинг доверия президенту оказался еще ниже. На вопрос о том, кому из политиков вы сегодня доверяете, фамилию Путина в ноябре 2020 года называли только 32% респондентов «Левады».

Протестная активность

Ограничительные меры властей вызвали очевидное недовольство граждан, которое они пытались выражать даже в условиях локдауна. В некоторых регионах жители выбрали виртуальный формат. В приложениях «Яндекс.Карты» и «Яндекс.Навигатор» они массово оставляли комментарии у зданий местного правительства. Участники акций спрашивали у властей, на что им жить без работы и как прокормить детей, требовали ввести полный карантин и выплатить пособия.

Во Владикавказе горожане не ограничились онлайном и вышли на митинг против режима самоизоляции. Акция несколько раз перетекала в потасовки. В итоге больше 10 силовиков получили травмы, десятки участников – административные аресты и штрафы.

Были и другие поводы для протестов. Так, в Москве и Петербурге граждане выходили на улицы в поддержку белорусской оппозиции и бывшего журналиста Ивана Сафронова, которого обвинили в государственной измене. В Ненецком автономном округе жители выступали против объединения с Архангельской областью и в итоге вынудили руководство субъектов отказаться от этой идеи.

Но самыми яркими и продолжительными были протесты в Хабаровском крае, после того как губернатора Сергея Фургала (ЛДПР) обвинили в убийстве 15-летней давности, лишили полномочий и отправили в СИЗО. Его сторонники проводили акции более полугода – с момента задержания в июле и до конца года. Первое время хабаровчане митинговали ежедневно, но затем перешли на еженедельные мероприятия по субботам. Многие из акций закончились задержаниями.

На смену Фургалу федеральный центр отправил его однопартийца Михаила Дегтярева. Но ему не удалось ни найти взаимопонимания с жителями, ни хотя бы свернуть в регионе протестную активность.

Протесты в Хабаровском крае

Shutterstock/ Fotodom

Остальные потерялись

Коронавирусный 2020 год оставил немного места для политики, и большинство событий просто потерялись на фоне пандемии. Почти незамеченными прошли дела о шпионаже и госизмене, за исключением разве что дела Сафронова, а также перестановки в правительстве и решения о ликвидации Роспечати и Россвязи.

Совсем недолго обсуждали и гарантии неприкосновенности для президента. В начале декабря Госдума приняла закон, по которому экс-главу государства нельзя привлекать к уголовной или административной ответственности, задерживать, допрашивать или досматривать. Но дискуссия утонула в новостях о российской вакцине.

И уж совсем никаких шансов закрепиться в инфополе не было у представителей малых партий, которые начинают готовиться к выборам в Госдуму 2021 года. Так, Партия роста пополнилась новым сопредседателем в лице музыканта Сергея Шнурова. А партия «За правду» объявила, что ее список на думских выборах возглавит писатель Захар Прилепин.

Шнуров и Прилепин собирались в Госдуму еще до пандемии – по неофициальным данным, власти планировали допустить до выборов как можно больше малых партий. Участие медийных лиц должно было оживить кампанию и привлечь дополнительные голоса. Но теперь эта стратегия может и не сработать. Эксцентричных певцов и писателей будет явно недостаточно, чтобы заинтересовать избирателей, переживших 2020 год.

Читать полностью (время чтения 4 минуты )
Избранные статьи в telegram-канале ProfileJournal
Больше интересного на канале Дзен-Профиль
Самое читаемое
16.05.2021