Наверх
12 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2000 года: "Аллины паруса"

Алла Вербер, директор «Торгового Дома Москва», знает о моде практически все. Когда-то Алла уехала из СССР на Запад. И возвратилась затем, чтобы «поженить» российский рынок с мировой модой. Впрочем, собственного мужа она нашла все-таки в России.Алла Вербер: Мои родители решили эмигрировать в 1976 году. Сразу выехать целой семьей не удалось: в визе отказали всем, кроме меня. Мне было всего восемнадцать лет.
Людмила Лунина: Родители не боялись отпускать вас одну?
А.В.: Конечно, боялись. Но они хотели, чтобы у меня была свобода выбора, чтобы я могла получить европейское образование, жить там, где хочется, заниматься тем, что интересно, путешествовать по всему миру.
Год я провела в Риме. Это обстоятельство во многом предопределило мою последующую жизнь и профессию. Я очень любила и люблю Ленинград и считаю его красивейшим городом мира, но, попав в Рим, я была просто сражена. Редкий дом там не произведение искусства, в каждой церкви — дивные фрески и мозаики. И вся эта рукотворная красота вписана в роскошные южные пейзажи.
В середине 70-х Рим был столицей моды. Все самые известные, красивые и богатые женщины, от европейских принцесс до голливудских звезд, приезжали в Рим за покупками. Наблюдая жизнь города, частенько заходя в магазины, я постепенно утвердилась в желании найти профессию в фэшн-бизнесе.
Я с детства была восприимчива к красоте. Дедушка коллекционировал антиквариат — живопись, хрусталь, серебро, бабушка прекрасно одевалась и вообще отличалась безупречным вкусом. А так как в семье очень ценили традиции, меня все пытались к своим увлечениям приобщить. Я долго занималась живописью, обожала придумывать наряды, шила, наряжала подруг, делал им макияж.
Мой папа был стоматологом и, естественно, надеялся, что я пойду по его стопам. Наверное, все родители мечтают видеть детей либо врачами, либо адвокатами. Не знаю, как сложилась бы судьба, если бы я не прожила целый год в Италии.
Потом я переехала в Канаду и сразу устроилась работать в магазин готового платья. Все, что касалось продажи одежды, было для меня просто и весело. Утром я приходила на работу, одевала манекен и говорила себе, что сегодня буду продавать ту коллекцию, что на манекене. И все получалось.
Моя карьера быстро пошла в гору. Я стала байером — человеком, который заказывает коллекцию на следующий сезон. Ездила на показы мод в Париж, Лондон, Рим и Милан, выбирала образцы, запускала их в производство на фабриках в Гонконге. За годы работы я исколесила весь земной шар. И еще успевала учиться — закончила университет в Торонто, множество курсов.
Л.Л.: Сопутствовала ли вам такая же удача и в личной жизни?
А.В.: В Америке говорят: чтобы найти красивого, умного и богатого мужа — придется выйти замуж три раза. Первый раз я вышла за красивого.
Три года мы жили в Нью-Йрке, где родилась дочь Катя. Нью-Йорк до сих пор мой любимый город. Мне нравится бешеный ритм Манхэттена, роскошные магазины на Пятой авеню, веселое столпотворение накануне Рождества.
А потом все резко изменилось — мне снова пришлось стать самостоятельной. В 1984 я переехала в Торонто и открыла свой первый магазин — бутик итальянской одежды Katia of Italy. Он был очень популярен, его помнят до сих пор. В магазине продавались только самые лучшие имена, одежда самых известных в мире марок.
В 1991 году крупная канадская корпорация предложила мне стать ее представителем в России. Это оказалось сильной встряской. Западный мир в принципе однороден: не такая уж большая разница, где ты находишься, в Париже, Милане или Торонто. Россия — словно другая цивилизация.
Может быть, минус нашей страны — бытовая неустроенность, зато огромный плюс — культура. Для меня это не пустые слова: я собираю современную российскую живопись, дружу со многими актерами, режиссерами, музыкантами, художниками. У русских людей совершенно особый менталитет, способность к искреннему общению.
Л.Л.: И я знаю, что вы, возвратившись, вышли замуж.
А.В.: Говорят, браки совершаются на небесах. Наверное, так оно и есть. Иначе чем объяснить, что после пятнадцати лет эмиграции, приехав в родной и любимый город, тогда уже Санкт-Петербург, я встретилась со своим будущим мужем.
Он говорит, что, едва меня увидев, почувствовал непреодолимое желание быть вместе всю оставшуюся жизнь. Так оно и вышло. Единственное, о чем мы жалеем, что не были знакомы с молодости.
Мой муж Давид Авербах — президент крупной российской компании, которая занимается производством продуктов питания.
Л.Л.: Получается, что в вашей семье два больших начальника…
А.В.: Нет, в семье я не начальница. Я с радостью отдаю пальму первенства мужу, тем более что он Лев по гороскопу, а значит — лидер во всем.
Л.Л.: Вам обоим, наверное, приходится часто ездить в командировки…
А.В.: Да, причем мне чаще, чем ему. Друзья нередко говорят: «Какая у тебя фантастическая жизнь! Сегодня Париж, завтра — Рим, Милан!» А я не люблю ездить, с трудом переношу аэропорты. Иногда машина уже ждет у подъезда, а я все еще колдую над обедом.
Конечно, у меня никогда не получится стать домохозяйкой: работу я люблю так же сильно, как и семью. Просто сейчас я стараюсь быть более собранной, успевать заниматься и бизнесом, и домом.
Муж никак не может примириться с моими отъездами. Я предупреждаю его загодя, недели за три. «Дорогой,— говорю я ему,— 11 января я уеду». «Да-да»,— отвечает он, думая о своих делах, которых всегда невпроворот. Разговор повторяется каждый день, пока он наконец не осознает: «Как — ты завтра уезжаешь? На три недели? Так надолго?!»
Произносится это таким тоном, словно я еду на курорт. Но в душе он, конечно, понимает, насколько это важно.
Л.Л.: Зато, наверное, возвращаться приятно…
А.В.: К реальной дате своего возвращения я всегда прибавляю день — на случай непредвиденной работы. Зато если приезжаю раньше, для мужа и дочери это радость вдвойне.
Л.Л.: Дочка без вас не скучает?
А.В.: Скорее, я без нее. Мы с ней большие друзья. Я иногда шучу, что не могу без нее дышать. Пока она была маленькая, я постоянно брала ее с собой — на все показы, на все закупки. Для своих пятнадцати лет она много путешествовала, много видела. Она знает все о модном бизнесе. Все, что я умею, я ей передала.
Первое время, когда я работала в России, Катя жила с бабушкой в Канаде. Я не успевала ее воспитывать — возвращаясь, только целовала и баловала, поэтому и забрала ее с собой в Москву. Я вообще считаю, что ребенок должен находиться там, где его родители.
Самое главное — у нас нет друг от друга секретов. «Мама, мне кажется, что я ненормальный подросток,— однажды сказала мне дочь.— Я рассказываю тебе практически все».
Л.Л.: Есть ли у вас семейные традиции?
А.В.: Я очень люблю отмечать дни рождения мужа и дочки. Я глажу скатерти, накрываю праздничный стол, обязательно сама готовлю. Мое любимое блюдо — фаршированная рыба. Обычно занятые люди отмечают торжества в ресторане, но я в большинстве случаев обедаю в ресторанах, поэтому мне нравятся именно домашние праздники.
Л.Л.: Отдыхаете тоже вместе?
А.В.: Мы любим ездить в Нью-Йорк, в Торонто, где живут мои родственники. Полгода назад замечательно отдохнули в Риме — провели там три дня.
Л.Л.: Три дня — не мало?
А.В.: У нас никогда не получается отдыхать больше недели. Раз в год мы обязательно ездим в Израиль, где живет мама моего мужа. 13 августа у нее день рождения, и мы стараемся быть в этот день вместе с ней.
Л.Л.: А что в вашей семье принято друг другу дарить?
А.В.: Я помню, однажды — мы уже были женаты — я вернулась из очередной командировки, мой муж встретил меня в аэропорту и в машине надел на руку обручальное кольцо. Этот подарок был самым запоминающимся. Мы были уже взрослыми людьми, в общем-то, обмениваться кольцами не было надобности. Но муж посчитал, что это важно.
Л.Л.: Алла, а как же вы стали директором «Торгового Дома Москва»?
А.В.: Мне предложили эту работу в 1993 году. У меня была мечта создать в Москве, на Кутузовском проспекте, нечто наподобие нью-йоркской Мэдисон-авеню или как в Милане — виа Монте Наполеоне. Улицу, где будут сосредоточены самые модные бутики. Статья, вышедшая обо мне в Америке, в журнале Women’s Daily, так и называлась: «Алла Вербер строит в Москве Мэдисон-авеню».
В то время на Западе в Россию никто не верил. CNN постоянно показывала грязные улицы, русских теток в валенках и телогрейках или «новых русских» в бордовых пиджаках и их жен с ног до головы «от Версаче». Нам хотелось этот имидж сломать.
Л.Л.: Тяжело было договориться с западными партнерами?
А.В.: Сначала — очень непросто. Надо было доказать им, что мы действительно надежная профессиональная компания. Постепенно, шаг за шагом, мы получили такие марки, как «Шанель», «Гуччи», «Дольче&Габбана», «Фенди», «Джил Сандер», «Бриони», «Эрменеджильдо Зенья», «Джон Гальяно».
Л.Л.: И чем же вы их подкупили?
А.В.: Не знаю, может, окружающим передаются мои увлеченность, энергия, я заражаю их своим энтузиазмом. Бизнес, особенно такой тонкий, как мода, строится на интуиции, на доверии.
Л.Л.: Есть ли у вас принципы, которые помогают вам жить?
А.В.: Есть. Я считаю, что надо выходить замуж столько раз, сколько получится,— пока не найдешь хорошего мужа. О своей любви надо говорить близким людям как можно чаще. И главный мой принцип: «Никогда не откладывай на завтра то, что можно купить сегодня».

ЛЮДМИЛА ЛУНИНА

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK