13 декабря 2018
USD EUR
Погода
Москва

«Прослушка» и судебная ловушка

Верховный суд РФ предложил не наказывать за покупку «шпионских» устройств для личной и семейной безопасности

Фото: Shutterstock/Fotodom

Покупка «шпионских» устройств для безопасности членов семьи или слежки за животными вполне допустима. Наказывать за это, если речь не идет о посягательстве на права граждан, не стоит. Такие рекомендации для судей подготовил Верховный суд РФ. Это должно спасти от возможного уголовного гнета людей, заказавших через интернет различные GPS-трекеры или ручки с микрофоном, но не собиравшихся следить за кем-либо. Кроме того, ВС РФ объяснит, как наказывать за нарушение тайны переписки (к этому относится и получение доступа к детализации разговоров).

Впервые ВС РФ намерен рассказать судьям, как рассматривать дела по ряду преступлений против конституционных прав граждан, таких как нарушение тайны переписки, частной жизни и неприкосновенности жилища. Для этого он готовит постановление пленума. Практика по этим делам не столь обширна – только за нарушение неприкосновенности жилища в 2017 году было осуждено 7609 человек, по остальным преступлениям число осужденных исчисляется несколькими сотнями и даже десятками человек, признал 27 ноября на заседании пленума докладчик – судья ВС РФ Петр Кондратов. Однако, по его словам, эти дела вызывают «значительное число непростых вопросов».

Шпион поневоле

Широкую огласку вопрос ответственности за покупку «шпионской» техники получил после того, как год назад в ходе пресс-конференции президента РФ Владимира Путина ему рассказали об уголовном деле на курганского фермера Евгения Васильева. Тот через интернет заказал за 390 рублей GPS-трекер для сбегавшего теленка, а сам оказался фигурантом уголовного дела о незаконном обороте специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации (ст. 138.1 УК РФ). Ему грозило до 4 лет заключения, дело после такой огласки в отношении него в итоге закрыли. Также чуть не попал под следствие за покупку GPS-трекеров для курьеров основатель сети доставки еды. Проблемы со следствием возникали у обладателей GPS-трекеров с микрофоном, ручек и других предметов, которые в том числе позволяют скрыто вести видео- или аудиозапись. Согласно данным Судебного департамента при ВС РФ, за 2017 год по этой статье было осуждено 254 человека, а за 2016-й – 229.

GPS-трекеры могут использоваться владельцами автомобилей в случае угона, кроме того, их приобретают для контроля за детьми и животными, следовало из выступления Петра Кондратова. «Покупка таких устройств, в том числе посредством общедоступных интернет-ресурсов, где они рекламируются как бытовые, может оказаться весьма небезопасной для приобретателя с точки зрения уголовного закона», – резюмировал он.

ВС РФ намерен бороться с таким перегибом и разъясняет судьям, что сама по себе покупка устройств скрытого наблюдения еще не доказывает вину человека. Это важно, поскольку техника могла рекламироваться как «обычная», и человек добросовестно заблуждался в ее фактическом предназначении. Суд предлагает не наказывать и купивших «шпионские» устройства «в целях личной безопасности, безопасности членов семьи, в том числе детей, сохранности имущества или в целях слежения за животными», если не планировалось использовать их для посягательства на права граждан.

При этом судьям напоминают, что обычные смартфоны, телефоны, видеорегистраторы и другие подобные устройства можно признать спецсредствами, только если они преднамеренно были технически доработаны с целью негласно получать информацию.

Подготовленные разъяснения пленума позволят скорректировать судебную практику по делам, которые касаются защиты частной жизни граждан, и остановить излишне формальный подход в делах по незаконному обороту средств для негласного получения информации, считает председатель правления Ассоциации юристов России Владимир Груздев. По его мнению, важно, что суды должны будут проверять, с какой целью приобреталась та или иная аппаратура.

Поддерживает разъяснения ВС РФ адвокат, руководитель уголовной практики юркомпании BMS Law Firm Тимур Хутов. «Уголовное правоприменение зачастую доводится до абсурда, во главу угла ставятся статистические показатели, а не качество расследуемых уголовных дел, – полагает он. – А в погоне за раскрываемостью правоохранительные органы прикрываются «мнимыми» преступлениями, увеличивая свои показатели за счет сломанных судеб законопослушных граждан».

Не читай и не входи

По статистике, в 2017 году были осуждены за нарушение тайны переписки (ст. 138 УК) 48 человек, в 2016‑м – 42. За такие действия максимальное наказание – до 4 лет лишения свободы. Согласно разъяснениям ВС, нарушением считается незаконный доступ не только к содержанию разговоров или сообщений, но и к информации о них самих, например, к детализации звонков. Это соответствует позиции Конституционного суда РФ, уточнил Петр Кондратов. При этом наказание виновному грозит вне зависимости от того, являются ли ставшие ему доступными сведения личной, семейной тайной или нет.

Но замглавы Саратовского областного суда Артем Аниканов усомнился в нужности наказания за получение доступа к данным о факте переписки. По его мнению, нельзя назвать нарушением тайны переписки прочтение информации об отправителе и получателе на лицевой стороне конверта.

Высказался ВС РФ и относительно неприкосновенности жилища. Проникновением в него судьям предлагается считать тайное или открытое вторжение, совершенное непосредственно либо с помощью технических или иных средств, например, для незаконного установления прослушивающего устройства или прибора видеонаблюдения. Во время доклада судья Петр Кондратов упомянул и дроны с квадрокоптерами. С их помощью иногда ведут съемку владений чиновников журналисты и общественные деятели. Однако вряд ли разъяснения ВС затронут эти ситуации: документ достаточно жестко очерчивает круг нарушений, и связаны они с проникновением в помещение или строение – жилой дом, квартиру, апартаменты, садовый дом и т. п.

Артем Аниканов рекомендовал дополнить разъяснения по применению ст. 139 УК тем, что человек при вторжении должен понимать, что помещение используется как жилое. Это не всегда можно понять, если дом, например, был заброшен, объяснил он.

Эти разъяснения имеют большое значение, считает Владимир Груздев, так как именно незаконное проникновение в жилище является самым частым преступлением против конституционных прав и свобод человека и гражданина.

«Преступлением, согласно подготовленным разъяснениям, считается проникновение в жилище против воли жильца либо в результате обмана или злоупотребления доверием, – рассуждает он. – Это значит, что не обязательно преступник использовал физическую силу, чтобы проникнуть в жилье, он мог пойти и на какую-либо хитрость, представиться, допустим, электриком или водопроводчиком. Но если лицо, которое находилось в жилом помещении с согласия жильца, не покинуло жилище по его требованию, это не образует преступления. Здесь подразумеваются ситуации, когда у хозяина возник конфликт с гостем и гость не ушел сразу по требованию хозяина.

«Предложенные формулировки отличает не только их своевременность, но и современный характер», – говорит адвокат из бюро «Леонтьев и партнеры» Александр Булавин по поводу того, что вторжением в жилище может считаться и использование для этих целей технических средств. По его мнению, здесь имеются в виду получившие широкое распространение квадрокоптеры, правомерность использования которых вызывала оживленные дискуссии.

В целом же Булавин называет предложения ВС РФ отчасти «революционными». «Практически впервые делается попытка закрепления в нормативном акте определения сразу нескольких сложных уголовно-правовых категорий, таких как «частная жизнь» и жилище», – объясняет он. По словам адвоката, долгое время считалось, что границы в частных сферах не поддаются точной формализации. Очевидно, что подобный подход просто не мог не создавать почвы для многочисленных злоупотреблений, резюмирует он.

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK