Наверх
19 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2003 года: "Мыло в крови"

 Журналистам картину показали заранее — видимо, для того, чтобы к премьере, то есть к тому времени, когда надо будет писать рецензии, они успели оправиться от шока.

После провала в 1997 фильма "Джеки Браун" Тарантино пропал. То есть затаился. Говорят, он заперся у себя дома и покидал его только для того, чтобы восполнить запас марихуаны, выращенной методом гидропоники (другой, по слухам, он не употребляет), и кассет с "плохими фильмами" — такими, что сняты за три копейки прямо на видео по заказу второстепенных ТВ-каналов. Эти пленки и это растение, похоже, и вдохновили его убить Билла.

Хорошо забытое О том, что картина снята под влиянием этих самых "плохих фильмов", можно говорить и без сослагательного наклонения. Официальный источник "Убить Билла" — ленты о восточных единоборствах, а совсем конкретно — популярный в Америке в 70-е сериал "Kung Fu".

Звезда этого мужского мыла Дэвид Кэррадин и играет у Тарантино того самого Билла. И его постаревшая физиономия без всяких обиняков отсылает к корням. Правда, в "Убить Билла. Том I" вы этой физиономии не увидите — только не предвещающие ничего хорошего башмаки и предвещающие все самое нехорошее руки. Зато, говорят, во второй части восставший из праха король кун-фу развернется во всей красе. Поделить творение самого модного режиссера десятилетия на две части — решение не творческое, а коммерческое. Вернее, продюсерское. После того как сперва бюджет долго откладываемого из-за беременности Умы Турман проекта распух до $55 млн. (супротив изначальных $39 млн.), а потом некоторые язвительные критики, отсмотрев режиссерский монтаж, характеризовали его как "заснятую на пленку кровавую баню, которую нельзя показывать в приличных кинотеатрах", руководство киностудии "Мирамакс" приняло нелогичное на первый взгляд решение — выпустить фильм двумя частями. "Том I" вышел в американский прокат в октябре, а премьера "Тома II" намечена на февраль. Такое насилие над материалом, как ни странно, не только не оказалось для него губительным, но и выявило его подлинную сущность.

Как в кино В конце первого тома зритель узнает, что некий весьма важный персонаж, приходящийся родственником главной героине, не мертв, как все привыкли считать, а вовсе даже жив. Именно так и должна заканчиваться очередная серия классической мыльной оперы. Коей "Убить Билла" в конечном счете и является. Только вместо покинутой всеми бедняжки, сквозь многосерийные мытарства идущей к жениху-красавцу и потерянным в младенческом возрасте родителям, здесь правит бал покинутая всеми Ума Турман, сквозь две серии идущая, едущая и летящая к Биллу. Для того чтобы прикончить его длинным и блестящим самурайским мечом. А место разговоров о любви и дружбе, подчас затягивающихся в сериалах на целые серии, здесь занимают драки с оружием и без. Можно сколько угодно говорить о том, что в фильме о восточных единоборствах так и должно быть, а оскароносный "Крадущийся тигр, притаившийся дракон" Энга Ли практически только из таких сцен и состоит, но, думается, мало от кого может укрыться тот факт, что фильму про Билла не хватает ни подлинной брутальности старых фильмов о боевых искусствах, ни утонченного эстетизма недавних кинематографических вариаций на эту тему. "Убить Билла" — фильм абсолютно сентиментальный. Про белокурую девочку, ищущую справедливости. Про девочку, которая не имеет возможности выговориться, а вместо этого должна kill, kill, kill. Убивать, то есть.

Le Big Mac Кстати, о невозможности выговориться и вообще о диалогах. Их в этом фильме очень не хватает. Ведь что такое для нас Тарантино? Это "оральное наслаждение", "человек, который решает вопросы" и непереводимые, но отлично всеми усвоенные Le Big Mac и Zed is dead. Разодранное на тысячу анекдотов и словечек "Бульварное чтиво" продолжает пеплом Клааса биться в наши сердца, даже когда десятки "правильных" героев, сыгранных с тех пор Джоном Траволтой с Самюэлем Джексоном, заставили слегка потускнеть Винсента Вегу с Юлиусом Винфилдом. В "Убить Билла" вместо словесного пиршества нам предлагается пир для глаз — изящные па Умы Турман. Посмотреть тут действительно есть на что: ноги у Турман красивые — очень длинные. И размер обуви немаленький. И глядя на ее босые стопы, крупно выхваченные в одном из начальных кадров фильма, непременно вспоминаешь массаж, который так и не сделал Винсент Вега миссис Мии Воллас. Смысл Тарантино, конечно, не только в великолепных диалогах прежних времен. Куда важнее то, что он, подобно Харви Кейтелю — человеку, "который решает вопросы", оказался человеком, который просек фишку. То бишь таким, который нашел идеальный микс интеллектуального и массового в кино. "Бульварное чтиво" — фильм, идеально соответствующий рецепту: "Чтобы умному было занятно, а глупому не было скучно". Тарантиновскую пропись оказалось возможно воспроизвести (что с переменным успехом делалось за последние десятилетия множество раз), но эффект "Чтива" переплюнуть не удалось. Никому. Даже самому Тарантино.

Не взаправду В принципе, "Убить Билла" — это бойня по-восточному, снятая Хельмутом Ньютоном для журнала "Вог". Посвященный, наблюдая все это, погружается в мысли о повсеместном огламуривании действительности и взаимодействии эроса и танатоса, из которых первый — обнаженное тело — досконально освоен победившим все и вся глянцем, а второй — кровь и трупные пятна — нет. Менее посвященный — просто наблюдает за брутальными танцами и гадает, в каком конкретно порядке кровавая невеста Ума Турман будет мочить своих врагов (кстати, в основном тоже женщин). Посвященному вот прямо чуть-чуть не хватает пищи для ума, чтобы по-настоящему задуматься. Менее посвященному вот прямо чуть-чуть не хватает напряженности действия, чтобы по-настоящему заинтересоваться. Правда, у обоих вызовет улыбку лучшая фишка фильма — смешные красные гейзеры, то и дело начинающие бить из мест, где у противников Турман только что была голова, нога или рука. А выйдя из кинотеатра, оба еще долго будут мигать и жмуриться — по окончании просмотра гарантировано легкое головокружение и девочки кровавые в глазах.

Убей меня нежно Квентин Тарантино — отнюдь не первооткрыватель особого обаяния женщины с оружием, которым, безусловно, обладает его Невеста, она же Черная мамба, в исполнении Умы Турман. Вот далеко не полный список ее предшественниц. Прасковья Лукьянова (Вера Марецкая) — убивает поневоле. ("Она защищает Родину", Фридрих Эрмлер, 1943) Почти каменное лицо, ледяной взор, брови вразлет, черный платок на голове — Прасковья Лукьянова стала для советского народа символом борьбы с фашизмом. В первый же день Великой Отечественной войны у Прасковьи Лукьяновой убивают любимого мужа и единственного четырехлетнего сына. Из счастливой красавицы героиня Веры Марецкой превращается в почерневшую от горя беспощадную мстительницу. Товарищ П. (ее новое имя) становится командиром партизанского отряда и дает решительный отпор душителям всех праведных идей. Жюли (Жанна Моро) — убивает, чтобы восстановить мировую гармонию. ("Невеста была в черном", Франсуа Трюффо, 1967) Героиня Жанны Моро — символ разбуженного к борьбе консервативного сознания. Не стойте на дороге у обывателя, стремящегося вернуть миру его целостность, особенно если это женщина. Муж Жюли был застрелен на ступенях церкви сразу после брачной церемонии. Сначала она хочет убить себя, но потом понимает, что ее миссия — воссоздать разрушенный этим преступлением мировой порядок. Для этого она должна убить всех, находившихся в квартире, из окна которой раздался выстрел. Она выслеживает и убивает пятерых мужчин, которых даже не знает в лицо. Бонни Паркер (Фэй Данауэй) — убивает из любви к бой-френду. ("Бонни и Клайд", Артур Пенн, 1967) Основанная на реальных фактах история бандитов-убийц Бонни и Клайда, которые любят друг друга и грабят банки, стала одним из самых знаменитых романтических мифов о любви, преступлении и возмездии.

В этом фильме есть все — левацкий антибуржуазный протест, поэтизация насилия, бунта против законов общества и, конечно, сакральное "мы вдвоем против целого мира". В 30-е годы парочка гангстеров колесит по Америке, совершает ряд громких ограблений и постепенно превращается чуть ли не в национальных героев. Фэй Данауэй создала образ идеальной возлюбленной — боевой подруги, хрупкой и беспощадной, сексуальной и безжалостной. Никита (Анн Парийо) — убивает, чтобы выжить. ("Ее звали Никита", Люк Бессон, 1990) Культовый фильм Бессона своим оглушительным успехом целиком обязан образу главной героини, сыгранной Анн Парийо, — обреченной наркоманки, которая убивает полицейского и оказывается перед выбором: или смерть, или служба киллером в интересах государства. Образ Никиты, женщины-машины для убийства, при этом надломленной и ранимой, стал одним из главных женских образов рубежа веков, породив множество подражаний — от канадского одноименного сериала до модного японского аниме: девочка-убийца Ясуоми Умэтсу.

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK