Чему нас может научить китайский роман "Задача трёх тел"

Ровно 20 лет назад в майском номере журнала «Кэхуань шицзе» («Мир научной фантастики») была напечатана глава из романа 42-летнего писателя по имени Лю Цысинь. Текст вышел с заглавием «Три тела». Так начался триумфальный путь этого произведения, навсегда изменившего китайскую, а в каком-то смысле и мировую научную фантастику.

Роман стал первой частью культовой трилогии, куда также входят два продолжения: «Тёмный лес» (2008) и «Вечная жизнь Смерти» (2010). Официальное название цикла – «Воспоминания о прошлом Земли», но, как и в случае с циклом «Песнь льда и пламени» Джорджа Мартина, который лучше знают как «Игру престолов», книги Лю Цысиня больше известны под общим названием «Задача трёх тел».

Именно так в России принято переводить название первого романа по аналогии с английским вариантом перевода The Three-Body Problem. Перевод книги на английский язык, сделанный американцем китайского происхождения Кеном Лю, появился в 2014 году и имел ключевое значение для всемирной известности романа. Нелишне напомнить, что первый перевод на русский язык был осуществлен именно с английского варианта.

На данный момент «Задача трёх тел» – самое известное произведение не только китайской научной фантастики, но и современной китайской литературы вообще. Оно оказало огромное влияние на становление целого поколения китайских ученых, инженеров и стартаперов. А его популярность – пожалуй, одно из наиболее убедительных свидетельств принятия в мире того грандиозного поворота в сторону развития передовых технологий, который совершил в последние десятилетия Китай.

Три солнца Трисоляриса

Для тех, кто не читал книги Лю Цысиня, уместно будет вкратце пересказать сюжет «Трёх тел». Его завязка происходит в 1979 году, когда на китайской военной астрофизической станции «Красный берег» исследовательница, потерявшая отца во время «культурной революции», отвечает на сигнал из открытого космоса и тайно передает инопланетной цивилизации координаты Земли. Она отлично понимает, что ее действия приведут к вторжению и, вероятно, уничтожению человечества, но именно к этому она, раздавленная ужасами маоистского Китая, и стремится.

Возле города Пекина ходят-бродят хунвейбины: 60 лет "культурной революции" в Китае

К Земле направляется флот с Трисоляриса – уникальной планеты, вращающейся вокруг трех солнц. Такое положение означает, что движение Трисоляриса в пространстве не подчиняется каким-либо закономерностям, поэтому в любой момент планета может как оказаться вплотную к одному из солнц, что уничтожает все живое из-за экстремально высоких температур, так и далеко в космосе (опять же уничтожение, но из-за экстремального холода).

Как ни странно, жизнь на этой планете все-таки появилась и, более того, многократно возрождалась после климатических катастроф. Соответственно обитатели планеты адаптировались к этим условиям и научились впадать в анабиоз, во время которого их тела буквально превращаются в тонкие листочки материи, и восстанавливать тела в периоды, когда орбита планеты оказывается в стабильном состоянии. Каждый раз цивилизация на планете возрождается заново и, имея вокруг артефакты предшественников, быстро нагоняет технологическое развитие.

В результате к началу XXI века Трисолярис гораздо сильнее Земли в научном плане, чего, впрочем, нельзя сказать о культуре и искусстве. Суровый мир рождает суровых существ, нацеленных исключительно на выживание. Захват и колонизация планеты с более подходящими для жизни условиями – давняя цель обитателей этого мира. Однако только после сигнала из КНР трисоляриане получают шанс добиться желаемого.

Пока флот летит (этот путь занимает 400 лет), Трисолярис целенаправленно тормозит научное развитие землян. Для этого ученые, занимающиеся перспективными разработками, уничтожаются или доводятся до самоубийства. Это делается с помощью членов общества «Земля – Трисолярис» – своеобразных коллаборационистов, идеологических самоубийц, преисполненных ненавистью к человечеству и его достижениям.

Но самое эффективное оружие (и тут, извините, спойлеры) – это направляемые на Землю с Трисоляриса «софоны», сверхчастицы, которые ведут себя вопреки всем законам фундаментальной физики и тем самым лишают ученых самой основы, на которой они могут выводить какие-либо закономерности.

В поздних книгах также появляется концепция космической войны на уровне геометрии пространства. Самым страшным оружием во Вселенной оказывается не «луч Звезды Смерти» (привет поклонникам Джорджа Лукаса!), а «двухмерный лист», «струна» – явление, меняющее законы физики в целой звездной системе.

Например, «сброс» трехмерного пространства в двухмерное уничтожает всё, превращая планеты в бесконечную плоскую картину. Иначе говоря, технический прогресс делает невозможным ведение войны в привычном понимании: стирается сама среда обитания. И, собственно, в такой войне проигрывает не только Земля, но и Трисолярис.

Вселенная как темный лес

Романы Лю Цысиня изобилуют научно-теоретическими и техническими деталями. Под описания в стиле учебника «Занимательная физика» здесь отданы целые страницы. В этом заметно влияние западной школы фантастики, в отличие от советской, где традиционно гораздо большее внимание уделялось философским и гуманитарным вопросам.

Впрочем, именно к таковым относится ключевая концепция трилогии Лю Цысиня – идея об иррациональности межпланетных контактов как таковых. Писатель задается вопросом, как же так получилось, что в бескрайнем космосе с множеством звезд и планет не существует никаких связей между различными мирами, никто не знает об инопланетных цивилизациях.

Объяснение заключается в том, что на определенном уровне развития каждый мир понимает: любой контакт с инопланетянами чреват катастрофой. Никто не знает, как отреагирует другая цивилизация, но исключить, что ее реакцией будет вторжение, нельзя. Хотя бы потому, что она также исходит из этих рисков и может атаковать, чтобы защитить себя.

Китайское кино: о проблемном прошлом и триумфальном настоящем

Соответственно, Вселенная превращается в «темный лес», полный бесшумных и невидимых охотников, которые ради собственного выживания стреляют первыми, как только замечают соседа. Человечество, послав сигнал в космос, нарушает этот принцип и обрекает себя на уничтожение.

Примечательно, что создателем концепции «защитного изоляционизма» стал писатель из Китая – страны, на протяжении нескольких столетий строго дозировавшей контакты с внешним миром, а после полноценного столкновения с ним в XIX веке потерпевшей тяжелейшее поражение, обернувшееся так называемым столетием унижений.

Этим, впрочем, параллели с китайской цивилизацией не ограничиваются. Представление истории как бесконечного цикла падений и возрождений точно передает историческое самоощущение китайцев. И даже термины, используемые автором для обозначения времени, когда жизнь на планете исчезает, а потом появляется вновь, будто сошли со страниц древнекитайских летописей: «эпоха хаоса» и «эпоха порядка». (Тут, впрочем, мы должны отметить, что огромное значение имела та терминология, которую выбрал для англоязычного текста Кен Лю, придумавший, в частности, и очень удачный термин Трисолярис в качестве названия планеты, у Лю Цысиня обозначаемой просто как «Мир трёх тел»).

Историческими параллелями с Древним Китаем книга, конечно, не ограничивается. При желании в обществе «Земля – Трисолярис», стремящемся ограничить технологическое развитие человечества, можно разглядеть аллюзии на радикально настроенных экоактивистов типа Греты Тунберг. А в идеях о том, что без физики элементарных частиц, которая «вдруг» перестает работать из-за вмешательства трисоляриан, невозможно научное развитие как таковое, видна твердая убежденность автора в том, что в основе любого прогресса лежит фундаментальная наука.

И здесь мы подходим еще к одному важному выводу: роман, появившийся 20 лет назад, запечатлел те общественные настроения, тот безграничный «технологический оптимизм», который сегодня сдает позиции, в то время как на первый план выходит смутное беспокойство по поводу будущего, которое также предвосхитил Лю Цысинь.

Китай как модель будущего

Особенно заметно это становится, если смотреть на книгу как на источник, описывающий развитие Китая. В первом романе трилогии Китай двадцатилетней давности – не просто место действия, а полноценный участник повествования. Причем это Китай, образ которого оказался и очень привлекателен для самих китайцев, и востребован внешней аудиторией.

Китай как «модель будущего», Китай как страна, чьи энергия, мудрость и неограниченные ресурсы могут дать миру новый шанс. Думается, этим во многом объясняется успех «Задачи трёх тел», получившей в 2015 году американскую премию «Хьюго» в номинации «Лучший фантастический роман» (впервые в истории эту награду выиграл переводной текст). Иначе говоря, Китай настоящего и будущего показался западным читателям убедительным. Именно из такого Китая мог прийти первый сигнал инопланетянам, и именно здесь мог родиться план спасения Земли.

Спросите, насколько этот образ соответствует реальности? Как мне кажется, если абстрагироваться от завышенных оценок значения Китая для международных процессов (тут как раз Лю Цысинь выдавал желаемое за действительное), то сама атмосфера амбиций и безграничной веры в завтрашний день, характерная для Китая рубежа нулевых – десятых, передана очень точно.

И на Марсе будет гаолян цвести: перспективы космической программы КНР

Как и в советской фантастике 1960-х, главные герои у Лю Цысиня – оптимисты-мечтатели, ученые, работающие над передовыми технологическими проектами. Их взгляды на научно-технологическое развитие, международное сотрудничество, преодоление травматического опыта прошлого – все это вполне репрезентативно показывает реальный Китай двадцатилетней давности, полный амбиций, строящий новейшую экономику и видящий себя в роли одного из лидеров человечества, вступающего в космическую эру.

И если 20 лет назад для российского читателя описание Китая как технологического лидера выглядело сугубо литературным приемом, то сейчас передовым научным разработкам в декорациях ультрасовременных лабораторий и небоскребов Пекина и Шанхая никто не удивляется. Все это стало реальностью.

Именно в таком Китае могла зародиться идея о координации действий всех стран планеты ради общего блага – идея, весьма напоминающая то, что в 2013 году, выступая в Москве, председатель КНР Си Цзиньпин назвал «Сообществом единой судьбы человечества». И пусть пока одни воспринимают подобные идеи как наивный идеализм, а другие как информационное прикрытие для экспансии и борьбы за мировую гегемонию (а в качестве прикладной философии развития международных отношений ее не видят ни те, ни те), само идейное поле, сделавшее возможным появление «Сообщества», четко перекликается с мироощущением героев «Задачи трёх тел».

Вот только серьезные вызовы для земного сообщества, та же пандемия коронавируса, как показала практика, не объединили, а разобщили планету. Выживание по-прежнему остается основным законом Вселенной, а логика «темного леса» пока повсеместно побеждает. Но, как мы знаем, после «эпохи хаоса» наступает «эпоха порядка». И это, вероятно, главное, чему мы можем научиться у китайского фантастического романа.

Автор – старший научный сотрудник Института международных исследований МГИМО МИД России