Наверх
10 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2009 года: "ШОКОВАЯ ТЕРАПИЯ"

Старики к разрядам тока в ванной привыкли, как привыкли ко многому в своей жизни. Дети сопротивлялись и плакали, еще не поняв, что с этим придется жить.    У нас, слава-тебе-гос-с-споди, все живут вперемежку. Нет, попадаются, конечно, анклавы богатеньких и резервации нищих. Первые огорожены коваными решетками и чахлыми кленами — дорогие мои, экология в столице равно отвратительна для богатых и бедных. Вторые окружены помойками и грязными ларьками. Но Рубикон на серьезную глубину еще не проложен, и доктора наук и профессора консерватории равно можно встретить и в престижном монолите, и в хрущевке в Марьино. Большей же частью народец обитает в строениях смешанного типа — тут тебе и продавщица из супермаркета, и кавказский бизнесмен с многочисленной родней и детьми, и учительница из соседней школы, и муниципальный чиновник, и бабушка, перевезенная заботливой родней из престижной Валентиновки, и пьющий бывший главный инженер. И если Ной собрал на свой ковчег каждой твари по паре, то наши дома являют собой что-то вроде социальных ковчегов, где каждый экземпляр представлен и живет, когда в мире, а когда и в войне, со всеми остальными представителями социального организма. Социологи считают, что единство нашего странного общества, зависшего между прошлым и будущим, как улетевшие с балкона колготки на ветке дерева, в известной мере этим и поддерживается, имея в виду стандартизацию нашей жизни и универсализацию потребностей.
   Об этом думал я ранним утром, выходя из квартиры одной моей знакомой. Подруга снимала квартиру в престижной сталинке. Покинув девичье гнездышко, отделанное дизайнером в персиковых тонах, я шуганул спящих под батареей на лестнице котов — какой-то добрый человек прикормил их, и теперь неистребимый кошачий дух завладел подъездом, перешагнул через спящего около почтовых ящиков бомжа, полюбовался на роскошный мотоцикл, стреноженный у самого подъезда.
   Кошачья вонь и лужа, вытекшая из-под бомжа, были не самыми неприятными моментами этого утра. Чудесное свидание закончилось довольно сильным ударом тока, который я получил, решив принять душ. Сердце подпрыгнуло к горлу, но шланг, брызжущий водой, я удержал и даже несколько раз облился водой. Иголочки разрядов пробегали по телу. И, вытираясь, я раздумывал, что бы это значило. Может, это испытание для гостей персикового рая? Или здесь где-то заискрило электричество и надо срочно вызвать электрика? Или внизу пожар и огонь добрался до розетки?
   Я спешно вытерся. На кухне меня встретила безмятежная подруга с чашкой кофе. Выглянув в окно, я не обнаружил ни пожарной, ни даже облачка задымления.
   Днем она позвонила:
   — Ты сегодня приедешь?
   На следующий день утром меня опять шарахнуло током. В этом было что-то от справедливого возмездия за грех и несправедливости мира в общем и целом. Через неделю я спросил, что это значит.
   — Что? — не поняла она.
   — Всякий раз, когда я включаю воду, меня бьет током, — пояснил я.
   — Да это уже давно. Где-то полгода. Я вызывала электрика — бесполезно. Я уже привыкла.
   …Вечером я пришел с двоюродным братом Володей — инженером-электриком по базовому образованию и менеджером по продажам электротехники в миру. Володя исследовал квартиру подруги, как ювелир старинный бриллиант. Он сунул нос в каждую розетку, долго колдовал у щитка и разочарованно развел руками — все в порядке.
   — Я ж говорила, — бодро сказала подруга.
   — А как ты моешь посуду? — спросил я. — Тоже бьет током?
   — Бьет. Но я привыкла. И потом у меня есть посудомойка.
   — А соседи? — спросил Володя.
   — Что — соседи? — не поняла девушка.
   — У них бьет?
   — А кто их знает. Я с ними не разговариваю. Их кошка писает мне на входной коврик.
   Володя оказался человеком дотошным. Пока мы с девушкой пили белое вино, он пунктуально обошел весь дом. Сказать честно, я даже удивился, когда в пол-одиннадцатого ночи раздался звонок и на пороге оказался Володя с отверткой там, где франты минувших лет носили бутоньерку.
   — У них у всех бьет, — сказал он голосом доктора, столкнувшегося с новым видом заболевания в своем районном центре.
   Результаты его хождений по дому (Володя не ограничился одним подъездом) оказались престранными. Током било везде. Началось это, как и сказала моя подруга, где-то полгода назад. Люди вели себя по-разному. Легче других адаптировалось старшее поколение, у которого, казалось бы, больше всего оснований бояться за свое изношенное жизнью сердце. Но они привыкли сносить удары судьбы стоически и отважно залезали в ванную, чтобы получить электрический разряд. К кому-то пару раз вызывали «скорую». За ними шла молодежь, которая вообще плохо сообразила, что их бьет током. Самыми непримиримыми оказались дети, которые категорически отказывались входить в ванную и начинали плакать, как только речь заходила о мытье. При этом старики, которые понимали, что вариантов нет — либо мытье под током, либо ходи грязный,- попытались передать свой конформизм детям и уговаривали их немножко потерпеть, а потом уже будет хорошо. Родители детей и дети стариков пытались бороться, вызывая электриков, которые проводили обследование квартир и всякий раз приходили к выводу — все в порядке.
   В этой стройной картине мира изъян был только один — каждый боролся с испытанием электротерапией в одиночку, не подозревая о бедах соседей, и его ликвидировал Володя, обойдя весь дом и объединив людей на борьбу с током.
   Выглянув в окно, мы обнаружили у подъезда под желтым электрическим фонарем стихийный митинг.
   — Надо написать в блог к Медведеву!
   — Надо написать Лужкову!
   — Надо писать префекту!
   — Надо написать жалобу начальнику ДЭЗа!
   — Надо выгнать начальника ДЭЗа!
   — Надо уволить электриков!
   — Нет, пусть сначала исследуют наш дом!
   — …нашу управляющую компанию!
   — …и наши права!
   — А с кем у Медведева блок?
   — С кем надо, с тем и блок!
   — Замкни хлеборезку! — оборвал бестолковый гвалт хозяин ларька у метро, который жил в этом доме.
   Народ замер.
   — Надо исследовать весь дом и выяснить, в чем дело, — сказал мужик в модной тоненькой дубленочке, как потом оказалось, чиновник из администрации соседнего округа. — В нашем доме, кстати, живет помощник депутата, — тут была названа известная фамилия, — так что без внимания наши просьбы не останутся, я уверен.
   На следующий день, как рассказала подруга, возникли электрики из ДЭЗа и начали прочесывать дом. И вслед за тем, как те передвигались по дому, менялась и версия врага.
   Первым, понятно, под удар попал армянин — хозяин парикмахерской экономкласса на первом этаже. Догадка, что в парикмахерской что-то неправильно присоединено, овладела массами со скоростью эпидемии свиного гриппа.
   — У него солярий неучтенный! — напирал бывший сотрудник МИДа на пенсии.
   — Он и воду общую себе подкачивает! — кричала бывшая учительница литературы с третьего этажа в спину электрикам, заходящим в парикмахерскую, как караул матроса Железняка в Учредительное собрание.
   Но нет. Солярий оказался жестко запротоколированным и внесенным в документы, а на воде стоял отдельный счетчик.
   Потом под подозрение попала пенсионерка Клавдия Сергеевна, собирающая со всей округи котов. Это ими пропах весь подъезд, эти твари осквернили половичок моей подруги. Наверняка старая перечница не уделяла внимания электропроводке, и старые провода искрили. Риск пожара, да!
   Клавдия Сергеевна электриков пустила. Те чуть не задохнулись в старушечьем жилье, но ничего криминального там не нашли.
   Следующим на подозрении был пьющий переводчик с пятого этажа (все хорошо помнили, как он заснул в ванной и подъезд залило до первого этажа), затем — надоевший всему дому скандалист, требовавший, чтобы под его окном не парковали автомобили, после — мать-одиночка, которая приезжала с работы поздно ночью на вишневом «мерседесе».
   Нет, тщетно. Тогда мастера начали отключать электричество сначала по подъездам, а потом по этажам и секторам, чтобы выяснить, где проблема.
   И вы знаете — нашли!
   Они долго стояли под железной дверью, переговариваясь с хозяевами. Те категорически не хотели пускать электриков в дом — только что сделали ремонт, ходют тут всякие из ДЭЗа. Пришлось даже звонить начальнику этого самого ДЭЗа и подобострастно просить открыть дверь.
   Помощник известного депутата главной партии проводил электриков по дому, и те с изумлением обнаружили, что заземление в этой роскошной квартире с мраморными подоконниками и кухней из красного дерева выведено… на батарею. Вот это я и называю консерватизм плюс модернизация, как было сказано на партийном съезде неделю назад при выработке главной идеологии. Ну а если на выходе тряхнет током — так все к этому давно привыкли. Только дети по наивности все еще сопротивляются.

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK