Наверх
6 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2009 года: "Все возрасты покорны"

«Когда я начинала заниматься театральным искусством, я предполагала, что буду сниматься в комедиях, но мне стали предлагать персонажей более многогранных, что стало для меня большим сюрпризом», — признается актриса Ирен ЖАКОБ.    На ММКФ зрители увидели фильм «Пыль времени», поставленный призером Каннского и Венецианского кинофестивалей, греческим режиссером Тео Ангелопулосом. Представляла картину на фестивале французская актриса Ирен Жакоб. Корреспонденту «Профиля» удалось встретиться с ней и задать несколько вопросов о кино, театре и загадочной русской душе.
   — В фильме «Пыль времени» ваша героиня проживает на экране целую жизнь — от двадцати до семидесяти лет. Что сложнее играть — пройденный возрастной этап или предстоящий?
   — Для меня самое привлекательное в персонажах фильма «Пыль времени» — именно то, что мы наблюдаем их на протяжении пятидесяти лет. Все события жизни моей героини и ее мужа переплетены с историческими событиями ХХ века. Мы можем понять, что это за люди и как они меняются. Самое интересное для актера — хотя бы раз сыграть персонажа, который проходит путь от молодости до старости, увидеть, что стало с его надеждами и мечтами. Тео в картине обращался со временем, словно поэт. Он переносил актеров из одного возраста в другой практически без грима: старение изображалось в основном с помощью парика и походки. Тео на съемочной площадке не раз говорил, что герои проживают свое прошлое в настоящем. Играть 25-летнюю девушку, наверное, проще, ведь этот возраст мне уже знаком. Пришлось просто включить память и изобразить энергию, свойственную молодости. 70-летие мне еще предстоит, так что тут приходилось фантазировать, подсматривать за знакомыми этого возраста. Часто фильмы о прошлом снимают как рассказ старика о своем далеком прошлом. Но моя героиня и в семьдесят активна, для нее это своего рода расцвет. Думаю, мне удалось показать, что она, несмотря на свой возраст, в душе осталась молодой.
   — Вам было легко работать с Ангелопулосом?
   — На съемочной площадке я чувствовала себя одной из скрипок в большом оркестре. Весь фильм снят длинными планами. Многие сцены мы подолгу репетировали, и после этого плохо сыграть — просто значило подвести режиссера. А вообще мы с Тео понимали друг друга почти без слов, хотя до съемок общались всего-навсего месяц.
   — Вы в основном играете лирических героинь с внутренней драмой. Это ваш выбор или режиссеры повесили ярлык?
   — Когда я начинала заниматься театральным искусством, я предполагала, что буду сниматься в комедиях, но мне стали предлагать персонажей более многогранных, нежели я рассчитывала, что стало для меня большим сюрпризом.
   — А хотелось бы сыграть эксцентричную комедийную роль?
   — Совсем недавно я снялась во французской комедии «Хорошие парни» и очень рада, что мне предложили эту роль. Кстати, в черной комедии финского режиссера Иикки Яруйлатури «История делается ночью» я играла русского агента КГБ Наташу Скрябину.
   — И еще вы снимались в фильме Эльдара Рязанова «Предсказание». Легко ли было играть русскую девушку?
   — Вжиться в образ мне очень помогла съемочная группа и мой партнер Олег Басилашвили. Наблюдая за ним, я приобрела бесценный актерский опыт. На площадке я была целиком погружена в русскую языковую среду, так что мне ничего не оставалось, как впитывать вашу энергетику. И сейчас, когда снимали «Пыль времени», я была окружена греками, и ситуация повторилась. Но я думаю, что в каждом конкретном случае стоит говорить о чисто интуитивном подходе, даже француженку порой бывает не так просто сыграть. Одно дело ею быть, другое — воплощать ее на экране. Для меня важна не столько национальность режиссера, сколько его личность.
   — Вы сразу согласились сниматься у Рязанова?
   — Да, я дала согласие, даже не читая сценария, просто сразу согласилась, и все. Мы познакомились на ретроспективе фильмов Рязанова во Франции. Мне понравилась его режиссерская манера, а ему — моя игра в фильме Кшиштофа Кесьлевского «Двойная жизнь Вероники»
   — За нее вы получили «Золотую пальмовую ветвь» Каннского кинофестиваля.
   — Да, это моя визитная карточка, так же, как и роль в культовом фильме Кшиштофа «Три цвета: красный».
   — Вы играете на театральной сцене. Наверное, у вас есть любимый русский драматург?
   — Французы любят Чехова за его кажущуюся легкость, тонкую иронию и глубокое понимание жизни, и я не исключение. Если бы это было возможно, я бы хотела сыграть всех героинь Чехова.
   — А пока скольких удалось сыграть?
   — Одну, но какую! В 2002 году режиссер Филипп Кальварио поставил в национальном театре Бретани «Чайку», где я сыграла Нину Заречную. Не знаю, удалось ли мне проникнуть в глубины загадочной русской души, но счастье от встречи с драматургией Чехова я испытала.
   — Французы очень трепетно относятся к своему национальному кино, но его по всем фронтам теснит американское. Может ли современное французское кино конкурировать с продукцией «фабрики грез»?
   — Это очень сложно сравнивать. Во Франции в кинематограф не вкладываются такие средства, как в США. И тем не менее я предпочитаю европейское кино. Люди сами выбирают, какие фильмы им смотреть. И это право выбора должно всегда оставаться. И на Московском кинофестивале были представлены фильмы из разных стран, и среди них есть очень много занятных работ.
   — Лично вам какие нравятся фильмы?
   — Наверное, с оригинальными характерами вне зависимости от жанра. Я не слишком жалую фильмы ужасов, и экшн мне тоже не по душе. Не хочу сказать, что это неудачные жанры — просто они мне не близки. Люблю кино о простых людях. Мне нравится узнавать о них все больше и больше, раскрывать для себя их внутренний мир.
   — Пару лет назад вы председательствовали в жюри на кинофестивале в Локарно. Трудно оценивать работу коллег?
   — Трудно. Прежде всего, нужно учитывать специфику каждого фестиваля: если он комедийный, то на нем надо дать шанс комедии, и жюри должно действовать в рамках этого профиля. Фестиваль в Локарно призван помочь молодым талантам. На нем зажглись многие режиссерские имена. Он стал для них своеобразной стартовой площадкой.
   — Какое впечатление произвел на вас Московский кинофестиваль в целом?
   — К сожалению, я приехала только на пару дней, но, по-моему, все прекрасно. Фестиваль — это особое событие, я готовлюсь к нему, как к свадьбе. Казалось бы, сколько их уже было в моей жизни, а все привыкнуть не могу…
   — В Интернете практически нет информации о вашей личной жизни.
   — Я не люблю ее обсуждать. В отличие от моего творчества, моя жизнь принадлежит только мне.

   Русская душою
   Ирен Мари Жакоб получила блестящее образование: училась в Женевской консерватории, в Национальной драматической школе в Лондоне. Дебютировала в кино в 1987 году в фильме Луи Маля «До свидания, дети» с эпизодической ролью преподавателя по классу фортепиано.
   В 1991-м снялась у классика польского кинематографа Кшиштофа Кесьлевского в главной роли в фильме «Двойная жизнь Вероники» (премия Каннского кинофестиваля за лучшую женскую роль). Снимаясь в 1993 году в фильме Эльдара Рязанова «Предсказание», выучила все свои реплики на русском языке, а пока шли съемки, по слухам, сама готовила себе ужин в гостинице на электроплитке. В самой грустной мелодраме Рязанова Жакоб сыграла скромную кассиршу в банке, в которую влюбляется главный герой.
   В 1994 году Ирен Жакоб снялась в последней части трилогии Кесьлевского «Три цвета» — картине «Три цвета: красный». В середине 1990-х снималась у разных европейских режиссеров: Оливера Паркера («Отелло»), Надин Трентиньян («Беглянки»), Микеланджело Антониони («За облаками»). С 2000 года параллельно со съемками в кино актриса работает в театре.
Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK