Наверх
19 августа 2022

Почему США не могут создать надежные альянсы в Азиатско-Тихоокеанском регионе

Военный корабль Королевских ВМС Австралии

Военный корабль Королевских ВМС Австралии HMAS Darwin в гавани Сиднея

©Steve Christo/REUTERS

У целого ряда уважаемых историков есть любимое занятие – высчитывать количество мировых войн и искать в этой длинной цепочке нулевую – ту, с которой начались все остальные. Кто-то считает, что отсчет надо вести с Наполеоновских войн, кто-то – первой мировой была Семилетняя, находятся и те, кто уходит еще глубже в историю и называет Нулевой мировой противостояние Османской империи и Габсбургов, начавшееся в XVI веке. Все эти теории по-своему интересны, но ни одна не завоевала большого числа сторонников среди историков: чтобы признать войну мировой, недостаточно только географического размаха боевых действий. Нужно, чтобы в нее была вовлечена значительная часть социумов, проживающих в разных частях света. Первая и Вторая мировые войны этому требованию вполне удовлетворяют. Они были войнами коалиций: ни одна страна не могла бы вынести в одиночку таких военных, экономических и демографических усилий. И победа в них в полной мере стала коалиционной победой, как бы ни делили потом славу жители стран-победительниц, рассуждая о том, как они бы без помощи извне могли разгромить врага.

Когда почти сразу после окончания Второй мировой войны началась Третья – холодная, – руководство с обеих сторон быстро смекнуло, что выиграть ее в одиночку не сможет. И западные страны во главе с США, и СССР начали искать союзников и формировать новые военные блоки. Если о тех из них, что находились в Европе – НАТО и ОВД, – отечественный читатель знает хорошо, то о других, расположенных в Азии, регионах Индийского и Тихого океанов, вспомнит вряд ли. Меж тем их печальная судьба помогает понять, почему буксуют американские попытки выстроить новую блоковую систему против Китая.

Золотое время альянсов

Если в Европе США достаточно быстро выстроили базу для будущей НАТО, то на Востоке им пришлось нелегко. Перед американцами встала двойная задача: с одной стороны, сохранять хорошие отношения с метрополиями, чтобы не допустить раскола единого европейского антикоммунистического фронта, а с другой – обеспечить постепенную деколонизацию в Азии и Африке, превратив бывшие колонии и зависимые территории в новые дружественные государства. Ситуация осложнялась тем, что в регионе еще во время войны распространились коммунистические идеи, и чем дольше старые колониальные державы цеплялись за свои владения, тем более популярными эти идеи становились.

В конце 1940-х – начале 1950-х ситуация в Азии, казалось, стала меняться не в пользу США и их союзников. В Малайе началась масштабная партизанская война, коммунистические повстанцы убивали европейских плантаторов и устраивали засады на дорогах. В Китае коммунисты разгромили войска Чан Кайши и одержали победу в гражданской войне, длившейся без малого 23 года. В Корее части КНДР успешно громили южнокорейские войска, ход войны смогло переломить только вмешательство сил ООН.

Неудивительно, что 1950-е стали золотым десятилетием военных альянсов в Азии и регионах Индийского и Тихого океанов. В 1951 году был подписан так называемый Тихоокеанский пакт безопасности – АНЗЮС (ANZUS), получивший имя по первым буквам названий стран-членов: Australia, New Zealand, United States. США, Австралия и Новая Зеландия обязались защищать друг друга в случае, если кому-либо из них будет угрожать опасность. Трактовать понятие «опасность» при этом можно было максимально широко.

Ханская ставка

Но самым продуктивным стал 1955-й, когда в соответствии с концепцией президента Эйзенхауэра, озабоченного сдерживанием красной угрозы, было создано сразу два альянса: СЕНТО и СЕАТО. СЕНТО – Организация Центрального договора, известная также как Багдадский пакт, – блок трудной судьбы: еще во второй половине 1930-х была создана Ближневосточная Антанта, фактически распавшаяся после начала Второй мировой. Идея сформировать на ее месте Восточный блок из арабских стран тоже не сработала: после начала арабо-израильского конфликта США оказались в щекотливом положении и предпочли отказаться от формирования полностью арабской организации. Наконец, в 1955 году в Багдаде был подписан военный пакт между Ираком и Турцией. Вскоре к альянсу присоединились Британия, Пакистан и Иран. Соединенные Штаты в состав блока формально не входили – как позже объяснял госсекретарь Джон Фостер Даллес, из-за произраильского лобби в Конгрессе, – но участвовали в работе Военного комитета альянса и использовали территорию и инфраструктуру Пакистана и Ирана, чтобы вести разведку против СССР. Основной задачей СЕНТО стратеги в Вашингтоне считали выстраивание так называемого «Северного барьера» против Советского Союза, призванного предотвратить распространение коммунистического влияния на Ближнем Востоке.

Корабли Королевского флота на учении CENTO "Midlink"

Морские учения CENTO "Midlink" в Индийском океане, 28 ноября 1974 года

Keystone Press/Vostock Photo

В том же году был заключен Манильский пакт, ставший базой для создания СЕАТО – Организации договора Юго-Восточной Азии. В нее, в отличие от СЕНТО, США вступили одними из первых. Вместе с ними в СЕАТО вошли американские партнеры по АНЗЮС – Австралия и Новая Зеландия, а также Британия, Пакистан, Таиланд, Филиппины и Франция. При этом организация взяла под свое покровительство Лаос, Вьетнам и Камбоджу (последняя от этой чести отказалась уже в следующем году). В отличие от СЕНТО, организация Манильского пакта изначально создавалась в качестве «азиатского НАТО» с одним существенным отличием: у СЕАТО отсутствовала единая военная организация, а пункт об обязательствах государств-членов в случае возникновения угрозы был сформулирован настолько расплывчато, что позволял участникам при желании избежать вовлечения в конфликт.

Учения SEATO "Тулунган"

Вице-адмирал ВМС США Эдвин Б. Хупер во время учений альянса СЕАТО, март 1962 года

Icom Images/Vostock Photo

Мы вам ничего не обещали

Таким образом, президент Эйзенхауэр и госсекретарь Даллес сумели выстроить два барьера на пути советской экспансии. Но не прошло и десяти лет, как эти барьеры начали рушиться.

Первой посыпалась СЕНТО: после революции в Ираке в 1958-м новое правительство вывело страну из организации. В 1974 году, после вторжения на Кипр, Турция поссорилась с британцами и американцами. Окончательный удар организации нанесла Иранская революция 1979-го, после чего блок был официально распущен. Не лучше обстояли дела и у СЕАТО: хотя американцы использовали членство в блоке как предлог для вмешательства в конфликт во Вьетнаме и заручились поддержкой тайцев и филиппинцев, Британия и Франция сочли, что условия Манильского пакта не обязывают их оказывать помощь Сайгону. В 1977-м, спустя два года после поражения во Вьетнамской войне, блок был распущен. Самое неприятное послевкусие от обоих альянсов должно было остаться у пакистанцев: во время войн с Индией они взывали к союзникам, прося помощи, но те решили, что блоки были созданы для противостояния советско-коммунистической угрозе, а с Индией пусть Пакистан разбирается сам.

Почему Китай не откажется от притязаний на Тайвань, а США – от поддержки острова

В 1971 году Британия с запозданием решила с одобрения США создать свой маленький региональный альянс в составе себя, Австралии, Малайзии, Сингапура и Новой Зеландии, призванный сохранить остатки британского влияния после вывода войск с территорий к востоку от Суэца. Блок получил название АНЗЮК и просуществовал менее четырех лет: в 1974-м Новая Зеландия заявила, что выходит из альянса, и в следующем году на проекте поставили крест.

Военные блоки холодной войны в регионах Индийского и Тихого океанов оказались, таким образом, штукой непрочной, в отличие от так называемой системы Сан-Франциско, она же Hub and Spokes, сиречь «втулка и спицы». Так поэтически американцы именовали систему двусторонних альянсов, в которых «втулкой» выступали США, а «спицы» тянулись к Японии, Южной Корее, Тайваню, Таиланду, Филиппинам, Австралии и Новой Зеландии. Благодаря такой структуре, во-первых, не возникало проблем из-за споров между странами-клиентами, во-вторых, американцы могли лучше контролировать их режимы и не бояться, что те неожиданно втянут их в нежелательный конфликт.

Блоки конца истории

Окончание холодной войны и установление гегемонии Соединенных Штатов, казалось, ликвидировали всякую необходимость в формировании новых альянсов. Действительно, зачем нужны военные блоки после «конца истории», когда в мире осталась только одна сверхдержава и на смену войнам между государствами пришли борьба с терроризмом и карательные акции?

Если в Европе НАТО сохранилась и даже расширилась, то в Азии из всех традиционных блоков уцелел только АНЗЮС, да и то в довольно специфическом формате: еще в 1986-м Америка отказалась гарантировать Новой Зеландии военную безопасность из-за отказа Веллингтона допускать корабли с ядерным оружием на борту в свои территориальные воды. В 1994 году странами–членами Ассоциации государств Юго-Восточной Азии был создан Региональный форум АСЕАН по безопасности – АРФ. По своей структуре и функциям он ничем не напоминал военный альянс, а был скорее площадкой для обсуждения насущных вопросов и выработки мер доверия.

Почему боевая мощь и финансовые вливания не помогли американцам в Афганистане

На смену классическим военным блокам в этот период пришли так называемые «коалиции согласных» или «коалиции желающих» (coalition of the willing), создаваемые для решения конкретных задач. Участие в таких коалициях, с одной стороны, не накладывало на государства долговременных обязательств, с другой – позволяло продемонстрировать лояльность гегемону. Впервые термин «coalition of the willing» употребил в 1994-м Билл Клинтон, говоря о возможной военной операции против Северной Кореи. Именно такая «коалиция желающих» обеспечила поддержку действий США в 2003-м, во время вторжения в Ирак, осуществленного вопреки резолюциям Совбеза ООН. По сути, такой же «коалицией желающих» были и Международные силы содействия безопасности (ISAF), созданные в соответствии с резолюцией ООН для действий в Афганистане.

Но постепенный экономический подъем Китая, рост его внешнеполитических амбиций, провал концепции Большой двойки (Кимерика), Мюнхенская речь Владимира Путина, начало и развитие украинского кризиса ознаменовали конец американской гегемонии. Мир постепенно сползает к новой холодной войне, и у Вашингтона возникает соблазн использовать привычные инструменты – военно-политические блоки.

Альянсы новой холодной войны

Первым подходом к снаряду стал Четырехсторонний диалог по безопасности – Quad, созданный в 2007-м Америкой, Индией, Японией и Австралией. Первая его итерация просуществовала недолго: уже в следующем году пришедшие к власти в Австралии лейбористы вывели страну из этого альянса. Но в ноябре 2017-го деятельность Quad была восстановлена.

Регион, которого нет на карте

Quad – типичный формат взаимодействия в новой реальности, несущий все черты периода между двумя холодными войнами. Это неформальная организация: у нее нет секретариата, ее члены не берут на себя жестких обязательств и не гарантируют друг другу защиту. Общеизвестно, что Quad был создан для сдерживания китайских амбиций, но ни в одном заявлении вы не найдете об этом упоминания. Официальная цель – развитие партнерства в сфере безопасности на основе общих принципов и ценностей: верховенства закона, свободы торговли и навигации, уважения территориальной целостности и суверенитета и мирного урегулирования споров. Китай остается как бы за скобками: всем понятно, кто тут выступает против уважения территориальной целостности, свободы навигации и мирного урегулирования, но вслух об этом говорить не принято.

Когда президент Трамп воссоздавал Quad, он взялся за дело со свойственными ему прямотой и размахом, дав понять партнерам: в суровых условиях противоборства с Китаем им придется активнее участвовать в учениях и быть готовыми взять на себя повышенные обязательства по сдерживанию китайской угрозы. Индийцам это пришлось не по душе: до сих пор Нью-Дели предпочитал балансировать между Вашингтоном и Пекином, пытаясь, с одной стороны, не рассориться с китайцами, с которыми индийцы бок о бок живут уже пять тысячелетий, а с другой – использовать США как партнера для сдерживания китайских амбиций.

В течение следующих пяти лет индийцы медленно, незаметно, но упорно трансформировали при японской поддержке Quad. Внешне формат никак не изменился: по-прежнему проводятся совместные учения, встречи на уровне министров обороны, идет диалог о безопасности на всех треках, делаются громкие заявления. Но при этом институционализация Quad идет в направлении не военной безопасности и сосредоточена скорее на формировании органов, предназначенных для борьбы с более широким спектром угроз. Так, в рамках Диалога были созданы экспертные и рабочие группы по вакцинации против COVID-19, по климату и по критическим технологиям. С одной стороны, их деятельность хотя бы частично направлена на сдерживание роста китайского влияния, с другой – цели Quad все больше размываются. Индия, преследуя собственные интересы, стремится превратить Четырехсторонний диалог в удобную базу для формирования общей системы безопасности в Индо-Тихоокеанском регионе и обеспечить себе лидирующее положение в этой системе. В последнее время и в Вашингтоне, и в Нью-Дели начались разговоры о формате Quad+, но индийцы и американцы смотрят на процесс расширения по-разному: если США хотят включить в него своих союзников, то Индия осознает, что большинство азиатских игроков согласятся войти в него только в том случае, если Quad утратит свою демонстративную антикитайскую направленность, сосредоточившись на решении реальных региональных проблем.

Американцы, не привычные к этим восточным сложностям, решили вернуться к старым схемам. 15 сентября 2021 года было объявлено о создании AUKUS – трехстороннего альянса США, Великобритании и Австралии. Как и в случае с Quad, в заявлении о формировании нового блока Китай не упоминается, но в этом случае основной противник еще более очевиден: ни о каких гуманитарных инициативах речи не идет, только о военном сотрудничестве с целью противодействия потенциальным угрозам, включая терроризм и киберпреступность. Учитывая, что Британия и США в рамках AUKUS пообещали помочь Австралии обзавестись атомными подводными лодками, понятно, что главная цель вовсе не террористы и киберпреступники.

AUKUS гармонично дополняет уцелевший АНЗЮС, снова заработавший в полную силу: в условиях тревожной международной обстановки новозеландцы и американцы решили забыть прежние разногласия. Помимо этого, существуют другие форматы взаимодействия между странами англосферы: альянс «Пять глаз» (FVEY), в рамках которого США, Британия, Австралия, Новая Зеландия и Канада обмениваются разведывательной информацией, и организации ABCANZ, AUSCANNZUKUS, ASIC, TTCP, UKUS SIGINT, обеспечивающие военное сотрудничество все тех же пяти стран по самому широкому набору направлений – от военных разработок до подготовки армии и флота.

Старая любовь не ржавеет, и очевидно, что сотрудничество между странами этой пятерки будет только крепнуть. Останутся в американской сфере влияния и те государства и образования, которым непосредственно угрожает китайская экспансия, – Япония, Южная Корея, Тайвань. Но есть большие сомнения в том, что американцам удастся создать новую СЕАТО, которая окажется успешнее, чем предыдущая. Тогдашние политические элиты стран Азии боялись идеологической экспансии СССР, нынешние без особого восторга относятся к экономической экспансии КНР. Но если даже перед лицом коммунистической угрозы, которая означала для них потерю власти и, вполне возможно, физическое уничтожение, азиатские элиты не превратились в американских марионеток, почему они должны делать это сейчас, когда речь идет о том, чтобы в худшем случае поделиться частью экономического суверенитета с давно и хорошо знакомым Китаем?

Автор – руководитель Группы Южной Азии и региона Индийского океана ИМЭМО РАН

Избранные статьи в telegram-канале ProfileJournal
Больше интересного на канале Дзен-Профиль