Офис – на замок
Количество банковских отделений в России неумолимо сокращается. Чистка началась несколько лет назад и проходит с впечатляющим размахом. За 2025 год банки закрыли почти 1,7 тыс. дополнительных офисов, в т. ч. Сбербанк – более 900. В первом квартале 2026-го кредитные организации ликвидировали уже 483 офиса, что в 2,6 раза выше показателя аналогичного периода прошлого года.
По данным ЦБ, сегодня в России насчитывается 305 действующих кредитных организаций (214 – с универсальной лицензией, 91 – с базовой). Они располагают 21 870 отделениями, почти половина принадлежат Сбербанку, ВТБ и Россельхозбанку. Некоторые банки держат на балансе ограниченное количество офисов, а Т-Банк и банк «Точка» вообще обходятся без них.
Цифровизация позволяет переводить банковские услуги в дистанционный формат: теперь получать зарплату или пенсию, распоряжаться деньгами, оформлять кредиты и вклады, оплачивать товары, налоги и штрафы можно в мобильном приложении смартфона. Чтобы внести или снять наличные, кассир за редким исключением тоже не нужен – для этого есть банкомат.
Для кредитных организаций офис – достаточно проблемный актив. Затраты (аренда, электричество, коммунальные услуги) достигают нескольких миллионов рублей в месяц. Если у банка развитая сеть, то производственные издержки исчисляются уже миллиардами. Закрытие хотя бы части отделений позволяет улучшить финансово-экономические показатели, повысить маржинальность бизнеса.
На уровне слухов: почему прогнозы о кризисе банковской системы вызывают сомнение
Ассоциация банков России (АБР), ссылаясь на исследование компании «Технологии Доверия» (ТеДо), отмечает, что одновременно с ликвидацией офисов банки занимаются организационно-штатными мероприятиями. За пять лет общая численность персонала в отрасли сократилась на 17%, причем некоторые банки уволили до 40% сотрудников.
«Наиболее заметная тенденция – радикальное сокращение классической филиальной сети. Доля сотрудников, занятых в направлении «Развитие филиальной сети», в общей структуре банков упала на 51% по медиане. Это связано с массовым переходом клиентов на дистанционные каналы обслуживания, что сделало содержание разветвленной сети физических отделений экономически неэффективным», – констатируют авторы исследования.
Они обращают внимание на важный нюанс: остающиеся дополнительные офисы меняют приоритеты работы, постепенно трансформируясь в центры экспертного консультирования и продажи сложных финансовых продуктов. В филиалах сегодня все более востребованы не операционисты, а финансовые советники и менеджеры по private-банкингу, специалисты по корпоративным продуктам.
Исследование показало, что подразделения экономического планирования и анализа нарастили свою долю в структуре на 112%. Причины понятны: в современных условиях для банков ключевое значение имеет способность оперативно моделировать сценарии, грамотно оценивать риски и эффективность инвестиций. Одновременно был зафиксирован стремительный рост новых стратегических технологических направлений: инфраструктуры ИT – на 86%, архитектуры ИT – на 56%.
От количества к качеству
«В деятельности банков центр тяжести смещается в сторону мобильных приложений, удаленных продаж и автоматизации операций. Это обычно означает более низкую себестоимость обслуживания клиента и возможность масштабировать бизнес без пропорционального роста сети офисов. Последнее особенно важно при высокой стоимости содержания отделений», – говорит партнер аудиторско-консалтинговой группы «Юникон» Эдуард Румянцев.
Переход в новое качество знаменует открытую конкуренцию кредитных организаций не только друг с другом, но и с финтехами – цифровыми платформами, где клиенты могут рассчитывать на почти мгновенный сервис и очень низкий порог входа, продолжил собеседник «Профиля». По его мнению, в краткосрочной перспективе онлайн-формат поможет банкам улучшить устойчивость за счет снижения операционных затрат, роста рентабельности, более гибкой структуры расходов.
Однако в отдаленной перспективе все зависит от способности финансовых организаций контролировать технологические и концентрационные риски, киберугрозы. Цифровизация не только дает преимущества, но и переносит часть уязвимостей из физической сети в ИТ-контур, предупредил Эдуард Румянцев.
«Закрытие филиалов предполагает следующий шаг – перестройку процессов идентификации, сопровождения сложных продуктов и урегулирования нестандартных кейсов. Нельзя исключать ухудшения качества сервиса для отдельных клиентов, которым будет сложно перейти в digital-канал. Существенно возрастет нагрузка на поддержку и ИТ-платформы», – подчеркнул эксперт.
Среди ключевых угроз Эдуард Румянцев называет ошибки моделей, смещение в данных, кибератаки, зависимость от внешних поставщиков и масштабирование одной ошибки на большие объемы решений. Для банковской системы это опасно тем, что проблема отдельно взятого банка становится проблемой всех остальных через общие технологии или общих вендоров.
За кадры решают всё
Управляющий партнер HR-агентства А2 Алексей Чихачев напомнил о последствиях трансформации банковской системы для рынка труда. По статистике его рекрутинговой компании, закрытие одного офиса лишает работы в среднем 8–15 человек. Под сокращение попадают прежде всего кассиры, клиентские менеджеры, операционисты, менеджеры по продажам банковских продуктов, администраторы.
«Таким образом, теоретически за первый квартал 2026-го расчет могли получить от четырех до семи тысяч банковских работников. Если нынешние темпы сохранятся, то правомерно говорить, что в текущем году будет уволено около 25 тысяч, а в среднесрочной перспективе высвободится 70–80 тысяч», – полагает эксперт.
Впрочем, крупные финансовые организации, такие как Сбербанк, ВТБ и Альфа-банк, большую часть персонала ликвидируемых офисов так или иначе трудоустраивают. Кого-то переводят в кол-центры, на удаленное обслуживание клиентов, в операционные бэк-офисы, кого-то – на работу с потребительскими кредитами и ипотекой, отмечает Алексей Чихачев. И все же 30–40% «высвободившихся», главным образом тех, кого банк не смог или не захотел удержать, отправляется на биржу труда. В абсолютных цифрах речь может идти о 6–10 тыс. человек в этом году и около 25–30 тыс. в течение ближайших трех лет.
Деньги счета любят: как долго сохранят высокую доходность банковские вклады
Хорошая новость в том, что на рынке они будут востребованы. По наблюдениям консультантов А2, бывших банковских работников отличает высокий уровень дисциплины, у них есть ценный опыт непосредственного общения с разными клиентами. Персонал, обладающий такими компетенциями, сегодня востребован в других секторах.
Среди наиболее перспективных – ритейл и e-commerce, считает эксперт. Маркетплейсы, федеральные сети, сервисные компании охотно берут руководителей и «офисный планктон» банковских филиалов в клиентскую поддержку, а также на должности менеджеров по работе с корпоративными клиентами. Страховые компании потенциально заинтересованы в сотрудниках, умеющих продавать финансовые продукты и обладающих навыками работы с рисками и документами.
В таких направлениях, как фудтех, логистика, телеком, экс-банкиры могут закрыть вакансии операционных менеджеров, специалистов по работе с клиентами, координаторов процессов. Даже микрофинансовые организации и частные кредитные сервисы заинтересованы в бывших банковских сотрудниках и нередко предлагают очень достойные зарплаты.
Остро нуждается в квалифицированных финансистах, бухгалтерах, администраторах малый и средний бизнес. Человек, имеющий в активе несколько лет работы в кредитной организации, априори умеет работать с документами, понимает комплаенс, не боится цифр, подчеркнул Алексей Чихачев.
Проигравшими окажутся, скорее, те работники, кто старше 50 лет и привык к работе в офисе по жесткому регламенту. Для многих из них переход на цифровые или удаленные форматы наверняка дастся сложнее. Поэтому данной категории нужны программы переподготовки с дальнейшим трудоустройством, полагает собеседник «Профиля».
Социальную ответственность обязаны проявить и сами банки, и государство.
«Драматизировать ситуацию с закрытием банковских офисов не стоит. Если разобраться, за этим стоит не кризис занятости, а перераспределение кадров между отраслями. Причем процесс идет на фоне острого кадрового голода. Сегодня рынок труда России настолько дефицитен, что даже массовое увольнение банковских работников принципиально не меняет ситуацию», – убежден Алексей Чихачев.
Бег с препятствиями
Низкий уровень цифровой грамотности части населения РФ не позволяет кредитным организациям полностью перейти на онлайн-формат. В августе 2025-го фонд «Общественное мнение» опубликовал результаты опроса, согласно которому 18% (25–26 млн) россиян не пользуются интернетом. В возрастной группе 60+ таких насчитали 46%, в возрастной группе 46–60 лет – 16%.
Для многих сознательный отказ от гаджетов связан с опасениями, что они станут жертвой преступных посягательств. И это не фобия: по данным ЦБ, в 2024 году каждый третий россиянин сталкивался с разными видами финансового кибермошенничества, 9% в итоге лишились денег. Порядка 13% пострадавших потеряли от 100 тыс. до 500 тыс. рублей, 5,9% – от 500 тыс. до 1 млн, 5,5% – более 1 млн рублей.
Вклады в экономику: как сбережения россиян помогают Минфину сокращать дефицит бюджета
Угрозы существуют и для граждан, и для предприятий, и для самих банков. По словам гендиректора ассоциации «Национальное объединение внутренних аудиторов и контролеров» (НОВАК) Анастасии Русаковой, ежегодно количество кибератак растет примерно на 40%. В 2025-м около 20 тысяч таких атак имели признаки высокой критичности, то есть были способны вызвать значительные убытки или простои.
Генеративный ИИ, лежащий в основе создания новых вирусов, фишинговых сайтов, дипфейков, помогает находить уязвимости в корпоративных системах защиты. Атаки автоматизируются и оптимизируются, ИИ собирает данные о потенциальных жертвах, генерирует персонализированные сообщения, объясняет эксперт.
«Основой увеличения количества кибератак являются взрывной рост LLM (ChatGPT, Gemini, Grok, Claude, Deepseek), развитие ИИ-инфраструктуры в гаджетах, мессенджерах, облаке, смешение персональных и корпоративных агентов. Поэтому дальнейший перевод банковских услуг в онлайн должен быть обеспечен максимальным усилением киберзащиты», – резюмировала Анастасия Русакова.
