Наверх
19 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2003 года: "Десять лет без права переписки"

Итак, Россия прожила десять лет по новой Конституции. Время достаточное для подведения первых итогов. И они пока невеселые.Конституция, по которой новая Россия пыталась жить до 12 декабря 1993 года, усилиями Съезда народных депутатов РСФСР была превращена даже не в пустую бумажку (ее бумажного варианта не существовало, поскольку все новые поправки депутаты вносили в сей документ в огромных количествах почти непрерывно), а просто в ничто. Нынешняя Конституция незыблема как скала, за десятилетие в ней не изменилось ни единой запятой. Однако нынешние строители властной вертикали оказались гораздо умнее депутатов начала 90-х. Сталинская конституция 1936 года была, как известно, одной из самых демократических в мире, только не имела ни малейшего отношения к реальной жизни. Нынешняя ситуация все более точно копирует те славные годы.

Конституцию РФ принято называть суперпрезидентской. Безусловно, она дает большие полномочия исполнительной власти. С другой стороны, французский президент, например, имеет право распустить парламент в любой момент без объяснения причин, а у российского президента в этом смысле есть очень серьезные ограничения. Факт в том, что нынешняя российская Конституция впервые в истории страны создала предпосылки для реального разделения властей и реальной политической конкуренции. В 90-е годы российский народ на самом деле избирал себе исполнительную и законодательную власть, причем из достаточно большого числа кандидатов и партий. Законодательная власть в обоих своих проявлениях (Госдума и Совет Федерации) служила противовесом президенту и правительству. Высшая судебная власть имела очень высокую степень самостоятельности, причем все знали, что если Конституционный суд примет какое-то решение, то его придется выполнять. Была в России и свобода слова, то есть население имело возможность узнать разные точки зрения на любую проблему. Причем все эти вещи — разделение властей, выборы, свобода слова — еще в 1985 году были абсолютно немыслимы, а к 2000 году стали чем-то само собой разумеющимся.

Конечно, все это было, мягко говоря, не без недостатков. Исполнительная власть имела разные «особые» способы влияния на законодательную и судебную. На выборах почти сразу проявилось такое понятие, как «административный ресурс», а потом добавились избирательные технологии. Свобода слова воплощалась в информационные войны. На судебную власть оказывали влияние не только буква закона, но и зеленые бумажки. Кроме того, по мере удаления от Бульварного кольца снижался и уровень демократии (как сказал один политик, у нас была «демократическая федерация авторитарных субъектов»), причем даже в самой Москве система городской власти сложилась чисто феодальная. Тем не менее никакая власть и никакой ресурс абсолютными не были, против них почти всегда находились другая власть и другой ресурс. Благодаря новой Конституции была подорвана традиционная для России властная монополия, неизбежно ведущая страну к загниванию и краху.

Сейчас у нас «авторитарная федерация авторитарных субъектов». Перерождение произошло очень быстро. Сначала возникли федеральные округа, чрезвычайно затратные, абсолютно бесполезные и совершенно неконституционные. Затем был фактически ликвидирован Совет Федерации, а Госдума стала «юридическим отделом администрации президента». Потом тихо задохнулась свобода слова (на страницах отдельных газет и журналов, в основном тех, которые принято называть центральными, она еще есть, но реального влияния эти издания не имеют). Почти полностью изжита возможность реального выбора в ходе выборов любого уровня. В Конституции не изменилось ни одной буквы, но значит она теперь ненамного больше, чем сталинская.

Не хватило демократов

Фирменным стилем нынешней власти (теперь власть у нас снова одна — исполнительная, как было всегда до 1991 года) стало подчеркнутое, вызывающее презрение к законам, в том числе к тем, которые она сама и написала. Дело ЮКОСа и информационный беспредел в ходе только что завершившейся предвыборной кампании — лишь наиболее яркие проявления двойных стандартов и избирательного правосудия, возведенных в принцип. Весьма занятно слушать призывы людей, все еще не до конца осознавших ситуацию, к «открытому и состязательному процессу» над Ходорковским. Ну, будет «открытый и состязательный», ну раздавят адвокаты прокуроров своими аргументами, а дальше что? Приговор уже написан и одобрен Кем Надо. Правовое управление Центризбиркома признало вопиющую тенденциозность государственных телеканалов при освещении ими кампании по выборам в Госдуму, ну и что? Это послужит основанием для отмены результатов выборов или хотя бы кого-то накажут? Вопрос риторический, каналы ведь не сами работали тенденциозно, а по велению Кого Надо, который, кстати, сам в этом беспределе открыто участвовал. Не Его же наказывать!

В такой ситуации случилось немыслимое: на защиту Конституции встали коммунисты, до сих пор ритуально проклинающие Ельцина за расстрел парламента, который нынешний Основной закон и породил. При Ельцине «товарищей» давили очень жестко, но совсем не так, как сейчас. Тогда их били идейно, что естественно в отношении политической партии, при этом не мешали взять ту часть власти, которую КПРФ была способна получить в процессе идейного противостояния и политической конкуренции с Кремлем. У нынешнего Кремля никаких идейных противоречий с компартией нет, просто она мешает сделать власть новой номенклатуры абсолютной и безраздельной. Поэтому борьба с ней пошла в режиме беспредела. Фактически нынешняя власть воспроизвела советскую систему, в которой ты либо начальник, либо бессловесное существо, либо диссидент. Коммунисты неожиданно для себя стали диссидентами в той системе, где они всегда были начальниками. Тут-то они выяснили, что Конституция 1993 года, если ее выполнять, — вещь совсем неплохая. Более того, в устах коммунистов слова «Лубянка» и «37-й год» вдруг зазвучали с тем же смыслом, который в них раньше вкладывали самые ярые антикоммунисты.

Как известно, на одном из предвыборных плакатов «Единой России» в ряду портретов лучших людей страны нашлось место портрету Сталина (рядом с портретами Сахарова и Солженицына). Ленина на этом плакате не было, а Сталин был. Это очень понятно и правильно. Ленин был людоедом идейным. Сталин был людоедом без всяких идей, коммунизм, как и Конституция 36-го года, были для него ритуальными заклинаниями, не более того. Целью его власти была сама власть, и систему власти он отстроил безупречно. Вполне естественно, что новая номенклатура стремится повторить этот опыт в новых условиях и с новыми ритуальными заклинаниями.
Совершенно очевидно, что от замены немногих элементов демократии, которые были в России в 90-е годы, на сегодняшнее узаконенное беззаконие, никому, кроме номенклатуры, лучше не станет ни в каком плане. Почему же так легко провалился в России очередной демократический эксперимент? Тем более противостоять Путину в 2000 году было очень легко, достаточно было Совету Федерации не менять принцип собственного комплектования — и наступление бы закончилось, не начавшись, поскольку не было для него у нынешнего президента ни сил, ни средств. Видимо, все вполне банально. Для построения демократии не хватило демократов, а в такой ситуации какую конституцию ни напиши, получается 36-й, переходящий в 37-й. В элите единственным демократом оказался первый секретарь свердловского обкома КПСС с замашками русского царя. Ельцин искренне хотел построить в России демократию и тащил в нее страну насильно. Силы у него было много, но страна очень уж активно сопротивлялась, потому первый президент и надорвался. Остальные представители власти и прочих элитных групп использовали новые возможности, как правило, для личного обогащения, что вызвало довольно сильное отвращение к понятию «демократия» среди простого народа. То, что демократия получилась несколько недоразвитой и вряд ли могла быть иной в наших условиях, никто объяснить не удосужился. Когда прозвучала привычная команда «к ноге!», исполнять ее бросились даже те, кому это было совершенно невыгодно. Ничего не поделаешь, сложно противостоять собственным рефлексам.

Впрочем, как показали 90-е, демократы в России есть, причем их довольно много. Они скрываются в недрах того самого простого народа (если бы их не было, падение в авторитаризм произошло бы гораздо раньше и в гораздо более жесткой форме). Однако они так и не удосужились даже всерьез осознать свои интересы, тем более — самоорганизоваться. Теперь условия для такой самоорганизации с целью превращения Конституции из пустой бумажки в реально действующий документ многократно усложнились, но это ведь национальная традиция — блестяще преодолевать трудности, которые сами себе создали.

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK