По оценке ЦБ, экономика в третьем квартале 2026 года продолжает расти умеренными темпами, но ценовое давление в последние месяцы существенно усилилось. Так, устойчивый рост цен ускорился до 5–6% в пересчете на год. Произошло это в первую очередь из-за сокращения производственных мощностей в отдельных отраслях, однако явление носит временный характер.
«Банк России будет принимать дальнейшие решения по ключевой ставке в зависимости от динамики инфляции и инфляционных ожиданий, а также от оценки рисков со стороны внутренних и внешних условий. В базовом сценарии с учетом проводимой денежно-кредитной политики годовая инфляция составит 6–7% в 2026 году, вернется к 4% в 2027 году и будет находиться на цели в дальнейшем», – подчеркивается в пресс-релизе по итогам заседания совета директоров.
Логика действий ЦБ объяснима: многие товары и услуги в конце лета – начале осени заметно подорожали. Без сезонного снижения цен на овощи и фрукты нового урожая динамика и вовсе была бы тревожной. Минэкономразвития в обзоре о текущей ценовой ситуации, опубликованном накануне заседания совета директоров ЦБ, отмечает, что с 1 по 7 сентября товары и услуги в России подорожали на 0,5%, в результате с начала года рост составил 4,72%.
«На продовольственные товары продолжилось снижение цен (-0,09%) в том числе ускорилось удешевление плодоовощной продукции (до -1,81%), на остальные продукты питания динамика цен составила 0,07%. В секторе непродовольственных товаров цены изменились на 0,37%, в секторе наблюдаемых услуг снижение цен ускорилось до -0,2%. Годовая инфляция зафиксирована на уровне 6,29%», – констатирует ведомство.
ЦБ идет к цели: регулятор ограничился символическим снижением ключевой ставки
Как известно, в 2015 году Банк России определил целью ДКП снижение годовой инфляции до 4% в 2017 году и поддержание показателя на уровне близком к этому в дальнейшем. Два года наблюдалась дезинфляция, чему способствовала сначала жесткая, а затем умеренно жесткая политика регулятора.
После этого в 2017–2020 годах годовая инфляция колебалась вблизи целевого значения 4%, в 2021-м ускорилась на фоне последствий пандемии COVID-19. В 2022 году цены резко скакнули вверх из-за кардинального изменения внутренних и внешних экономических условий.
А вот что происходило с ключевой ставкой: с июня 2020-го и по март 2021-го она составляла 4,25%, в марте 2021-го начался цикл жесткой денежно-кредитной политики, и в декабре ставка достигла 8,5%. На заседании 11 февраля 2022-го ее повысили до 9,5%, 28 февраля – до 20%. В апреле началась игра на понижение, в сентябре ключевая ставка составила всего 7,5% и оставалась на этом уровне следующие десять месяцев.
В середине лета 2023 года начался новый цикл жесткой ДКП: в июле ставку подняли до 18%, в сентябре – до 19%, в октябре – до рекордных 21%. Маятник качнулся назад летом 2025 года – с июня по декабрь ставку снизили до 16%, с февраля по июль 2026-го – до 14%. Однако бизнес не считает этого достаточным, деньги в экономике остаются дорогими, что негативно отражается на инвестиционных проектах компаний. Вот почему итоги сентябрьского заседания не принесли хороших новостей.
«Риторика регулятора говорит о неизменности прежнего подхода. На последующие решения по ставке будут в том числе влиять параметры бюджета, динамика кредитования, темпы урегулирования ситуации на топливном рынке, инфляционные ожидания населения и бизнеса и сама инфляция», – считает главный экономист Института экономики роста им. П. А. Столыпина Борис Копейкин.
Собеседник «Профиля» акцентировал внимание на том факте, что уточненный прогноз ЦБ допускает экономический рост по итогам этого года в диапазоне от 0 до 1%. Это означает, что во втором полугодии возможна отрицательная динамика. Стоит ли удивляться, что в бизнес-среде сегодня преобладает пессимизм относительно и общей ситуации в экономике, и перспектив восстановления инвестиционной активности.
Судя по статистике за первое полугодие, продолжает сокращаться прибыль компаний, которая в сложившихся обстоятельствах выступает основным источником средств для вложения в новые проекты. Слабая деловая активность не лучшим образом отразится на показателях ВВП в длительной перспективе, считает Борис Копейкин.
«Даже в самых оптимистичных сценариях ключевая ставка на конец года может быть снижена всего до 13–13,5%. В реальном выражении она останется на одном из самых высоких в мире уровней. Поэтому российский бизнес заинтересован в кардинальном пересмотре параметров денежно-кредитной политики», – заявил он.
Того же мнения придерживается главный аналитик центра инвестиционной аналитики СК «Росгосстрах Жизнь» Владимир Малиновский. По его словам, высокие процентные ставки достаточно сильно влияют на кредитоспособность предприятий. Платежи на обслуживание задолженности в некоторых случаях могут полностью «съедать» прибыль или даже превышать ее.
«В этом случае кприходится или постепенно "проедать" собственные ресурсы, или дальше увеличивать долговую нагрузку. Процесс носит накопительный характер: какое-то время за счет сформированной ранее "подушки" бизнес справляется, но всему есть предел. С прошлого года фиксируется ощутимое ухудшение кредитных рейтингов компаний. В последние месяцы 2026-го негативная тенденция обозначилась еще четче», – подчеркнул аналитик.
О том же говорит и «рейтинговый барометр» – индекс, показывающий уровень кредитного качества эмитентов. Его рассчитывают как процентное отношение числа повышений рейтингов к сумме их повышений и понижений за месяц. В июле доля повышений опустилась ниже 30% – уровня, который ранее наблюдался в 2022 году. Вывод – ключевая ставка на текущем уровне не устраивает большинство участников рынка, подчеркнул Владимир Малиновский.
В конце июле регулятор пошел на символическое – на 0,25 п. п. – снижение ключевой ставки. Решение стало в чем-то неожиданным, ведь его приняли несмотря на инфляционный всплеск, напомнил начальник аналитического отдела инвесткомпании «Риком-Траст» Олег Абелев. Сентябрьское же заседание показало, что экономический рост пока не в приоритете для ЦБ и впереди нас ждет достаточно длительный период сохранения жестких денежно-кредитных условий.
«Проект ДКП на ближайшие три года предполагает специальный рисковый сценарий, при котором средний ключ может вырасти до диапазона 19–21% в следующем году. Даже в базовом сценарии регулятор закладывает снижение ставки до 10,5–12,5%. Это говорит о вероятности медленного выхода из текущей ситуации. По итогам года инфляция ожидается в диапазоне 6–7%, а средняя ключевая ставка в районе 14–14,5%. Можно предположить, что в действительности показатель будет ближе к 14,5%», – сказал эксперт.
Главный аналитик Инго Банка Пётр Арронет признает, что на нынешнем уровне ключевая ставка создает для банков немало вызовов, требующих гибких и взвешенных решений. Вроде бы есть гарантия увеличения доходов и чистой прибыли кредитных организаций, но на деле прямой зависимости здесь нет. Падает спрос на кредиты: население отказывается от дорогой ипотеки, бизнес перестает расширяться и пытается выжить на резервы, поскольку маржинальность не позволяет покрывать возросшую стоимость обслуживания кредитов.
Одновременно увеличивается стоимость привлечения финансовых ресурсов. Ставки по депозитам также растут, вместе с ними растут издержки. Дорогие ставки по кредитам не означают автоматического повышения маржинальности, поскольку объемы кредитования сокращаются. Плюс к этому – снижение рыночной цены ОФЗ, которые лежат на балансе банков. Облигации с фиксированным купоном с длинной дюрацией начинают дешеветь в случае увеличения ключевой ставки, перечислил неприятные нюансы аналитик.
«Постепенно ухудшается качество кредитного портфеля. Компании допускают больше просрочек по займам, тогда как у банков растут расходы на формирование резервов по кредитам. К тому же необходимо выполнять требование регулятора – соблюдение норматива достаточности капитала. Поэтому организациям приходится грамотно выстраивать стратегию, чтобы сохранить маржинальность бизнеса. При низкой ключевой ставке эти задачи решать проще», – пояснил Пётр Арронет.
Скромный позитив: почему российская экономика забуксовала перед подъемом
У генерального директора, управляющего партнера Umbrella Consulting Group Кирилла Агапова тоже нет иллюзий, что российскому бизнесу еще длительное время предстоит работать в условиях дорогих денег. Окупаемость проектов будет расти, маржа сжиматься, финансовые модели стремиться адаптироваться.
Особенно сильный удар придется выдержать девелопменту в области гостиничных проектов. Большие капзатраты, долгая стройка и длительная окупаемость делают этот сегмент строительной отрасли гиперчувствительным к стоимости денег в экономике.
«Возьмем типовой многофункциональный гостиничный комплекс: отель на 150–200 номеров, апарт-отель, конференц-блок, рестораны и общественные зоны. В "нормальных" условиях проект считался под кредит по 10–12% с окупаемостью 7–9 лет. При ставке 14–16% и рыночном проектном финансировании существенно повышается стоимость заемного капитала, что ломает классическую модель», – говорит собеседник «Профиля».
По расчетам аналитиков UCG, в 2025 году стоимость строительства гостиниц выросла примерно на 30%. К таким затратам участники рынка оказались не готовы. В начале 2026 года в России впервые с 2001 года не была открыта ни одна новая гостиница, привел пример Кирилл Агапов.
По его наблюдениям, в настоящий момент рынок достаточно жестко фильтрует проекты. Конкретно в гостиничном бизнесе в значительной степени изменилась концепция инвестиций. Произошел переход от «строим всё и сразу» к поэтапной реализации, усилению финансовой дисциплины и активной работе с государством.
Пока компании стремятся по мере сил адаптироваться к реалиям, регулятор взял паузу в корректировке ДКП. Как долго она продлится, сказать сложно. Определенно известно одно: до конца года, согласно Календарю решений по ключевой ставке, должны состояться два заседания совета директоров ЦБ – 23 октября и 18 декабря. От решений декабрьского будет зависеть размер налога с процентного дохода по вкладам на 2027 год.
