Наверх
22 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 1999 года: "Регулирование без правил"

А как регулирование российских монополий и предприятий ТЭКа может осуществляться с точки зрения экономической целесообразности?Виктор Калюжный, министр топлива и энергетики: «Слова о едином министерстве и попытках министра коммерциализовать весь ТЭК и создать «бизнес-министерство» вырваны из контекста. Речь шла о придании Минтопэнерго функций единого управляющего и координирующего органа с учетом интересов всех секторов ТЭКа. Это ни в коей мере не подразумевает ликвидацию «Газпрома» и РАО «ЕЭС России» как акционерных обществ.
Бывшие руководители Минтопэнерго плохо координировали действия компаний, боялись этого. А порядок наводить нужно. Прежде всего речь идет об эффективном управлении акциями государства в предприятиях ТЭКа и о том, что необходимо согласовывать тарифную политику, работу с территориями со всеми отраслями ТЭКа. Сами компании не могут и не должны этим заниматься. Это дело государства.
Государство сейчас контролирует менее 12% ТЭКа. Этого явно недостаточно для поддержания на нужном уровне безопасности страны, для обеспечения нужд армии, сельского хозяйства и т.п. Конечно, не стоит, видимо, говорить о необходимости госмонополии на продукцию ТЭКа, но увеличение роли и влияния государства в этой области, создание эффективной государственной нефтяной компании совершенно необходимо.
Действия Минтопэнерго и заявления министра не вызвали никакой негативной реакции ни со стороны нефтяников, ни со стороны руководителей «Газпрома» и РАО ЕЭС. К сожалению, в ряде СМИ развернута кампания, направленная на дискредитацию нового руководства министерства. Допускаются откровенные подтасовка фактов и дезинформация. Надеюсь, что в дальнейшем заявления министра и руководства ТЭК будут интерпретироваться объективно».
Сергей Васильев, президент инвестиционной компании «Русские фонды»: «Практика показывает, что вмешательство государства всегда ухудшает ситуацию в компании. Везде в мире, а в России тем более, госкомпании неизменно отличаются менее профессиональным менеджментом, меньшей эффективностью работы. Национализируют обычно лишь убыточные компании. Так, в Европе железнодорожный транспорт находится в руках государства именно потому, что он убыточен по определению. А прибыльные, высокоэффективные компании, какими являются большинство предприятий ТЭКа, должны быть в частных руках.
Простой пример: «Газпром», в котором доля государства очень значительна, намного свободнее в своих действиях, чем РАО ЕЭС, которое в гораздо большей степени контролируется государством. И в итоге долги «Газпрома» считаются очень «хорошими», банки борются за то, чтобы его прокредитовать. А долги РАО ЕЭС, наоборот, считаются «плохими».
Другой пример — государственная «Роснефть» и частный «ЛУКойл». Ни по качеству управления, ни по эффективности «Роснефть» не идет ни в какое сравнение с «ЛУКойлом».
Государственная помощь и поддержка необходимы лишь в целевых программах. Например, в вопросах северного завоза, где рыночная инфраструктура не развита и надеяться на рынок не стоит.
У государства и так достаточно регулирующих функций, пакетов акций, госкомпаний. Нужно, чтобы оно научилось эти функции грамотно использовать, эффективно управлять своей собственностью. И следить за тем, чтобы государственные деньги тратились на нужные цели, а не просто разворовывались.
И нужно понять: либо мы идем к полной централизации, как при социализме, либо действительно к цивилизованному свободному рынку».
Кирилл Янков, заместитель председателя Федеральной энергетической комиссии: «Там, где есть государство, всегда присутствует государственное регулирование, какой бы свободной ни казалась экономическая система страны. Но регулирование может быть разным. Если в той или иной области ТЭКа есть конкуренция, работает много компаний, регулирование должно быть «мягким». Оно направлено, например, на координацию действий компаний, на то, чтобы не допускать их сговора по завышению тарифов.
В случае с естественными монополиями регулирование должно быть жестким: прямое установление тарифов. ограничение рентабельности, согласование инвестиционных программ и т.п. При этом форма собственности естественного монополиста не имеет значения.
Монополия государства в ТЭКе в целом возможна, если будет новый 1917 год и все хозяйство снова будет национализировано. Думаю, в такой ситуации вопросов об эффективности уже не возникнет. Пока же госмонополия существует в нескольких узких областях ТЭКа, например в ядерной энергетике, потому что это обусловлено интересами безопасности государства. Государство обладает также монополией на транспортировку нефти, потому что «так сложилось».
Что касается всех остальных отраслей ТЭКа, то не думаю, что здесь необходимо существенное изменение роли государства. Нужно лишь понимать, что госрегулирование должно обеспечивать соблюдение интересов всего общества и совершенно не важно, какова форма собственности компании, к которой это регулирование применяется. Представление, будто частный владелец может делать с объектом собственности все, что ему заблагорассудится, давно пора списать в архив».
Михаил Гуцериев, заместитель председателя Государственной думы: «Наше государство сейчас находится в тяжелейшем положении. При этом очень большая часть ресурсов страны находится под контролем частных компаний и совершенно не понятно, как они этот контроль получили. Мне хочется спросить, где и у кого те 62% акций «Газпрома», которые не принадлежат государству? Разве кто-нибудь знает, кому они были проданы и куда пошли вырученные от этой продажи деньги?
В нефтяной отрасли и того хуже. И речь не о том, чтобы у всех все снова забрать и национализировать. Речь о том, чтобы навести элементарный порядок.
Например, государство владеет компанией «Транснефть», а снять управляющего почему-то не может.
Возможно, не нужна госмонополия на недра. Но государство должно использовать те функции, которые у него есть. И именно государство должно координировать экономические процессы и регулировать действия нефтяных компаний, «Газпрома», РАО «ЕЭС России» и т.п. Возможно, для этого ему нужны будут дополнительные функции. И если они нужны, пусть государство их получит».
Леонид Федун, вице-президент НК «ЛУКойл»: «Любая экономика требует государственного регулирования. Оно тем более необходимо в нефтяном секторе, который дает львиную долю доходов российского бюджета и от которых, по большому счету, зависит сейчас финансовое благополучие российского государства.

Однако нужно четко понимать, какое государственное регулирование необходимо. Сегодня у государства есть 100-процентная возможность регулировать отношения и взаимодействие нефтяных компаний: государству принадлежит 98% всех мощностей по транспортировке нефти, так как оно контролирует и «Транснефть», и «Транснефтепродукт». Потому что у нефтяных компаний есть только возможность добывать нефть. Возможность же ее транспортировки, а стало быть, и реализации целиком зависит от государства. Причем относится это абсолютно ко всем нефтяным компаниям. Так что можно говорить о том, что государство, пока оно владеет «Транснефтью», имеет все необходимые рычаги для давления на нефтяные компании. Ведь стоит государству перекрыть «трубу», и любая компания разорится в течение одной недели. И никакие дополнительные полномочия, я думаю, государству здесь не нужны.
Другое дело — регулирование розничных цен на нефтепродукты. Нефтяные компании на сегодняшний день контролируют лишь около 30% розничного рынка нефтепродуктов. Остальные 70% находятся в руках частных предпринимателей. Причем большинство из них очень мелкие, владеющие 1—2 заправочными станциями. Подобные «фирмочки», понятно, торгуют с колес, а потому не в состоянии быстро реагировать на любой мало-мальский всплеск спроса.
Что должно сделать государство? Необходимо прежде всего ввести лицензирование АЗС и обязать любую функционирующую заправочную станцию иметь хотя бы недельный запас топлива. Это поможет не допускать впредь закрытия АЗС из-за нехватки топлива и позволит не доводить дело до обвального повышения цен на нефтепродукты. Такой контроль, кстати, даст и «живые» деньги в бюджет.
Что касается возможности наличия госмонополии в ТЭКе, такая возможность есть лишь в том случае, если государство является монопрофильным производителем нефти. В таких странах, как Кувейт, Саудовская Аравия, Ирак, Венесуэла, где основные доходы формируются за счет нефти, существуют компании-монополисты. Но одновременно существуют мощные государственно-олигархические кланы, которые разворовывают огромные средства. Поэтому надо четко понимать, что монополия в условиях России означает возможность бесконтрольного разворовывания чиновниками государственных ресурсов».

ВЛАДИМИР ЗМЕЮЩЕНКО, ДЕНИС СОЛОВЬЕВ

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK