Наверх
12 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2010 года: "ПУТИНСКИЕ ЗАМОРОЗКИ"

Политику Кремля за последние 10 лет можно коротко описать так: «зажим демократии в России».    Можно долго спорить о том, было ли сворачивание демократии целью путинского президентства, но с тем, что ограничение демократических свобод стало итогом правления Владимира Путина, трудно не согласиться. С первых дней своего пребывания в Кремле Путин поставил во главу угла восстановление управляемости страной. И там, где «избыток демократии» мешал повышению управляемости, демократией приходилось жертвовать…
   
ВЕРТИКАЛЬ ВСЕЯ РУСИ
    Придя к власти под лозунгом «сохранения единства страны», Путин занялся выстраиванием вертикали власти «от Москвы до самых до окраин». Ставка при этом делалась на бюрократию и гос-аппарат. Бюрократия превратилась в консолидированную корпорацию, усилилась внутренняя лояльность аппарата, при этом вырос престиж самой госслужбы. «Сегодня у нас политический класс очень закрытый, при этом чиновники являются самой богатой группой общества в России», — констатирует руководитель Центра изучения элиты Института социологии РАН Ольга Крыштановская.
   Вместе с тем сама система так и осталась архаичной: исполнительская дисциплина и эффективность находятся на крайне низком уровне, что официально признается на самом верху. «Вот такой парадокс, — разводит руками первый вице-президент Центра политических технологий Алексей Макаркин. — Вроде есть вертикаль власти, но, с другой стороны, в рамках вертикали можно успешно заниматься имитацией деятельности, сдавая при этом прекрасные отчеты». В итоге что Путин, что нынешний президент, Дмитрий Медведев, вынуждены все время переводить систему на «ручное управление».
   «Получается, что в России глава государства не только определяет основные направления внутренней и внешней политики, но и опускается на уровень ниже, становясь фактически управленцем местного масштаба», — отмечает заведующая лабораторией по-литических исследований ГУ-ВШЭ Валерия Касамара.
   
ЦЕНТР И РЕГИОНЫ
   Ратуя за восстановление уп-равляемости, Кремль в первую очередь взялся за федеративные отношения. В се-редине 2000 года была инициирована реформа Совета Федерации: сидевших в верхней палате глав субъектов РФ заменили на «представителей» региональной власти. В итоге СФ перестал быть органом политического вли-яния регионов на центр, переключившись исключительно на одобрение принятых Думой законов.
   Почти одновременно с этим была создана система федеральных ок-ругов во главе с полпреда-ми президента, фактически осуществляющими контроль над ситуацией на местах, а также механизм ответст-венности губернаторов за неисполнение решений федерального центра.
   Следующий этап переформатирования отношений цент-ра и регионов был связан с отменой прямых губернаторских выборов.
   Наконец, еще один элемент переформатирования — изменение порядка формирования региональных парламентов. Выборы в местные Заксобрания стали проходить по партийным спискам, что позволило сделать процесс более контролируемым и избежать всяких неожиданностей, связанных с одномандатными округами. Одновременно самим Заксам было доверено «наделять полномочиями» выдвинутых президентом кандидатов в главы регионов.
   
«КРУПНОПАРТИЙНАЯ» СИСТЕМА
   «Партизация» региональных выборов стала не только частью действий по корректировке отношений центра и регионов, но и элементом реформы партийной системы, инициированной Путиным. Процесс был запущен летом 2001-го с принятием закона о политпартиях, фактически делавшего партии единственными субъектами избирательного процесса. При этом были ужесточены требования по численности партий: сначала не менее 10 тыс. членов, ныне — не менее 50 тыс.
   Происшедшая одновременно с отменой губернаторских выборов отмена выборов в Госдуму по одномандатным округам (2004 год) стала важным этапом формирования так называемой крупнопартийной системы, в пользу создания которой неоднократно высказывался Путин. В итоге начиная с декабря 2007 года Дума состоит только из партийных депутатов. Произведенные вслед за этим корректировки выборного законодательства (повышение думского проходного порога с 5% до 7%, запрет на участие в выборах избирательных блоков, фактическое введение «императивного мандата», не дающего возможности партийным депутатам голосовать вопреки решениям партийных органов, и т.д.) лишь отшлифовали систему.
   На сегодня двух-трех-четырехпартийная система представляется ее создателям весьма эффективной. Причем в первую очередь с точки зрения управления политическим процессом как таковым (а это для Кремля по-прежнему одна из приоритетных задач). Между тем вторая задача, о которой шла речь в свое время, — чтобы в перспективе в стране возникла система, в рамках которой контроль над парламентом по очереди переходил бы от одной влиятельной партии к другой, — так и не была решена.
   
ПРОЦЕДУРА ПРОТИВ ВОЛИ


   «Подмораживанию» политической ситуации в России способствовали и внешние факторы, а именно серия «цветных революций», происшедших на постсоветском пространстве. Кремль всерьез обеспокоился возможностью экспорта «оранжевых технологий» в Россию.
   В итоге одновременно с выстраиванием партийной системы была отстроена и выборная процедура. Во-первых, было создано и постоянно шлифуется антиэкстремистское законодательство: участникам выборного процесса — реальным и потенциальным — были обозначены рамки допустимого политического поведения. Во-вторых, были внесены поправки в избирательное законодательство (отмена графы «против всех» и порога явки избирателей), серьезно затруднявшие «побежденному меньшинству» возможность влиять на итоги выборов. .
   Еще раньше, в 2003 году, власть взялась за «тонкую настройку» законодательства о митингах, демонстрациях и шествиях. Борьба за возвращение соответствующих норм в законодательство, в том числе в рамках так называемой «Акции-31», идет до сих пор.
  
{PAGE}
ЧЕТВЕРТАЯ ВЛАСТЬ
   Можно спорить о том, кто именно был на самом деле «четвертой властью» до Путина — независимые СМИ или стоявшие за ними представители крупного бизнеса, — но с приходом в Кремль Владимира Путина ситуация и здесь кардинально изменилась.
   В отношении с олигархами стал действовать принцип «равноудаления» от власти, смысл которого заключается в том, что олигархи отказываются от каких-либо попыток давить на власть, власть же гарантирует им, что ни один из них не будет ей ближе остальных. Надо заметить, первое условие олигархи соблюли несколько в большей степени, чем власть — второе. Все, кого такие правила игры не устраивали, выпадали «из обоймы». Остальные приняли принципы равноудаления.
   Разумеется, немалую роль в выборе последовательности и стилистике поступков власти сыграла конкретная политическая обстановка. Позиция, занятая тогдашним владельцем ОРТ (ныне — Первый канал) Борисом Березовским, решившим жестко критиковать власть и лично Путина за историю с затонувшей АПЛ «Курск», стала поводом для ужесточения контроля Кремля над телеканалами. Логическим завершением этого процесса стал «спор хозяйствующих субъектов — «Газпрома» и «Медиамоста», отъем у Владимира Гусинского телекомпании НТВ и смена редакционной политики на этом негосударственном канале.
   «Средства массовой информации, особенно телеканалы, чрезвычайно эффективные с политической точки зрения, Путин поставил на службу государству, вырвав их из рук олигархов» — именно так любят объяснять действия Кремля в сфере регулирования СМИ сами кремлевские чиновники. А поскольку процесс «собирания каналов» протекал одновременно с контртеррористической операцией на Северном Кавказе, характерные для военного времени элементы цензурирования просто не могли не отразиться на содержании поставляемой телеканалами информации. Интересно, что каждый новый теракт — будь то «Норд-Ост» или Беслан — только укреплял уверенность власти в том, что телевидение, да и вообще СМИ, должно быть максимально управляемым.
   Впрочем, в последние год-два контроль над «ящиком», по признанию самих телевизионщиков, постепенно стал переходить с позиции «очень жестко» на просто «жестко». Запрет на показ лидеров «непримиримой» оппозиции, равно как и на обсуждение наиболее острых политических тем, продолжает сохраняться. Вместе с тем появляются каналы, на которых степень свободы слова несколько выше, чем на «Первом» и «России», это канал РЕН и «Пятый».
   
ПУТИН-МЕДВЕДЕВ. ИТОГИ

   Что мы получили в итоге? Стала ли система более эффективной, устойчивой, способной к развитию и самоусовершенствованию? Вряд ли.
   Эффективной ее не считают (и не боятся в этом признаваться) даже участники властного тандема. А уж они-то знают, с чем имеют дело.
   Устойчивость — вещь тоже довольно условная. «Условий» этих как минимум три: высокие цены на нефть, контроль над масс-медиа и тотальная апатия населения. Если хотя бы одно из этих условий прикажет долго жить, устойчивость может обернуться своей прямой противоположностью. Впрочем, у России и без этого немало вызовов (национальные проблемы, терроризм, техногенные опасности и пр.), которые вполне способны взорвать ситуацию. Власть, судя по всему, это понимает. Другой вопрос, что полноценных ответов на них — делами, а не на словах — ею пока так и не предложено.
   Способность к развитию также под вопросом. Готов ли политический класс к новациям? — ответ не очевиден. «Отец» российских реформ, ныне глава «Роснано», Анатолий Чубайс, например, полагает, что элита к новым вызовам не готова. «По части инновационной стратегии и модернизации у нас произошла совершенно, на мой взгляд, парадоксальная ситуация, — заявил Чубайс на Пермском экономическом форуме. — От масштабов этого политического вызова радикально отстает интеллектуальная элита: она до сих пор не смогла дать внятного ответа на этот вызов!» Того же мнения придерживается и глава близкого к Дмитрию Медведеву Института современного развития Игорь Юргенс. По его мнению, «необходимость изменения страны не встречает сочувствия во властной элите». Что уж говорить о простых смертных.
   О неготовности самой власти к новациям свидетельствует прошлогодняя дискуссия о том, нужна ли России «оттепель» — иными словами, политическая либерализация. Дискуссия, в ходе которой Кремль дал ясно понять, что любая либерализация системы это не «оттепель», а «слякоть», показала: стремление менять саму себя бюрократия не выказывает. Других же «приводных ремней» для реализации преобразовательных импульсов в России по-прежнему как не было, так и нет.
   За 10 лет власть стала более бюрократизированной и менее открытой. Публичная политика практически полностью вытеснена непубличными договоренностями. Ключевыми фигурами политики стали мало кому известные (за пределами элиты, разумеется) чиновники, в лучшем случае возведенные в депутаты, а в худшем — остающиеся на положении «политических менеджеров», то есть закулисных кукловодов. Как следствие, система стала более коррумпированной. Причем это не скрывают даже сами лидеры страны (не это ли признак того, что они и саму систему в глубине души считают дефективной?).
   Российская власть стала более персонифицированной — сначала в лице Путина, затем появился Дмитрий Медведев. На первый взгляд это — прогресс. Но если мы будем двигаться такими темпами (один человек каждые 8-10 лет), деперсонализация, иными словами, институализация власти (когда не конкретный лидер, а институт, который он представляет, имеет значение) завершится не скоро.
   Следствием перечисленных выше обстоятельств стала еще большая отстраненность населения от участия в политических процессах. Если раньше — в середине или даже в конце 90-х — многие не участвовали потому, что не хотели, зато те, кто хотел, — участвовали, то теперь, спустя 10-15 лет, даже те, кто хотел бы, зачастую не могут этого сделать. Не все готовы ради участия в политической жизни присягать на верность политической системе, многими своими чертами напоминающей советскую.
    

   ЭТАПЫ ПОСТРОЕНИЯ ВЕРТИКАЛИ ВЛАСТИ
   2000
   Была инициирована реформа Совета Федерации: сидевших в верхней палате глав субъектов РФ заменили на «представителей» региональной власти
   2001
   Принятие закона о политпартиях, фактически делавшего партии единственными субъектами избирательного процесса
   2003
   Власть взялась за «тонкую настройку» законодательства о митингах, демонстрациях и шествиях
   2004
   Отмена прямых губернаторских выборов и отмена выборов в Госдуму по одномандатным округам
   2008
   Признано, что либерализация общественной жизни может привести не к «оттепели», а к политической «слякоти»
Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK