Наверх
22 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2000 года: "Явка с наличными"

Миссия МВФ уехала и в очередной раз денег не дала. Не наблюдается и притока в страну иностранных инвестиций. Наоборот — из России за рубеж текут миллионы и миллиарды долларов. Как вернуть на родину вывезенные за последние годы капиталы?Владимир Столяренко, председатель правления АКБ «Еврофинанс»: «После каждого — результативного или нет — визита миссии МВФ в Россию поднимается волна рассуждений о том, как нашей экономике необходимы иностранные инвестиции. Без них, мол, любой рост временный.
Не соглашусь с этой точкой зрения. Инвестиции нам действительно нужны. По экспертным оценкам, Россия могла бы осваивать $12 млрд. в год и даже больше (сейчас не более $3,5 млрд.— «Профиль»). Только искать их нужно не там, где светло, а там, откуда они действительно могут прийти.
Источников значительных инвестиций для нашей экономики на сегодня три. Первый — уже названные иностранные инвестиции. Но, к сожалению, в ближайшее время массированных вложений (прямых, а не спекулятивных, портфельных — хотя и их мало) ждать не приходится. Мы воспринимаемся западным бизнесом как страна с непредсказуемой политической ситуацией, плохим законодательством, как криминализованная и коррумпированная — так ли это на самом деле, в данном случае не важно. Достаточно сказать, что на сегодня политико-экономический риск в России составляет около 90%, тогда как в Европе средний показатель — 30—40%. (Кстати, по причине повышенной рисковости вложений не стремятся инвестировать в нашу экономику и российские банки: их доля в общем объеме инвестиций не превышает 2%, при том что на корсчетах ЦБ находятся десятки миллиардов рублей под процент ниже инфляции).
Второй источник инвестиций — это сбережения населения (тот самый пресловутый «чулок»). Объем находящихся на руках у граждан свободных средств очень велик: по экспертным оценкам МВФ, около 100 млрд. наличных долларов. Вот только не пойдут эти миллиарды в экономику до тех пор, пока не восстановится доверие населения к нашей финансово-кредитной системе. А это дело не месяцев и не года.
И наконец, третий источник — репатриация российского по происхождению капитала, который был вывезен в последние 10 лет за рубеж. А ежегодный вывоз денег, по оценкам Центробанка РФ, составляет $12—15 млрд. За 10 лет, таким образом, из страны «эмигрировало» около $120—150 млрд. Данные Минэкономразвития еще масштабнее — $235—245 млрд. (эта цифра, как представляется, ближе к истине). До трети вывезенного уже вложено в недвижимость, другая треть — в ценные бумаги. Эти средства вряд ли вернутся в Россию (это, конечно, не радует, но, с другой, стороны, свидетельствует о том, что «голодный» период для крупного бизнеса уже прошел, яхты и виллы куплены, психологическая готовность вкладывать деньги в развитие своего дела есть).
Остальной капитал (а это не менее $70—80 млрд.) при определенных условиях, возможно, вернется на Родину.
Что это за условия и на чем основана уверенность, что момент для репатриации капитала через объявлении «амнистии» настал?
Начну со второго — почему именно сейчас.
Одна из объективных предпосылок к тому — ухудшение отношения западных банков и властей к российским по происхождению капиталам, ужесточение контроля за банковской сферой во всем мире в целях противодействия отмыванию денег. Иными словами, возможности для приращения вывезенного капитала за рубежом резко сужаются.
Вторая причина: в России такие возможности, напротив, растут. Можно считать экономический рост временным, основанным только на росте мировых цен на наши энергоносители, можно даже объяснять этот рост лукавством Госкомстата. Но рост тем не менее есть. И сейчас в России можно получать гораздо больше прибыли, чем на счетах в офф-шорах.
И третья причина своевременности создания условий для репатриации капитала — психологическая. «Серые» или «черные» схемы сопряжены с излишним риском. Они к тому же наносят ущерб репутации в глазах западных партнеров.
Поэтому главное, во что сейчас упирается, на мой взгляд, решение проблемы репатриации,— создание таких условий, которые твердо гарантировали бы тем, кто решится вернуть свои деньги в Россию, личную безопасность и возможность свободно распоряжаться возвращенными средствами.
Что это за условия?
Во-первых, анонимность (если таково будет желание «амнистируемого»), надежная защита легализуемых капиталов (это как продажа индульгенций — именных и на предъявителя).
Во-вторых, необходимо опровергнуть аргумент противников «амнистии»: мол, те, кто оставил деньги в России, платили с них налоги. А чем «амнистированные» лучше? После введения разумной 13-процентной ставки подоходного налога сделать это будет нетрудно. Опыт общения с банкирами, бизнесменами позволяет утверждать, что такой налог при репатриации капитала многие готовы заплатить.
Возможен и иной вариант решения этой проблемы: размещение репатриированных средств без уплаты налога путем передачи средств государству на возвратной и платной основе на срок около 5 лет. При этом проценты выплачиваются владельцам счетов в размерах не более тех, которые применяются в зарубежных банках по вкладам физлиц. Должны быть также даны жесткие юридически подкрепленные гарантии государства, что полученные таким образом средства будут возвращены в срок и с уплатой процентов.
В третьих, у бизнесменов, вернувших деньги, должна быть уверенность в том, что репатриированные капиталы — в случае передачи их во временное «управление» государству — будут использоваться для строго целевого возвратного финансирования проектов, прошедших международную экспертизу.
Механизм репатриации, обеспечивающий все выше перечисленные условия, может быть следующим.
Репатриацию надо проводить в том числе через систему росзагранбанков. Владельцы незаконно вывезенных капиталов через профессиональных юристов переводят свои средства из иностранных банков, в которых они размещены сейчас, например, в росзагранбанки. Права владельцев, в том числе гарантии прав собственности и банковской тайны, обеспечиваются законодательством той страны, где находится росзагранбанк. Оформление всех процедур производит выбранная в конкурсном порядке международная юридическая компания.
Гарантией возврата денежных средств является то, что они оформлены в форме депозита, например, во французском или английском банке. Дополнительной гарантией может стать использование средств для кредитования проектов, имеющих фактически международный статус, но для реализации которых у РФ денег нет. Например, строительство Балтийской трубопроводной системы, программа воссоздания российского торгового флота, финансирование соглашений о разделе продукции или укрепление позиций России как ведущего экспортера вооружений и т.п.
К тому же никто не мешает бизнесменам вкладывать деньги в любые другие проекты на территории страны, где язык, обычаи, деловые связи для них родные и понятные.
Статистика международного опыта такова: минимальный эффект «амнистии» — возврат не менее 5% средств.
Если таким путем удастся репатриировать 2—3% незаконно вывезенных средств (по разным оценкам, это $3-15 млрд.), росзагранбанки получат достаточный объем средств для превращения их в действительно первоклассные международные банковские институты, а российская экономика — значительно больше инвестиций, чем мы можем ждать от МВФ и всех других иностранных инвесторов.
При наличии соответствующей политической воли принятие закона об амнистии и ее реализация на практике может занять не больше года. К тому же «открывать» Америку при создании законодательной базы при этом не придется: в большинстве развитых стран Запада подобные амнистии уже проводились (например, в Бельгии в 1984 году, во Франции в 1986-м, в Ирландии в 1988-м, в Южной Корее в начале 90-х). И они принесли положительные результаты. В том числе в виде нормативных актов, которые можно будет разумно использовать при перенесении их опыта на нашу почву».
Александр Шохин, председатель комитета Государственной думы по кредитным организациям: «Репатриация вывезенных за рубеж российских капиталов, безусловно, может и должна рассматриваться как серьезный источник инвестиций в отечественную экономику. Не скажу — основной, потому что основным являются все же средства предприятий, которые они инвестируют в экономику. Кроме того, необходимо помнить и про накопления, прежде всего валютные, нашего населения.
Но самое главное: тот порядок, который сейчас предлагают для репатриации, вызывает массу вопросов.
Ведь большая часть денег вывозится по «серым», то есть почти законным схемам. Бизнес просто находит дырку в законодательстве — благо в нашем случае их и искать особенно не надо — и использует это в своих целях.
У нас, например, нет механизма контроля за экспортными ценами. Продавец, к примеру, может продать нефть по ставкам, слегка превышающим ее себестоимость, но более низким, чем мировые. Таким образом, с помощью посреднических структур часть выручки остается в офф-шорах. Есть схема товарного кредита, когда товар поставляется за рубеж, а деньги за него не возвращаются. Прямого нарушения закона здесь нет.
Так что в идеале репатриировать капитал можно, лишь создав благоприятные условия для инвестиций в страну. Реализовывать какие-либо программы возврата капиталов при сохранении существующего объема вывоза денег за рубеж не имеет смысла.
Так что вышеизложенную схему г-на Столяренко можно рассматривать, скорее, как теоретическую.
Однако рациональное зерно в ней есть. Предлагается использовать в качестве агентов для репатриации капитала росзагранбанки. Действительно, сейчас они, в отличие от советских времен и от времен, когда ЦБ размещал через них свои золотовалютные резервы, не имеют своей ниши. Когда возникает вопрос об их продаже или приватизации, у государства нет аргументов против. Идея встраивания их в схему возврата капиталов придает их существованию некий смысл.
Росзагранбанки подпадают под юрисдикцию той страны, на территории которой находятся. Это плюс, потому что они, по крайней мере, ограждены от разного рода действий российских правоохранительных органов — вроде выемки документов и т.п. Но все же росзагранбанки — это структуры государственные. А ассоциация с российским государством — это минус, потому что нельзя исключать варианты давления государства на инвестиционную политику банка. То есть в тот или иной момент государство может настоятельно рекомендовать им вложить деньги в проект, который с коммерческой точки зрения не является оптимальным.
Поэтому, с моей точки зрения, было бы целесообразно создать несколько инвестиционных фондов с участием росзагранбанков, но под крышей солидной западной финансовой структуры. Привлечь к сотрудничеству пенсионные фонды и другие западные финансовые организации и таким образом сформировать систему гарантий вкладчикам. Ведь у них должна быть уверенность в том, что их деньги вернутся и что они всегда смогут получить назад вложенную сумму.
Таким образом, можно создать систему, которая позволит привлечь в экономику, во-первых, валютные накопления граждан, а во-вторых, те самые выведенные за рубеж средства российских предприятий.
Было бы целесообразно договориться о том, что инвестированные в эти фонды средства автоматически считаются легализованными, если человека или компанию ловят на том, что они выводили деньги по «серым» схемам. Предъявление платежки о перечислении средств в один из таких фондов автоматически снимало бы вопросы к хозяевам этих средств. Естественно, речь идет лишь о деньгах, которые заработаны честно и вывезены без явных нарушений законодательства».

ФЕДОР ЖЕРДЕВ, ВЛАДИМИР ЗМЕЮЩЕНКО

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK