"Я подписал подозрение директору НАБУ Семёну Кривоносу", – заявил Кравченко в видеообращении, опубликованном в его Telegram-канале. По его словам, перед принятием процессуального решения следствие допросило более 100 человек и собрало значительный объем материалов негласных следственных действий.
Кравченко утверждает, что Кривонос подозревается в подделке официальных документов с целью получения неправомерной выгоды в особо крупном размере. Второй эпизод, по версии генпрокурора, связан с фиктивным усыновлением, которое якобы использовалось для создания оснований для избежания ответственности в суде. При этом речь идет именно о подозрении, виновность Кривоноса должен установить суд.
Что известно об истории с усыновлением
Обвинения в фиктивном усыновлении в адрес Кривоноса звучали в украинских СМИ еще до нынешнего заявления Кравченко. В публикациях утверждалось, что в 2009 году Кривонос был признан судом виновным в преступлении, связанном с подкупом избирателей, однако освобожден от наказания по амнистии. Одним из оснований для ее применения было наличие у него на содержании малолетнего ребенка.
Позднее украинские СМИ сообщали о версии, согласно которой ребенок не был его биологическим сыном, а оформление отцовства могло быть связано с получением оснований для амнистии. Эти утверждения ранее исходили от критиков Кривоноса и не означали установленной судом фиктивности усыновления. Теперь Кравченко заявил, что следствие располагает доказательствами по этому эпизоду.
Заявление прозвучало на фоне конфликта НАБУ и Генпрокуратуры
Нынешнее заявление Кравченко появилось после масштабного конфликта между украинскими антикоррупционными органами и Генеральной прокуратурой.
4 сентября НАБУ и Специализированная антикоррупционная прокуратура начали операцию "Карфаген". По версии следствия, в Офисе генпрокурора действовала преступная организация, участники которой могли получать деньги за покровительство мошенническим кол-центрам и невмешательство в их работу. В рамках дела прошли следственные действия в Офисе генпрокурора и у ряда его сотрудников.
Сам Кравченко отрицал причастность к возможному покровительству незаконным кол-центрам и заявлял, что обвинения в его адрес не подтверждены доказательствами. 7 сентября Кравченко объявил о решении уйти с должности генерального прокурора. Он назвал отставку осознанным политическим решением и заявил, что не хочет, чтобы должность генпрокурора использовалась как инструмент политического противостояния. Его уход произошел спустя несколько дней после начала операции "Карфаген".
