Наверх
12 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2003 года: "Женщина призывного возраста"

Супруга главкома ВДВ Георгия Шпака, Алла, с пеленок знала, что выйдет замуж за военного.Наталья Щербаненко: Алла Григорьевна, говорят, что в армии женщин много, а жен мало. Что это означает?
Алла Шпак: Не у всякой женщины хватит терпения: частые переезды, жилья нет, работы нет, зарплаты у мужа хватает только на скромное пропитание для семьи, муж на работе от подъема до отбоя, командировки, часто в «горячие точки». Но жена-подруга дарована мужу Богом. Женщины, готовые помогать и быть рядом в любой ситуации, и остаются женами.
Н.Щ.: А со своим мужем вы как познакомились?
А.Ш.: Я училась в Рязанском пединституте на физмате, а Георгий — в Рязанском высшем военном воздушно-десантном училище. Наши учебные заведения поддерживали тесный контакт, проводили совместные вечера, ведь профессии у нас родственные: офицер такой же воспитатель, как и учитель, только ученики у него постарше. На очередном вечере мы и познакомились. Поженились через шесть лет — в День ВДВ, так что 2 августа у нас двойной праздник.
Н.Щ.: Шесть лет, однако… Из чего же состоял ваш длительный роман?
А.Ш.: Из встреч и расставаний! Окончив институт, я уехала по распределению в сельскую местность, а Георгия, получившего по окончании золотую медаль, оставили командиром взвода в училище. Он брал у друга мотоцикл, приезжал после отбоя, а потом мчался обратно, чтобы к шести утра, к подъему курсантов, вернуться в часть: самоволка, одним словом. Бывало, и я добиралась до него на катере: пять часов по течению и шесть обратно, поговорим час-полтора (столько была стоянка катера) — и обратно. Повторилась судьба моих родителей: они познакомились на фронте и тоже порой встречались, преодолевая многие километры. Отец был летчиком-связистом, а мама шифровальщицей, они служили в разных полках.
Н.Щ.: То есть с жизнью военных вы знакомы с пеленок?
А.Ш.: Да, у меня детство на чемоданах прошло. Военные гарнизоны, начиная с Сахалина и далее, где стояли части дальней авиации. Я сменила девять общеобразовательных школ и три музыкальные.
Переезжая в очередной гарнизон, надо уметь увидеть в новой местности, природе и людях то хорошее, что есть в каждом, не зацикливаться на неприятностях, которые всегда присутствуют в жизни, как тень от предмета в солнечный день. Тогда и жизнь будет интересней и не будет казаться временной. Надо жить так, как будто ты приехал в это место навсегда.
Н.Щ.: За что вы любите военных?
А.Ш.: Я люблю надежных и сильных духом мужчин, а военные всегда сильные. На «гражданке» легче замаскироваться под порядочного, а перед лицом опасности человек раскрывает свою суть.
Н.Щ.: Как вы переживали, когда муж улетал в «горячие точки»?
А.Ш.: В декабре 1979-го, в 23 часа, полк, которым командовал мой муж, был поднят по тревоге. Мы в это время занимались уборкой дома, так как днем-то муж всегда занят. Вынесли на снег почистить половики, а тут посыльный по тревоге. Я знала, куда предстоит командировка, но единственное, что смогла сказать: «А как же половики?» На что муж ответил: «Вернусь — дотрясу».
Помню, мы с другими женами офицеров посылали с оказией маленькие посылки с детскими письмами, рисунками, одеждой. Однажды Георгий Иванович приказал передать духовые инструменты для оркестра, так мы натолкали лук и чеснок, полезные от цинги, в духовые трубы. Передавали иногда и консервы, на что один офицер написал, что у них скоро плавники вырастут: их там тоже в первое время кормили рыбными консервами. Были и трагические минуты: гибель друзей, было однажды непроверенное сообщение о гибели мужа, но я сказала: пока не будет официального сообщения, не стоит об этом и говорить. Жене офицера необходимо иметь выдержку, иначе и семье, и окружающим будет очень трудно.
Н.Щ.: Кто у вас в семье хозяин?
А.Ш.: Георгий Иванович — это человек, который отвечает за все. Я же иногда выступаю в роли «теневой» хозяйки. Несерьезно делить, кто главнее, это по-детски. Правда, жизненный опыт у него побогаче: до армии он закончил железнодорожное училище, и я иногда шучу, что, когда выйдет на пенсию, может идти на железную дорогу у вагонов буксы смазывать.
Н.Щ.: Ссоритесь когда-нибудь?
А.Ш.: А как же? Мы же живые люди со своими взглядами и убеждениями, бывают разногласия и в воспитании внуков, я это называю БСУ — Большие семейные учения.
Н.Щ.: Вы когда-нибудь были домохозяйкой?
А.Ш.: Когда мне начисляли пенсию, у меня стаж работы оказался более 30 лет: я работала в школах России, Белоруссии, Карелии, Прибалтики и т.д. всем, кем можно работать в школе, даже киномехаником и водителем, музыкальным работником в детском саду, физику и астрономию преподавала в школе прапорщиков в военном городке Гайжюнай в Литве. Мои дети были совсем маленькие: Олега я оставляла в манеже дома, а Лену — в коляске под окном
Н.Щ.: Муж вам по хозяйству помогал?
А.Ш.: Раньше больше помогал, у нас даже такая поговорка была: «Наш офицер должен уметь делать все». Сейчас, конечно, меньше — из-за нехватки времени. Недавно мне понадобились дополнительные полки для книг, у нас их более 3000, собираем с самого начала семейной жизни. Я и спрашиваю: «Где же теперь твои руки?», а он шутит: «Я теперь руководящий работник».
Н.Щ.: Я знаю, вы сменили девятнадцать мест жительства. Интересно, по какому принципу вы выбираете, какие вещи взять с собой при очередном переезде?
А.Ш.: Я перевожу все, даже мелкие вещи, потому что это вещи с историей: многократно разбитый и склеенный кувшин, который мне на свадьбу подруга подарила, сухие розы, которые несколько лет назад преподнес Абдулатипов, картина, которую подарил отец одного из курсантов 6-го полка Псковской дивизии, погибшего под Аргуном. Как говорят, человеку для жизни нужно многое, а десантнику только вытяжное кольцо. Так что у нас совсем другие жизненные ценности, не материальные.
Н.Щ.: Детей вы, как и все офицерские жены, воспитывали в основном в одиночестве?
А.Ш.: Я бы так вопрос не ставила. Ведь можно воспитывать личным примером, своим авторитетом, и тут основная заслуга жены, какой она создаст, как теперь говорят, имидж мужу. При желании всегда можно найти время для общения. Например, когда сын готовился к поступлению в десантное училище, они с отцом бегали на зарядку и по дороге Георгий Иванович проверял у сына английский: помните эти «топики» на разные темы?
Н.Щ.: Я знаю, что ваш сын, гвардии лейтенант Олег Шпак, погиб под Аргуном…
А.Ш.: Да, уже был подписан приказ об окончании его командировки, но не было самолета, и он задержался. В этот день десантники сопровождали генерала Романова на переговоры с полевыми командирами. Полку была поставлена задача сопровождать колонну с агитационной машиной, уговаривающей прекратить боевые действия. Олег вызвался ехать. Тогда погибли он и двое его солдат. Олегу было 22 года, но он многое успел в жизни. Я его иногда даже останавливала, говорила, чтобы он не торопил события, но он отвечал, что хочет все успеть. Он очень гордился тем, что он русский офицер. Вернувшись из Югославии, где служил в миротворческом батальоне, рассказывал об уважении, с которым относились к русским десантникам американцы, французы, бельгийцы, не говоря уже о сербах. Как-то он зашел в кафе для миротворческого контингента, и все присутствующие встали. Он решил, что вслед за ним вошел какой-то высокий чин, а оказалось, что это именно русскому офицеру так выразили уважение.
Н.Щ.: Вы ведь, наверное, могли не пустить сына в Чечню?
А.Ш.: В 22 года это не дитя, чтобы хватать его за руки и не пускать. У него были уважительные причины, по которым в тот момент он мог не ехать в Чечню: у него открылась язва и он находился в госпитале, но в это время его ребята улетели в Чечню. Олег написал рапорт на имя начальника госпиталя, что отказывается от лечения, и подал рапорт на имя комдива с просьбой послать его в район боевых действий. Олег — настоящий офицер, не маменькин и не генеральский сынок. Он сын генерала и иначе не мог поступить.
После гибели брата Лена перевелась из гражданского вуза в военный (сейчас она майор медицинской службы, хирург) и по договоренности с мужем — он тоже десантник — вернула девичью фамилию. На похоронах сына я сказала, что у нас обязательно будет внук Олег. Правда, первенец у Лены — Анна, ей восьмой год, а внуку, маленькому Олегу Шпаку-Чурилову, четыре года.
Н.Щ.: Какая вы бабушка?
А.Ш.: Строгая. Как говорит внучка, она слушает папу и бабушку. Я считаю, что детей надо с детства приучать к жизни: чем раньше они станут самостоятельными, тем им будет легче. Внуки у нас детсадовские с двух лет. Аня перешла во второй класс обычной школы и музыкальной, занимается танцами. Ее любимый ансамбль — «Голубые береты». А маленький Олег очень любит слушать песню «Расплескалась, синева, расплескалась».
Н.Щ.: Вам, наверное, часто приходится общаться с солдатскими матерями, которые жалуются на современную армию?
А.Ш.: К счастью, я больше знаю семей, где нормальное отношение к армии. Все-таки ребят, достойно проходящих службу, гораздо больше, чем тех, кто уклоняется всеми правдами и неправдами.
Вот вы думаете, в детском садике нет «дедовщины»? Как воспитатель скажу вам — есть. Кто такой «дед»? Это более опытный солдат, который может многому научить, подстраховать, в боевых условиях это вообще незаменимый человек. Но есть «дедовщина» другая — хамская и жестокая. Мне всегда хочется сказать родителям, которые возмущаются случаями неуставных отношений. Вот солдат один другого избил. Он что — с другой планеты? Нет, это такой же парень, чей-то сын. Так, может быть, не надо все валить на армию, может, надо воспитывать сына так, чтобы он мог за себя постоять и не обижать другого? В армию надо идти Человеком!
Н.Щ.: Вы думаете, патриотическое воспитание сейчас возможно?
А.Ш.: Что значит — возможно? В десанте им и не переставали заниматься. Если бы его не было, разве смог бы рядовой Лайс повторить в 2001 году в Чечне подвиг Матросова, закрыв от бандитской пули своего командира? За две контртеррористические операции восемьдесят пять Героев России, тысячи награжденных орденами и медалями. В десанте есть девиз: «Никто, кроме нас». Если бы с этим девизом жил каждый человек, то, может, жизнь изменилась бы в лучшую сторону и человек не перешагивал бы через проблему, а решал ее.
Н.Щ.: Да, Алла Григорьевна, чувствуется, что вы настоящая офицерская жена.
А.Ш.: Есть в одной из моих любимых песен такие слова: «Офицерские жены — ваш возраст всегда призывной». Вот сейчас я работаю над книгой «ВДВ» из серии «Ратная слава России». Сорок лет моей жизни связаны с ВДВ, у меня накопилось огромное количество материалов. Там будет и история войск, и боевой путь частей и соединений, государственные символы и боевые награды, учебные заведения, готовящие офицеров для службы в ВДВ, песни и стихи, написанные десантниками, более 900 фотографий. Издательство выпускает серию книг о родах войск для призывной молодежи. Уже вышли книги о подводном флоте, об артиллерии, ВВС. Книга о ВДВ должна выйти в ближайшее время. Это будет книга о несокрушимости русского характера.

НАТАЛЬЯ ЩЕРБАНЕНКО, фото СЕРГЕЯ АВДУЕВСКОГО

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK