Наверх
7 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2011 года: "Марксизм и империокретинизм"

Очередная годовщина смерти Ленина заставила «Единую Россию» в который раз поднять вопрос о захоронении вождя.   Единоросс Владимир Мединский, главный наш развенчатель мифов о России, назвал пребывание Ленина в Мавзолее «нелепостью». И с этим вполне можно было бы согласиться. Меня другое не устраивает: то, что Ленина собирается хоронить «Единая Россия». Ежели бы они хотели похоронить вождя из общечеловеческих соображений — религиозных, гуманистических, мало ли, — с этим можно было бы мириться. И если бы вся эта ситуация разворачивалась в 90-е, когда у России были пусть смутные, но перспективы, пусть кривое, но развитие. И пусть бы его похоронили, желательно скромно, без глумления, без всенародного шоу. Однако сегодня похороны Ленина выглядят прежде всего похоронами надежды на то, что в России может быть иначе, похоронами самой идеи революции снизу — каковая только и остается массам при блокировании любых перемен сверху. А вопрос о выборе между ужасным концом и ужасом без конца в наше время далеко не однозначен. Во всяком случае, если бы большинство российского населения в 1917 году однозначно верило в губительность любого захвата власти, никакой России сегодня, весьма возможно, не было бы вовсе. Кому-то такое развитие представляется оптимальным, но вряд ли с этим готовы соглашаться миллионы наших сограждан.
   Я вовсе не верный ленинец, не твердый искровец — и, несмотря на репутацию «розового» социалиста (она у меня особенно прочна в «коричневых» кругах), не рвусь отмазывать Ленина. Он был предельно циничный политик, в грош не ставивший человеческую жизнь. У его бессребренничества была изнанка — бесчеловечность. Его принципиальность на поверку оборачивалась то грубым и узким догматизмом, то, напротив, удивительным приспособленчеством. У Ленина полно грехов и пороков, которых не отмолить никакими коллективными молебствиями, но мы-то хороним как раз то хорошее — и, может быть, единственно хорошее, — что в нем было. Мы пытаемся сегодня расправиться с его верой в возможность преобразований, в массы, которые должны взять эти преобразования на себя, в методы, которыми можно эти преобразования инициировать. Разумеется, времена изменились, и никакой пропагандист ни на одной фабрике никого ни в чем не убедит. Проблема лишь в том, что превращать миллионы граждан в толпу, живущую по принципу «мы только мошки, мы ждем кормежки», в исторической перспективе ничуть не продуктивнее. Ленинская формула «Буря, это — движения самих масс» (до сих пор помню даже странную пунктуацию этой фразы из статьи «Памяти Герцена», куда как неглупой по своему времени) остается совершенно справедливой. Иной вопрос, куда движутся массы. Они могут двигаться на Зимний, а могут — в Интернет и в другие альтернативные пространства, могут искать конфликта с властью или новых способов ухода от нее, но в любом случае они должны осознать себя субъектом истории, а не объектом манипуляций с нею. И хоронить Ленина сегодня — значит расставаться с надеждой на это коллективное пробуждение.
   Понять людей, желающих закопать вождя, — можно. В сравнении с этим, напоминаю, бесчеловечным, узким и не особенно привлекательным политиком они проигрывают безнадежно. Он свободно говорил на трех языках — эти с трудом пользуются родным; он соображал чрезвычайно быстро и приспосабливался к обстоятельствам безошибочно — эти на вспышки национализма отвечают призывом к развитию фольклора; он прочитывал и запоминал книгу за день — эти забыли, когда в последний раз читали что-нибудь без помощи референта. Он умел убеждать — эти сами не верят ни одному собственному слову. Ленина ненавидели фашисты всех мастей — этих не ненавидит никто, ибо они не способны вызвать столь сильные чувства. В свое время — которое не за горами — они исчезнут, как туман, не оставив по себе ни доброй, ни дурной памяти. Вот почему они хотят закопать его, а вовсе не потому, что он был плохой, а они хорошие.
   Не дадим им сделать этого. «Меня только равный убьет». С Лениным разберутся те, кто будет иметь на это моральное право, — те, кто, по крайней мере, знает слово «эмпириокритицизм».

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK