Куда уходят деньги
Приток по статье «Наличная валюта» в финансовых активах домохозяйств возрос почти в восемь раз: с 0,18 трлн руб. год назад до 1,51 трлн руб. Однако Банк России обращает внимание, что рост объема наличных денег – естественный процесс, связанный с развитием экономики и увеличением денежной массы. Важнее смотреть не на абсолютный объем, а на долю наличных в денежной массе: сейчас она составляет около 15%, тогда как пять лет назад была около 20%. Небольшой рост этой доли в 2026 году не противоречит долгосрочному тренду на ее снижение, отмечает регулятор.
Вместе с тем приток на переводные депозиты – деньги на текущих счетах и банковских картах, которые можно снять или потратить в любой момент, – составил 1,16 трлн руб. Вложения в долговые ценные бумаги выросли на 0,34 трлн руб., в паи инвестиционных фондов – на 0,54 трлн руб., в страховые и пенсионные продукты – на 0,32 трлн руб.
Под высокий процент: почему банки вновь стали повышать доходность вкладов
Управляющий директор рейтингового агентства «Эксперт РА» Юрий Беликов не видит в этом признаков кризисных процессов. По его словам, прирост средств на текущих счетах значительно превышает их сокращение на срочных депозитах, а сам тренд связан с повышением ликвидности сбережений. Часть денег переводится на сберегательные счета, оттуда их легче снять и направить на потребительские или непредвиденные расходы без штрафных санкций. Другая часть обналичивается: объемы таких операций увеличились, хотя, подчеркивает Беликов, и не достигли критических отметок.
«К такому поведению граждан, безусловно, располагает инфляция и затрудненность долгосрочного финансового планирования в текущих макроэкономических реалиях», – считает эксперт.
Аналитик ФГ «Финам» Игорь Додонов связывает отток с вкладов сразу с несколькими факторами. Помимо снижения привлекательности депозитов из-за падения ставок, он указывает на реализацию отложенного спроса: многие граждане могли решиться на крупные покупки, на которые ранее копили. Рост потребительской активности подтверждается и статистикой. По данным Росстата, оборот розничной торговли в июне 2026-го вырос на 7,3% в годовом выражении, за январь – июнь – на 5,4%.
Причины разворота
Ключевая причина: ставки по вкладам перестали покрывать инфляционные ожидания. Если в 2024 году максимальные ставки по депозитам в топ-10 банков достигали 22% (при ключевой ставке 21%), во втором квартале 2025-го находились в диапазоне 18,3–20,1%, то к середине 2026-го ситуация изменилась. В начале апреля средняя максимальная ставка по вкладам составляла 13,43%, к концу июня она опустилась до 12,76%.
Таким образом, с точки зрения вкладчиков, реальная доходность срочных депозитов стала отрицательной. Тем не менее при фактической инфляции 6% во втором квартале 2026 года ставки по вкладам в пределах 12,76–13,43% все еще обеспечивают положительную реальную доходность.
Второй фактор – налоговые новации. Повышение НДС до 22%, ужесточение контроля за переводами и введение прогрессивной шкалы ставок НДФЛ сужают возможности для альтернативных форм сбережений. Как отмечает заведующий лабораторией анализа институтов и финансовых рынков Президентской академии Александр Абрамов, под влиянием последних налоговых инициатив Минфина тенденция оттока может приобрести более устойчивый характер, особенно для состоятельных граждан, получающих значительные пассивные доходы.
Налоговые инициативы Минфина
В рамках бюджетного пакета Минфин предлагает унифицировать ставки НДФЛ для пассивных доходов. Речь идет о дивидендах, процентах по вкладам, доходах от операций с ценными бумагами, от продажи имущества и долей, по договорам страхования и дарения.
Сейчас эти доходы облагаются по ставкам 13–15%. Предлагается включить их в основную налоговую базу со ставками 13–22%, в зависимости от размера дохода, а не от источника.
Необлагаемый порог для малых вкладов – до миллиона рублей – сохраняется. Участников СВО изменения не коснутся. По оценке Минфина, унификация затронет не более 6% населения, около 4 млн граждан.
Третий фактор – информационный фон. Весной и летом 2026-го в социальных сетях и мессенджерах появились слухи о возможной заморозке вкладов. И хотя ЦБ и Минфин оперативно опровергли эти сообщения как фейковые, информационный шум вызвал упреждающее снятие средств, поясняют эксперты. Согласно августовскому опросу «инФОМ», доля респондентов, считающих, что накопления сейчас лучше хранить на счете в банке, снизилась до 36%, это на 3 п. п. меньше, чем месяцем ранее, и на 7 п. п. меньше, чем год назад. Доля тех, кто предпочитает наличную форму, напротив, выросла до 37% – на 4 п. п. к июлю и на 5 п. п. год к году.
Четвертый фактор – сезонность. В мае – июне потребительская активность традиционно растет в преддверии периода отпусков, напоминает Игорь Додонов. Это накладывается на общий тренд снижения привлекательности вкладов.
Что это значит для банков и экономики
Александр Абрамов обращает внимание на то, что в сентябрьском прогнозе социально-экономического развития, который лег в основу проекта бюджета на ближайшую трехлетку, заложено плавное снижение нормы сбережения населения с рекордных 16,6% в 2025 году до 9,5% в 2026-м и далее до 7,5% к 2029 году.
Фактически правительство исходит из того, что часть средств домашних хозяйств будет постепенно перемещаться из сбережений в потребление. «Поэтому определенное сокращение склонности граждан к накоплению можно рассматривать не только как рыночный процесс, но и как тенденцию, которая учитывается в проводимой экономической политике», – говорит Абрамов.
Доцент кафедры финансов устойчивого развития РЭУ им. Плеханова Мария Ермилова выделяет два риска для банковской системы. Первый – риск ликвидности и маржинальности: удорожание фондирования. Чтобы удержать клиентов, банки будут вынуждены повышать ставки по вкладам выше уровня ключевой ставки, сжимая чистую процентную маржу.
Законы привлекательности: почему россияне начали закрывать вклады и запасаться наличными
Второй – риск качества активов: рост потребления часто финансируется кредитами, а на фоне уже высокой долговой нагрузки это повышает риски просрочки в 2027 году. По данным Банка России, на 1 сентября 2026-го кредиты населению составили 40,2 трлн руб.
Для денежно-кредитной политики ситуация создает дилемму. Ермилова указывает на инфляционное давление: снижение нормы сбережений с 15,8 до 13,1% на фоне роста кредитования разгоняет совокупный спрос. Если предложение товаров не будет успевать, это потребует от ЦБ более длительного удержания ставки на запретительном уровне для охлаждения экономики.
Кроме того, снижается эффективность трансмиссионного механизма. «Если население реагирует на снижение ставок не увеличением инвестиций в экономику, а просто начинает больше тратить, ЦБ сложнее контролировать инфляцию стандартными методами», – считает эксперт.
По словам Юрия Беликова, инфляция и сложности с долгосрочным финансовым планированием подталкивают граждан чаще выбирать модель потребления вместо сберегательной модели. Если рост реальных заработных плат замедлится, сдвиг может стать более заметным. Для банков это означает дополнительное давление: чем меньше люди сберегают, тем медленнее растет приток средств на счета и тем дороже обходится фондирование.
Как отмечает Игорь Додонов, существенный рост спроса на наличные стал одной из главных причин образования структурного дефицита ликвидности в банковской системе. «Для банков это означает рост стоимости пассивов – чтобы привлечь деньги, они могут держать депозитные ставки выше, чем позволяла бы одна только траектория ключевой ставки», – говорит эксперт. Что касается экономики, то дорогая ликвидность будет сдерживать кредитную активность, а значит, и инвестиционную динамику, и, если ситуация сохранится длительное время, это может замедлить рост отдельных отраслей.
Замедление темпов оттока
Отток средств со срочных вкладов, вероятно, сохранится до конца 2026 года, но его темпы могут замедлиться. Такой прогноз дают опрошенные «Профилем» эксперты, оценивая устойчивость разворота в сберегательном поведении населения.
Ермилова считает, что массовый возврат средств на срочные вклады возможен только в случае резкого повышения ключевой ставки, например из-за всплеска инфляции, или нового внешнего шока, который вернет модель сберегательного поведения. При стабильных или умеренно снижающихся ставках тренд на проедание сбережений продолжится.
Додонов настроен менее драматично: объем денег населения в банках остается очень существенным – 68,5 трлн руб. на конец августа, по данным ЦБ, – и резкого дальнейшего оттока эксперт не ожидает. Депозитные ставки, несмотря на снижение, все еще держатся на довольно высоком по историческим меркам уровне и с запасом покрывают по крайней мере официальную инфляцию. Традиционные банковские вклады, полагает Додонов, еще долго будут востребованным инструментом сбережения для большинства россиян.
