Наверх
14 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2010 года: "БЕДНЫЕ И БОЛЬНЫЕ"

Один из печальных итогов первого десятилетия XXI века в России — отсутствие прогресса в социальной сфере и даже ее деградация. Соотечественники в массе своей бедны, нездоровы и не слишком образованны.    В 2000-е годы было предпринято нес-колько попыток реформ в социальной сфере. Ни одну из них нельзя считать вполне успешной.
   
НЕЗДОРОВОЕ ЗДРАВООХРАНЕНИЕ
    Один из самых худших пока-зателей России в междуна-родном рейтинге стран, комфортных для проживания, — 75-е место из 100 по состоянию здравоохранения. При-чем страна, некогда гордившаяся бесплатным медицинским обслуживанием, сегодня имеет карикатуру на него: у россиян, единственных европейцев, нет даже стандартов оказания медицинских услуг. На вопрос «Профиля», когда они появятся, депута-ты Госдумы и эксперты Мин-здравсоцразвития отвечают уклончиво. Впрочем, пробле-ма не только в отсутствии стандартов, но и в том, насколько услуги медиков могутбыть бесплатными.
   Точку зрения, что медицина должна частично оплачиваться из кармана больного, сочетая в себе ОМС и ДМС (обязательное и добровольное медстрахование), лоббируют врачи и законодатели, аргументируя позицию мировым опытом. Однако, по разным данным, лишь 12-24% россиян могут заплатить за лечение полностью или частично, поэтому многие эксперты Минздрава склоняются к тому, что пока говорить об элементах платности по ОМС нереально.
   Итог первых десяти лет XXI века в области здравоохранения неутешителен: реформа ОМС стартовала с частичной оплачиваемости медицинских услуг в 1999 году, а через 10 лет пришла к бесплатности на бу-маге и отсутствию ориентиров — стандартов оказания медуслуг. По факту медицина стала платной и менее доступной. По данным ВЦИОМа, 58% не могут оплатить услуги врача. Как итог, по данным Росстата, с 2000-го по 2008 год заболеваемость по болезням сердечно-сосудистой системы (первое место среди причин смертности) выросла с 2,4 млн человек до 3,7 млн (на 27%). По онкологическим заболеваниям (третье место среди причин смертности), по данным ВОЗ, прирост составил около 17% — с 1,1 млн до 1,3 млн человек. Причем заболеваемость растет не только среди пожилых людей (здесь показатель держится на уровне 12-14%), но и сре-ди трудоспособной части об-щества — как среднего поколения (+9% с 2000-го по 2008 год, по данным ВОЗ), так и молодежи (+7% за тот же период).
   Несмотря на широко разрекламированный националь-ный проект «Здоровье», тре-бующий капиталовложений, по уровню расходов на здравоохранение Россия занима-ет 112-114-е место в мире (3,9% ВВП) вслед за Марокко (5,3% ВВП) и Эквадором (3,9% ВВП). Между тем к 2018 году, по разным данным, от 30% до 40% трудовых ресурсов страны будут состав-лять люди старшего возрас-та, а они, по данным Росста-та и Минздравсоцразвития, более чем на 45% хроничес-ки больны. При этом ученые Лондонской школы экономики (LSE), опрашивавшие 45-50-летних россиян, ус-тановили, что из 10 человек только один откладывает денежные средства на медобслуживание в старости.
   Как признают эксперты Ин-ститута народно-хозяйствен-ного прогнозирования (ИНП) РАН, россияне среднего и старшего возраста находятся в непростом положении: в отсутствие закона об ОМС копить на лечение в зрелом возрасте рискованно, но и вековая модель — дети ухаживают за стареющими роди-телями — себя изживает. Одна из главных причин — число пожилых людей, кото-рым требуется уход, превышает число молодых, способных его оказать. И эта тенденция в связи с ожидающимся падением рождаемости усугубится.
   «Ситуация со здоровьем на-ции остается кризисной — низкая по европейским мер-кам рождаемость при «африканской» смертности от болезней и внешних причин (аварии, убийства, алкоголизм и пр. — «Профиль»), — считает Николай Гераси-менко, депутат Госдумы. — Поэтому ресурс у нас неболь-шой — стимулировать рождение второго и третьего ре-бенка в семьях и бороться как за здоровье больных, так и с «внешними» причинами смертности».
   
НЕКАЧЕСТВЕННАЯ ЖИЗНЬ
    По качеству жизни, оцениваемому по стандартам прожиточного минимума, разрыву в доходах и уровню пенсионного обеспечения, Россия оказалась в середине списка — на 50-м месте. Как признают эксперты ООН и Института социально-экономических проблем народонаселения (ИСЭПН) РАН, страна по-бедила крайнюю бедность 1990-х, но о коренном переломе говорить не приходится.
   Ученые и официальная статистика расходятся в определении масштабов бедности: Росстат дает плавающую цифру в 19-24%, ученые настаивают на 50-60%.
   «Наш прожиточный минимум тощий, в бедности жи-вут до 60% граждан, причем я пользуюсь статистикой Рос-стата, — убеждена Наталья Римашевская, член-коррес-пондент РАН. — Цифры ведь не говорят, сколько у нас обездоленных, они показывают, сколько людей имеют доход ниже прожиточного минимума. А уже наша воля выводить черту бедности — это могут быть и те, кто имеет один прожиточный минимум, полтора, два».
   По данным Росстата, в стра-не 25 млн человек с дохода-ми ниже прожиточного минимума. Но в определении бедности надо учитывать не только минимальную потре-бительскую корзину (еда и одежда), но и другой минимум — обеспечение жильем. В результате исследований экспертиза ИСЭПН РАН при-шла к заключению, что жилье около 60% семей нуждается в капитальном ремонте. Наталья Римашевская считает, что из числа бедных некорректно исключать тех, кто не имеет минимума жилищной обеспеченности.
   И хотя многие законодатели выводы Римашевской считают радикальными, они признают, что стандарт прожи-точного минимума остается низким, искусственно сокращая число бедных. По закону, этот стандарт пересматривается каждые пять лет. Последний раз он был утвер-жден в 2005 году, но вновь не включил себя такой общеевропейский стандарт, как наличие телефона (30% российских семей его не имеют) и тем более Интернета (лишь 21% семей он доступен). Все вновь ограничилось едой и одеждой, на которые, по данным фонда «Общественное мнение», и работают большинство россиян. При этом масштабы социального неравенства в стране остаются вопиющими.
   Максимальный разрыв в доходах — соотношение между средним уровнем доходов 10% самых богатых и 10% самых бедных — в середине 1990-х составлял 14-15 раз и сегодня, по данным ИСЭПН РАН, сохраняется на том же уровне и имеет тенденцию к росту.
   «Это признаки предреволюционной ситуации, — говорит Наталья Римашевская. — Надо налоговую систему устраивать так, чтобы те, кто получает высокую зарплату, платили больше, чем те, кто получает среднюю зарплату, а те, кто получает маленькую, вообще от налогов освобождались. А у нас с бедных сначала берут налог, а потом им доплачивают. Вместо того чтобы поднять заработную плату, повысив мотивацию к труду, мы растим прослойку чиновников, которые, распределяя эти ресурсы, съедают еще больше денег. И гу-бим ростки относительно состоятельных россиян, которых пытаемся называть средним классом».
   ИСЭПН РАН и фонд «Общественное мнение» сходятся в том, что средний класс в России пока еще не сложился. «Есть лишь его ростки», — полагает Александр Ослон, президент фонда «Общест-венное мнение».
   
СТАРОСТЬ НЕ РАДОСТЬ
    Острейшей проблемой продолжает оставаться система пенсионного обеспечения. Многие пожилые россияне получают пенсии ниже прожиточного минимума. По международным стандартам, нормальная пенсия — это 40% от средней зарплаты. С 2002 года идет сокращение относительного размера пенсий: с уровня в 32% от средней заработной платы они упали почти до 25%. Основная проблема — демография: рост числа пенсионеров опережает рождаемость. И страховых взносов работающих (распределительная часть пенсии) на содержание пенсионеров скоро не хватит.
   «Так произошло потому, что провалилась даже не пенси-онная реформа, а ее концепция, — считает Оксана Дмитриева, депутат Госдумы. — Переход от распределительной системы к накопительной породил эффект двойного бремени, когда из тех же самых взносов нужно платить пенсии нынешним пенсионерам и накапливать пенсии будущим. Это можно сделать либо за счет повышения налогов, либо за счет сокращения относительного размера пенсии».
   Выход, как признают многие эксперты, в том, что нужно или повышать взносы, или сокращать пенсии. Власть пы-тается найти решение, увеличив с 2011 года единый со-циальный налог (ЕСН) с 26% до 32-34%, отменив его регрессивную шкалу. Но это оз-начает неизбежность болезненного удара по малому и среднему бизнесу, который вынужден поднять расходы на оплату труда и уменьшить отчисление налогов. Это отрицательно скажется как на росте экономики, так и на доходах россиян. Работодатели, не заинтересованные платить возросший ЕСН, уже возродили практику нелегальных зарплат в конвертах, превышающих легальные в разы.
{PAGE}
   
НЕЗАКОНЧЕННОЕ ВЫСШЕЕ
    По шкале доступности обра-зования и его качеству составители международного рейтинга поставили Россию на хорошее 31-е место. Отечественное образование, за исключением гуманитарного, остается конкурентоспособным, но тоже сталкивается с проблемами. В то время, ко-гда в ряде стран ЕС и БРИКвысшее образование становится либо полностью, либо преимущественно бесплатным, в России бесплатный сектор высшего образования сужается, а школьное образование коммерциализируется.
   При этом Россия пытается встроиться в Болонский процесс ради признания дипломов в развитых странах, но действует непоследовательно. Некоторые специалисты, например, ректор РУДН Вла-димир Филиппов, отстаива-ют европейскую систему бакалавриата (4 года) и магистратуры (2 года). Другие, в их числе влиятельный ректор МГУ Виктор Садовни-чий, настаивают на сохранении старой системы специалитета (5 лет) и аспирантуры (2 года). Пока, как компромисс, сохраняются обе системы. Этот компромисс — живая иллюстрация незавершенности реформы системы образования. Как итог, наметился новый вид утечки мозгов: студенты, окончив бакалавриат (иногда 2-3 курса), уезжают за границу, где доучиваются бесплатно.
   «Цифр такого рода утечки мозгов не знает никто, — утверждает Наталья Зубаревич, директор региональных программ Независимого института социальной политики. — Мы располагаем лишь косвенными данными. Примерно 14% россиян, по данным ВЦИОМа, хотят уехать из страны насовсем. Сколько среди них ученых и студентов, можно только предполагать».
   
ВМЕСТО ЭПИЛОГА
    Если считать, что целью любых реформ — политических или экономических — является повышение качества жизни, то приходится признать, что Россия в 2000-х потерпела фиаско, так как в одних отраслях социальной сферы прогресс отсутствует, а в других наблюдается деградация. Страна не только не приближается к благополучию, но удаляется от него. И это, пожалуй, главный счет, который можно предъявить власти.
   

   В ПРОЦЕССЕ ОБУЧЕНИЯ
   1980-е годы — начало Болонского процесса, движения стран Европы к созданию единых стандартов обучения и взаимному признанию дипломов.
   1999 год — подписана Болонская декларация.
   2003 год — Россия присоединилась к Болонской декларации.
   2004-2008 годы — массовое введение ЕГЭ
   2010/11 учебный год — частичный отказ от специалитета в пользу бакалавриата и магистратуры.
   Источник: Союз ректоров России.

   

   МЫТАРСТВА ПЕНСИОННОЙ РЕФОРМЫ
   1998 год — начало перехода от распределительной системы к накопительной.
   2002 год — создание негосударственных пенсионных фондов, призывающих переходить на накопление пенсий.
   2004-2006 годы — деление пенсионных отчислений на три составляющие — базовую, страховую и накопительную. В накопительной программе принимают участие только те, кто родился после 1967 года.
   2010 год — началась программа софинансирования пенсий: помимо обязательного появилось добровольное накопление с помощью государства.
   2010 год — Минздравсоцразвития объявило о ликвидации с 2010 года единого социального налога (ЕСН) (26%). Ему на смену придут (в течение 2010-2011 годов) страховые взносы, в размере 34% от фонда оплаты труда.
   2010 год — дорабатываемый проект обновления пенсионной системы можно разделить на два варианта — Минфина и Минздравсоц-развития, которые сливаются в один. Минздрав-соцразвития предлагает заменить 26% ЕСН на набор страховых взносов, уплачиваемых работодателем и работником в ПФР, системы социального и медицинского страхования. Взнос предлагается установить в размере 20% от зарплаты. Минфин для софинансирования ПФР предлагает использовать не бюджет, а фонд национального благосостояния (ФНБ). Минфин считает, что молодые люди (лица после 1967 года рождения) в со-стоянии заработать себе на пенсию сами. Цель: государство предлагает гражданам самостоятельно копить на пенсию и выводит их из системы государственного пенсионного обеспечения, оставляя ее для бедных.
   Источник: ПФР, «Википедия», Росстат.

   

   РЕФОРМА ЗДРАВООХРАНЕНИЯ: В РЕЖИМЕ ОЖИДАНИЯ
   1990 год — введение закона об ОМС.
   1995-1996 годы — введено массовое обязательное страхование для всех без исключения граждан.
   1998 год — начался эксперимент с введением частного медицинского страхования.
   2002 год — начало введения корпоративного частного медстрахования через работодателей.
   2005-2006 годы — попытка соединить обязательное и добровольное медстрахование в обновляемом проекте реформы здравоохранения.
   2007 год — разработан новый проект закона об ОМС, отправленный Госдумой на доработку.
   2010 год — доработанный проект закона об ОМС поступил в Думу. Его принятие ожидается до конца 2010 года. С 2011 года правительством РФ обещан старт новой реформы здравоохранения, которая обещает в себе сочетать смешанную — государственную, коммерческую и частно-государственную — систему оказания медицинских услуг, ориентированную на разные уровни дохода.
   Источник: Минздравсоцразвития, данные «Профиля».
Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK