18 декабря 2018
USD EUR
Погода
Москва

Докопаться до истины

В России вступил в силу закон, фактически запрещающий любительскую археологию. Его главный объект — так называемые черные копатели, но в реальности может пострадать любой гражданин, вскапывающий свой огород

Лето приближается, а это значит, что наступает время отпусков. Но не только. В теплое время года на раскопки отправляются многочисленные археологические экспедиции.

В прежние годы выходили «в поля» и археологи-любители, но теперь их деятельности положен конец. В конце лета 2013 года президент подписал закон «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части пресечения незаконной деятельности в области археологии».

Согласно этому документу, «культурным слоем» является вся земля Российской Федерации, а «черным копателем» может быть объявлен каждый, кто умышленно или нет нарушает этот культурный слой. Закон был разработан в Институте археологии РАН, одобрен Министерством культуры РФ, Госдумой и президентом. В 2014 году он вступил в силу.

С момента принятия закона любое вмешательство в «культурный слой» с целью поиска вещей, пролежавших в земле более 50 лет, особенно с применением металлоискателей, должно сопровождаться получением «открытого листа», то есть разрешения от  Росохранкультуры. Для того, чтобы получить такой лист, необходимо иметь соответствующее образование, быть сотрудником археологической организации. То есть большей части любителей истории и владельцев металлоискателей «доступ к земле» закрыт.

На стороне авторов закона, профессиональных археологов, цифры и факты, которые способны повергнуть в ужас мирного обывателя. Так, по словам директора Института археологии РАН, доктора исторических наук, академика Николая Макарова, в настоящее время археологи располагают сведениями о нелегальных раскопках на территории исторических памятников по всей Российской Федерации — от Калининградской области до Приморского края.

«Я не буду сейчас говорить обо всех грабительских набегах на археологические памятники, которые произошли за последние десять лет, остановлюсь лишь на тех, которым «черные копатели» нанесли непоправимый урон, — говорит Николай Андреевич. — Объектом систематического грабежа стали такие древнерусские памятники, как Старая Рязань, Гнёздово, Белоозеро. На городище Старая Рязань идет охота за кладами украшений и отдельными средневековыми вещами, оставшимися на пепелище сожженного города после взятия его Батыем в 1237 году. Так, нам известно, что в руках грабителей оказалось по меньшей мере два клада, при извлечении которых разрушен культурный слой почти на всем участке городища».

На Белоозере «старатели» извлекли из земли большую часть свинцовых печатей XI—XIII веков, которыми скрепляли официальные документы княжеской и церковной администрации. С утратой этих материальных свидетельств ученые лишаются возможности восстановить политическую историю северной периферии Древней Руси. Катастрофическая ситуация сложилась на знаменитом Гнёздове под Смоленском.

Гнёздовский комплекс — это остатки торгово-ремесленных поселений с культурным слоем конца IX — X века и более четырех тысяч курганов. Когда-то это был самый крупный курганный могильник Восточной Европы. Находки из Гнёздова украшают экспозицию Государственного исторического музея. Благодаря им была воссоздана культура древнерусской элиты эпохи Игоря, Святослава и Владимира. Однако сегодня большая часть вещей из памятника оказалась не в музеях, а в частных коллекциях и на прилавках антикварных магазинов: скандинавские украшения и оружие пользуются большим спросом на рынке древностей.

По оценкам исследователей, количество средневековых вещей из Гнёздова, выброшенных на рынок за последние годы, сопоставимо с музейной коллекцией, собранной за 130 лет научных раскопок. Большой размах получили незаконные раскопки на Юге России, на памятниках античной и скифской культур. Ажиотаж подогревают как общеизвестный интерес коллекционеров к античным древностям, так и возможное присутствие здесь золотых вещей, редких в среднерусских областях.

Не менее категоричен и другой именитый археолог — профессор Евгений Яровой, который в своей статье «О «черной» археологии прошлого и настоящего» утверждает, что ежегодно в России уничтожается более тысячи памятников древности, и если несанкционированные раскопки не будут остановлены, то в ближайшие десять лет от древнерусской истории камня на камне не останется, а Европейская Россия лишится основной части своего археологического достояния.

Сторонником закона является и знаменитый российский ученый, доктор исторических наук, профессор Лев Клейн. «Люди, которые называют себя безобидными краеведами, любителями своей страны, в большинстве своем нагло врут, они увлечены жаждой наживы и более ничем, — уверен он. — Я абсолютно согласен с принятием нового закона, который, возможно, сможет хотя бы частично остановить тот беспредел, который происходит сегодня в России с большинством археологических памятников. Сейчас трудно предсказать, какие новые виды информации мы сможем извлекать из археологических объектов всего через несколько десятилетий. Важно не упустить объекты культурного наследия, не дать им уйти в руки вандалов и барыг».

Казалось бы, против таких аргументов трудно что-то возразить. Однако, как это часто бывает, в реальной жизни все может оказаться сложнее. «Закон абсолютно непрофессионален ни по форме, ни по сути, — уверен археолог, доктор исторических наук Андрей Станюкович. — Начнем с «культурного слоя» — основного понятия, которое присутствует в любом учебнике по археологии.

К примеру, вот цитата из учебника 80-х годов «Полевая археология СССР» Авдусина: «Культурный слой есть исторически сложившаяся система напластований, состоящая в основном из органических остатков, образовавшихся в результате деятельности человека». Не поспоришь. Блестящее определение. Что же написано в новом законе? «Под культурным слоем понимается слой в земле и под водой, содержащий следы существования человека, время возникновения которых превышает сто лет, включая и археологические предметы».

То есть вместо классического «система напластований» нам говорят просто «слой в земле». В таком случае получается, что вся территория Российской Федерации автоматически считается «культурным слоем», потому что следы человека столетней давности есть всюду». К чему может привести столь широкое толкование понятия «культурный слой»? «Приведу пример. Тракторист дядя Вася пашет поле. Тем, что он его пашет, он уже, согласно новому закону, нарушает культурный слой, — утверждает Станюкович. — Все, теперь его можно сажать на шесть лет или штрафовать на миллион рублей. Ведь дядя Вася покусился на культурный слой и может быть объявлен «черным археологом». Думаете, я утрирую? Ничуть. Благодаря новому закону пострадают в большинстве своем именно такие вот «дяди Васи» и люди, по-настоящему увлеченные историей. Те же, кто вскапывает курганы бульдозером, продолжат это делать с прежним размахом».

Это серьезный вопрос: что делать частным лицам, ведущим на земле какую-то хозяйственную деятельность?  Согласно закону, теперь теперь любой из них также может стать нарушителем и понести строгое наказание. К примеру, если во время земельных работ он найдет какой-либо исторический предмет столетней давности и не отдаст его государству безвозмездно, то есть даром. Причем механизм передачи таких предметов государству в законе не прописан, как и куда отдавать исторические находки, не знает в России никто, включая чиновников. Что же теперь, получать от Минкульта специальное разрешение на вскапывание огорода?

Не все так однозначно и с теми, кого разгневанные ученые скопом записывают в «черные копатели». На сегодняшний день в России продано около двух миллионов металлоискателей. Любительская археология, или кладоискательство, стала в России одним из популярных видов отдыха. «История меня увлекала с детства, — рассказывает Игорь Цыпурский, заведующий отделением травматологии городской клинической больницы №59, археолог-любитель. — Однажды коллега рассказал мне о том, что уже давно занимается поиском с металлоискателем. Он позвал меня с собой, и я «заболел» этим».

Первой находкой Цыпурского стал славянский ножик, который называется «горбушка». «Этих ножей в земле находится огромное количество, кто-то их просто не берет и прикапывает обратно, а я раздариваю мальчишкам во дворе, — говорит Игорь. — Попутно, кстати, рассказываю им какие-то исторические факты, вижу, как у них загораются глаза. Некоторые всерьез этим увлекаются, читают книжки, задают вопросы. Потому что это и есть наша история, которую можно увидеть и даже потрогать». 

По словам археолога-любителя, в основном он находит крестики, монеты, наконечники стрел, иконки, обереги, амулеты. «Поймите правильно: мы абсолютно законопослушные граждане, увлеченные историей своей страны, — объясняет он. —  Мы ходим по тем местам, которые никогда не были интересны археологам. Основная часть наших находок — это вещи, которые оцениваются на черном рынке в размере от тридцати до тысячи рублей. Наши расходы на поездку во много раз превышают доходы, которые мы могли бы получить, если бы решили продавать то, что находим. Но мы не продаем, это неинтересно».

Цыпурский говорит, что все найденные предметы он показывает археологам, которые не боятся с ним сотрудничать. Они фотографируют их, описывают, составляют каталог. Если ученых заинтересует какой-то предмет, то археолог-любитель его отдает. «Я, к примеру, нашел античный перстень, — продолжает он. — Если бы мне предложили отдать его в музей, то я бы сделал это не задумываясь. Но я хочу быть уверен, что перстень будет находиться именно в этом музее, а не где-то там, куда сваливают вещи, привезенные с археологических раскопок».

Вот и еще один вопрос: что делать тысячам людей, чье хобби вдруг стало незаконной деятельностью? Допустим, если бы речь шла только о хобби, о развлечении, то можно было бы отказаться от него ради науки. Но ведь есть такое явление, как поисковые отряды, — это группы энтузиастов, которые занимаются поиском и перезахоронением останков погибших воинов. Это не развлечение, а общественно полезное дело, имеющее большой нравственный смысл. Но ни найти, ни перезахоронить павших нельзя, не нарушив «культурного слоя».

Теперь доступ к земле имеют только руководители и члены официального отряда, который занимается поиском останков бойцов, погибших во время Великой Отечественной войны, причем при условии, что они получили все тот же «открытый лист» от Росохранкультуры.

По словам противников закона, никто из чиновников не прислушался к протестам археологов-любителей, которые писали письма руководству Института археологии, обращались в прессу и даже проводили митинги, пытаясь доказать абсурдность принимаемого закона, его коррупционную составляющую и вред, который он может принести в дальнейшем. Любителям воскресных прогулок с металлоискателем, тем, кого английский министр культуры Дэвид Лэмми назвал «невоспетыми героями национального наследия», в нашей стране объявлена война. Результатом могут стать не только крупные штрафы, но и уголовные дела.

Андрей Станюкович, который активно сотрудничает с теми, кого теперь надо величать не иначе как «черными копателями», уверен, что запреты еще никогда не были решением проблемы. По его словам, благодаря сотрудничеству с любителями археологии удалось издать девять книг с иллюстрациями, с подробными исследованиями районов и областей России. Станюкович считает, что теперь, после принятия закона, наиболее ценные находки любителей никто никогда не увидит. Они окажутся в частных коллекциях и будут потеряны для науки. А люди не перестанут копать и заниматься любимым хобби. Просто все они уйдут в подполье.

По мнению археолога, основная проблема сохранения исторического наследия — вовсе не самостийные раскопки археологов-любителей. «Урон, который наносят «черные копатели» нельзя сравнить с тем уроном, который наносит нашей культуре современное строительство, — заявляет он. — К примеру, я живу в Звенигороде. Все, что касается археологии в этом городе,  я знаю от и до. И что я могу сказать копателю-любителю, который сидит в своей крошечной ямке с маленькой лопаточкой и металлодетектором, когда на половине средневекового селища уже стоят коттеджи, построенные безо всякого археологического обследования? Сегодня еще было древнее селище, а завтра на его месте уже строительные котлованы. Верхний слой куда-то вывезли, все разрушили. Все это происходит у меня на глазах, но об этом кто-нибудь говорит? Да несчастный копатель, на которого все ополчились,  может быть, хоть что-то спасет с этого селища, если успеет».

В заключение можно привести пример консервативной Англии, где вопрос с «черными копателями» решили самым простым способом — все разрешив. Сегодня любой англичанин с металлоискателем может поискать счастья на английской земле, договорившись предварительно с ее собственником. Все места своих находок он фиксирует с помощью GPS, а затем предоставляет их в отдел администрации того или иного города. Если государство заинтересовано в приобретении какой-либо из находок, оно имеет приоритетное право на ее приобретение. С остальными кладоискатель волен делать все, что заблагорассудится. Программа была принята в 2006 году. Благодаря ей уже в 2007 году было выявлено и зарегистрировано 58 290 археологических находок, что на 45% выше по сравнению с предыдущим годом. А число найденных в земле предметов из золота и серебра увеличилось почти на 13%.

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK