18 июня 2024
USD 89.07 +0.86 EUR 95.15 +0.32
  1. Главная страница
  2. Статьи
  3. "После Янга": тихая фантастика о памяти, потере и андроидах
кинофильмы Культура

"После Янга": тихая фантастика о памяти, потере и андроидах

До российского проката добралась картина «После Янга» от модной американской студии A24. В программе Каннского фестиваля «Особый взгляд» ее показывали в 2021-м, а на американском смотре независимого кино «Сандэнс» – год назад. Срежиссировал «После Янга» Когонада – это псевдоним рожденного в Корее американского постановщика, отсылающий к имени Кого Нода (постоянный сценарист фильмов его любимого режиссера Ясудзиро Одзу).

Кадр из фильма

Кадр из фильма "После Янга"

©A24

Когонада принадлежит к той плеяде режиссеров, которые начинали с кинокритики, но необычной: с 2012 года он снимал видеоэссе, анализируя структуру и смыслы известных фильмов и сериалов, а также стиль важных авторов. В 2016-м он дебютировал со своим собственным фильмом «Колумбус» о дружбе, архитектуре и семье. Сыгравшая в нем главную женскую роль Хейли Лу Ричардсон появляется и во второй киноработе Когонады «После Янга». Но центральную роль в картине сыграл Колин Фаррелл.

"Снег, сестра и росомаха": арт-мелодрама о любви на расстоянии

Фаррелл изображает владельца магазина чая Джейка, который живет с постоянно занятой работой женой Кирой (Джоди Тернер-Смит), маленькой приемной дочерью Микой (Малеа Эмма Тьяндравиджая) и старшим сыном Янгом (Джастин Х. Мин). Последний при ближайшем рассмотрении оказывается техносапиенсом, или, попросту говоря, очень похожим на человека андроидом. Мика называет Янга братом, но на самом деле родители, удочерив девочку, купили Янга, чтобы он знакомил ее с языком и культурой Китая, откуда она родом. В итоге он еще выполняет функции няни, заботясь о Мике, когда родители заняты. В этом мире будущего, кстати, люди сосуществуют не только с роботами, но и с клонами, которых Джейк недолюбливает.

Однажды во время семейного танцевального онлайн-батла (эффектная хореография создана танцовщицей и режиссером Селией Роулсон-Холл) Янг зависает. Джейку приходится отвлечься от своих дел и вплотную заняться починкой андроида. Довольно быстро становится понятно, что это занятие бесперспективно: Янга едва ли удастся оживить. Однако выясняется, что он принадлежал к числу экспериментальных роботов, которые могли каждый день записывать на свою карту памяти моменты из жизни. Какие именно это были моменты, по какому принципу Янг их выбирал? Джейк погружается в путешествие по воспоминаниям андроида, смотря их как кино.

Визуальный стиль Когонады отличается эстетством: каждый кадр «После Янга» можно поставить в рамочку. Интерьер дома, в котором обитает семейство героев, продуман до мельчайших деталей; изысканность построения кадра эту красоту подчеркивает. И в то же время от этого идеала, от приглушенных цветов и геометричных форм веет холодом – как и от нынешних отношений Джейка и Киры. Как и от Янга? Ведь не может же от робота веять теплом? По версии Когонады, экранизировавшего рассказ фантаста Александра Вайнштейна, может.

Писатели, сценаристы, режиссеры, ученые десятилетиями рассуждают на тему искусственного интеллекта, его сходств и различий с человеком, размышляют о возможностях роботов стать по-настоящему подобными людям. Концепция Вайнштейна и Когонады пересекается, например, с той, что представлена в последнем романе нобелевского лауреата Кадзуо Исигуро «Клара и солнце». В нем родители также покупают детям роботов-помощников, которые словно обладают настоящей эмпатией. Но если героиня-андроид Клара у Исигуро все же не имеет собственных желаний – она заточена лишь на помощь подопечной и о себе не беспокоится, то у Янга есть своя, отдельная жизнь. И свои романтические симпатии, о которых семья даже не подозревала, свое прошлое (Янг оказывается роботом б/у). Эта парадоксальная, вероятно, далекая от реальности идея способна глубоко тронуть. Особенно если учесть, что возможностей и прав у роботов и клонов, конечно, меньше, чем у людей. Эксплуатации клонов, кстати, посвящен другой роман того же Кадзуо Исигуро – «Не отпускай меня».

"Молодость": якутский ответ Аки Каурисмяки

Любопытна и мысль авторов «После Янга», что люди на самом деле подобны роботам: мы точно так же запрограммированы на что-то. Янг, например, спокойно относится к тому, что конец необязательно сулит начало чего-то нового. Его человеческая «мама» Кира, напротив, надеется, что конец – это начало, но не уверена, что такие убеждения идут людям на пользу. У каждого человека «прошивка» своя, обусловленная культурой, воспитанием и другими факторами, и изменить ее не всегда возможно. В некоторых случаях ее не хватает, и потому главной задачей Янга является установление связи Мики с Китаем. Но что вообще значит быть азиатом? Может ли себя считать им Янг? Это еще один вопрос, которым задаются авторы.

«После Янга» переливается множеством смыслов, но одной из главных тем становится утрата, с которой сталкиваются герои. Фильм с самого начала окрашен спокойной печалью, светлой грустью и удерживает это настроение до финала. Но именно потеря Янга заставляет героев, до того словно впавших в оцепенение, снова почувствовать себя живыми. И вновь налаживать контакт с дочерью, которой уделяли мало внимания. Нежные воспоминания Янга помогают персонажам вспомнить о забытых красках и оттенках жизни. В конце концов, именно память чувств делает нас людьми. Превращает она в человека и Янга, о чьих воспоминаниях будут помнить.

Подписывайтесь на все публикации журнала "Профиль" в Дзен, читайте наши Telegram-каналы: Профиль-News, и журнал Профиль