Наверх
12 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2003 года: "Невеселые картинки"

За последние двадцать лет найти в афише кинотеатра российский мультфильм было практически невозможно. В этом году ситуация сдвинулась с мертвой точки.З0 сентября в Киев на юбилейный, десятый русско-украинский фестиваль «Крок» (который входит в пятерку крупнейших анимационных фестивалей мира наряду с фестивалями в Анси, Загребе, Хиросиме и Штутгарте) съехались ведущие аниматоры мира. Круиз на пароходе «Генерал Ватутин» по Черному морю, сопровождаемый непрерывным просмотром мультфильмов, считается среди аниматоров чем-то вроде рая на Земле. «Божественности» добавляет и тот факт, что, в отличие от западных коммерческих фестивалей, «Крок» (с бюджетом в $300 тыс., треть которых идет на аренду корабля, а остальное — на организационные расходы) принимает всех участников бесплатно. Например, в прошлом году в Анси (Франция) из 4 тыс. аниматоров только 50 человек прибыли на мероприятия за счет фестиваля.
По словам генерального директора фестиваля «Крок» Ирины Капличной, сюда стремятся попасть еще и потому, что ни один фестиваль не длится так долго — 10 дней; это дает возможность в полном объеме ознакомиться со всем спектром современной мировой анимации. «В результате жесткой конкурентной борьбы из 500 заявок были отобраны 150 мультфильмов из 35 стран мира». Россию представляли Валентин Ольшванг («Про раков»), Константин Бронзит («Бог»), Иван Максимов («Медленное бистро») и Наталья Дабижа («О рыбаке и рыбке»).
По оценкам критиков, работы российских участников хотя и смотрелись убедительно, западным все же уступали. Полнометражные французская и корейская ленты («Свидание Бельвиля» и «My Favorite Girl Mary») вышли в лидеры, опередив самый раскрученный российский проект — «Карлик Нос» Ильи Максимова. По мнению самих аниматоров, «Карлик Нос» интересен с точки зрения бизнеса: впервые российский мультфильм стал успешным коммерческим проектом, причем с минимальным по анимационным меркам бюджетом в $1,5 млн. По итогам проката этого года в странах СНГ «Карлик Нос» собрал $570 тыс. Тогда как «звездные» проекты — скажем, картина Александра Петрова «Старик и море», получившая «Оскара», или «Гагарин» Алексея Харитиди, награжденный «Пальмовой ветвью» в Каннах — в прокате так и не появились и широкому зрителю совсем незнакомы: элитарные мульфильмы «не для всех» у прокатчиков спросом не пользуются.
Пока большие бюжеты и большие доходы нашим аниматорам только снятся. Например, мировой прокат диснеевского мультфильма «Король Лев» (с бюджетом $50 млн.) принес $767 млн., а мерчендайзинг (продажа сувениров с изображением героев мультфильма) и лицензирование — еще $2 млрд. Такие хиты, как «Корпорация монстров» и «Шрек», только в России собрали по $1 млн. каждый. Александр Герасимов, директор Открытого российского анимационного фестиваля, признает, что «полнометражные проекты требуют больших финансовых вложений: минимальная стоимость мультминуты во всем мире — $8,5 тыс., максимальная — свыше $500 тыс. Найти в России инвестора, согласного вложить в создание мультфильма несколько миллионов (на Западе минимальным считается бюджет в $5 млн. — «Профиль»), которые вернутся не раньше, чем через 2,5—3 года, практически нереально. Поэтому в России аниматоры надеются только на государство».
По данным Министерства кинематографии, на производство мультфильмов в 2001 году было выделено $1,5 млн., в 2002 году — $3 млн., и в производстве сейчас находится более 60 проектов. Как считает заместитель министра культуры Александр Голутва, «впервые после долгого перерыва в России стали выпускать полнометражные анимационные фильмы, и это главная тенденция в современной отчественной анимации.»
Сейчас в производстве находятся мульфильмы «Морской дьявол» (по роману А. Беляева «Человек-амфибия» с бюджетом более $1 млн.), «Князь Владимир» ($3 млн.), телесериалы «Смешарики» (совместно «Мастер-Фильм» и «Смешарики») и «Гора самоцветов» (студия «Пилот»). В скором времени ожидается выход на большие экраны картины «Щелкунчик и Мышиный Король» (студия «Аргус»). Правда, продюсеры «Щелкунчика» (бюджет $2млн.) все еще сомневаются в возможностях российского кинопроката и готовятся устроить рождественский сюрприз — но не нашим детям, а иностранным. Премьера пройдет в Европе.
Александр Татарский, директор студии «Пилот»: «Отечественная мультипликация «профукала» феноменальный мировой спрос на полнометражные фильмы».

«Профиль»: Какие изменения произошли в анимации в последнее время?
Александр Татарский: Начиная с 80-х и до конца 90-х годов мировая анимация переживала невиданный подъем, темпы роста были несравнимы ни с какими другими отраслями экономики. Например, в середине 80-х годов мировое производство анимационных лент удваивалось ежегодно в течение нескольких лет.
Отечественная мультипликация «профукала» этот феноменальный мировой спрос на полнометражные фильмы: из-за безденежья и нереализованных амбиций режиссеров у нас стали делать короткометражные фильмы для взрослых, преимущественно под фестивали. А спрос-то был на детские и полнометражные картины! И лишь когда на Западе после 2000 года в анимации случился кризис, наши аниматоры стали пытаться делать полнометражки.
«П.»: А почему случился кризис?
А.Т.: Наступило банальное перепроизводство. На телевидении накопились библиотеки мультфильмов, и программные сетки расписаны на годы вперед, кинотеатры тоже знают, что они покажут и через год, и через три, мультфильмы уровня «Шрека» в прямом смысле слова стоят в очереди, чтобы выйти на экран. Последней каплей стало появление моды на 3D (трехмерное кино). Сейчас в Америке больше не хотят вкладывать деньги в двухмерное кино, а студия «Дисней» вообще закрыла отдел «двухмерки».
«П.»: С чем связан нынешний подъем анимации в России ?
А.Т.: Думаю, лишь с тем, что государство — в лице службы кинематографии — регулярно и в достаточно полном объеме финансирует производство. Причем, как правило, не интересуясь результатом — коммерческим или фестивальным успехом фильма. Тем самым государство выращивает абсолютно нежизнеспособные студии и организации. Это не значит, что дотировать не нужно — нужно обязательно (этот опыт есть в Англии, Канаде, Австралии и Новой Зеландии). Правда, там, в отличие от нас, студии-производители отчитываются по факту. А у нас никто даже не знает, чем закончился проект.
«П.»: Трехмерная анимация — это и наше будущее?
А.Т.: Вовсе нет, на мой взгляд, «трехмерка» слишком технологична: это как механическая кисточка в руках Рафаэля. Если мультфильм талантлив и интересен, то неважно, трехмерный он, кукольный, графический или вылеплен из пластилина.
«П.»: Есть ли удачные российские проекты?
А.Т.: «Карлик Нос», безусловно, удачный проект: если он выйдет в ноль (т.е. вернет вложенные в него деньги), это будет большой победой (раньше российским мультикам не удавалось вернуть и 10% инвестиций.). Впрочем, стопроцентной удачей назвать этот проект я тоже не могу. «Карлик Нос» не удивит мировое сообщество, фильм сделан на среднем западном уровне, целиком и полностью на «их» языке. А там интересно не то, как хорошо или плохо мы умеем копировать образцы, а то, что умеем делать только мы. Грубо говоря, американцы и европейцы купят скорее народный русский сарафан, чем джинсы Levis, сшитые (пусть и очень качественно) в Одессе.

ПЕТР КУЗНЕЦОВ

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK