Наверх
15 октября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2006 года: "Загадка умирающего лебедя"

Немецкие вирусологи и политики поражены тем, как быстро внушающий страх птичий грипп достиг Германии. Теперь эксперты спорят о возможностях предотвратить заражение домашней птицы: посадить кур под домашний арест или провести их массовую вакцинацию?   Утро среды 25 января начиналось для Ирмгард Блиндов так же, как и любой другой рабочий день на острове Рюген. Около паромной пристани в Шапроде она увидела лебедя-кликуна с синей манжетой на шее и кольцом на ноге.

   Ирмгард, которая проводит исследования на биологической станции «Хиддензее», знает, что нужно делать в таких случаях. Она читает номер на кольце: «Рига ЕЕ…984» и сообщает о находке своему коллеге Ульриху Кеппену, который окольцовывает птиц. Тот заносит лебедя в базу данных, и на этом все пока заканчивается.

   Но спустя три недели лебедь умирает. Он в числе первых в Германии пернатых жертв страшного птичьего гриппа.

   Чтобы сообщить эту тревожную новость, Кеппену звонят из Института имени Фридриха Леффлера, что на острове Римс. Вирусологи в защитных костюмах, которые исследовали тело птицы, обнаруженное на льду недалеко от острова Рюген, нашли то, чего опасались, — вирус птичьего гриппа H5N1.

   «Эта находка очень важна», — говорит орнитолог Кеппен. Ведь лебедь под номером «Рига ЕЕ…984» может помочь разрешить загадку, которая занимает всю Германию вот уже две недели: как смертоносный микроб типа H5N1 попал в Германию?

   Всего пара кликов мышкой, и компьютер Кеппена, эксперта по миграциям птиц, выдает данные о том, откуда родом погибший лебедь. Он прилетел из природоохранной зоны на Лиепайском озере в Латвии. «Я считаю, что лебедь принес вирус оттуда», — объясняет Кеппен. Лебеди-кликуны предпочитают высиживать птенцов в Швеции, Финляндии, на севере России и в Балтии. А если на востоке им становится слишком холодно, они берут курс на запад.

   Таким образом, возбудитель страшной инфекции мог на мягких лебединых крыльях прилететь в Германию еще в середине января.

   Власти и политики подняты по тревоге, страна взволнованна. Болезнь, от которой в Азии, Европе и Африке погибли уже 92 человека и миллионы кур, распространилась с начала года с необычайной скоростью.

   «Само появление болезни не было неожиданным, но нас поразила ее стремительность», — признает главный эпидемиолог Германии, президент Института имени Роберта Коха (RKI) Райнхард Курт. Министр по защите прав потребителей Хорст Зеехофер (ХСС) считает, что положение очень серьезное: «Дело ведь не ограничится одним Рюгеном, вирус появится и в других регионах».

   Канцлер Германии Ангела Меркель (ХДС) постаралась остановить начинающуюся панику: «В настоящее время людям не о чем беспокоиться». Однако в спешном порядке организованные властями «горячие линии» очень скоро оказались перегруженны. Тысячи людей звонили и спрашивали, нужно ли им запереть дома кошек и собак или убрать гнездо, свитое ласточками над окном спальни.

   Тем временем между политиками и учеными разгорелся спор о том, какая стратегия лучше поможет остановить возбудителя вируса. Достаточно ли просто держать домашнюю птицу взаперти и если да, то как долго? Или целесообразней выбрать другой путь борьбы с эпидемией, которым пошли прежде всего Голландия и Франция?

   Немецкие эпидемиологи сходятся только в одном: на Рюгене, в эпицентре заражения, кризисный менеджмент осуществлялся, мягко говоря, на дилетантском уровне. Естественно, на острове с этим не согласны. Там ссылаются на недостаточную помощь с материка.

   Заместитель начальника окружного управления и руководитель антикризисных мероприятий Ульрике Лукас, в черных лодочках на шпильках, стоит в грязном месиве около курятника одного птицевода-любителя, а репортеры буквально бомбардируют ее вопросами: «Правда ли, что Рюген не был готов к чрезвычайной ситуации? Лежат ли на этом острове и сейчас трупы птиц? Почему результаты анализов так долго не были готовы?»

   Она пришла сюда в сопровождении двух ветеринаров. Курятник птицевода-любителя находится всего в нескольких километрах от того места, где был найден мертвый лебедь. Хозяин держит 13 кур, «это позволяет немного экономить на продуктах», объясняет он.

   Теперь ему придется запереть весь свой выводок на замок — такое указание он получил от заместительницы начальника окружного управления, демонстративную активность которой запечатлевают два десятка фотографов, операторов и репортеров.

   Теперь предстоит обследовать 574 километра береговой линии, а берега местами покрыты льдом. «К ним нет безопасных подходов», — говорит Лукас. Поля из-за тающего снега совершенно развезло, и машины там застревают. Наконец-то прибыл срочно вызванный вертолет, только вряд ли с него можно будет что-либо разглядеть в густом февральском тумане.

   Министр по защите прав потребителей Зеехофер в ответ на эти отговорки лишь качает головой. Он возмущен тем, что, хотя после обнаружения вируса прошло несколько дней, в зоне заражения до сих пор нет заграждений: «Любой может там свободно ходить и ездить, разнося вирус на подошвах ботинок или на шинах!» Более всего его вывело из себя то обстоятельство, что власти округа не нашли для встречи с журналистами, которые до этого рыскали повсюду в поисках мертвых лебедей, другого места, кроме курятника.

   «Комиссия ЕС очень внимательно следит за тем, как власти справляются с кризисом», — предостерегает Зеехофер. Если чиновникам в Брюсселе покажется, что на местах действуют неправильно, они могут наложить запрет на экспорт всей немецкой птицы: «Из-за поведения местных властей государство рискует понести миллиардные потери».

   Глава Института имени Роберта Коха Райнхард Курт критикует в первую очередь черепашьи темпы обследования первых погибших лебедей. «Трудно понять, почему для установления диагноза потребовалась целая неделя», — возмущается он.

   Так было упущено драгоценное время, в течение которого мертвых птиц можно было убрать. Ведь каждый труп несет в себе опасность дальнейшего распространения инфекции, а это значит, что самый мрачный сценарий развития событий, прогнозировавшийся эпидемиологами, становится все более вероятным. Вирус гриппа может распространиться среди диких птиц, и истребить его станет невозможно, потом заразится и домашняя птица. Жертвами инфекции станут и некоторые люди, вирус, мутируя, превратится в микроба-убийцу.

   Как показывает пример эпидемии гриппа «испанка» в 1918—1919 годах, пандемия может стоить жизни миллионам людей повсюду на планете. «Пока у нас, правда, нет доказательств того, что вирус видоизменяется», — говорит президент RKI Курт. Он считает вполне возможным, что никакой мутации не произойдет вовсе или что возникший возбудитель будет не таким заразным и не смертельным для людей.

   Однако как эпидемиолог Курт должен готовиться к пандемии катастрофических масштабов. Ученый-вирусолог, он понимает, что в первую очередь необходимо «уменьшить вероятность мутации, остановив распространение вируса еще на стадии поражения животных».

   Но развитие ситуации не дает эпидемиологу поводов для оптимизма. Трупы птиц поступают в центр диагностики вирусных заболеваний Института имени Фридриха Леффлера ежедневно, поэтому руководителю центра Мартину Бееру и его команде приходится напряженно работать, чтобы провести анализы и отличить птиц, умерших от гриппа, от тех, которые в это холодное время года погибли от слабости или истощения. Когда грипп был выявлен у первых птиц, Бееру позвонил директор института, попросивший руководителя диагностического центра прервать отпуск. «В ближайшее время мы еще не раз обнаружим вирус гриппа», — предсказывает Беер по дороге в «Дом душа». Так называется здание, в котором ученые перед работой надевают стерильные защитные костюмы и по нескольку минут принимают специальный душ, прежде чем пройти через так называемые «шлюзы безопасности».

   Грузовик только что привез с Рюгена еще четыре десятка мертвых диких птиц. Сначала у них вырезают мозг и легкие. «Там самая большая концентрация вирусов», — объясняет Беер. Молекулярно-биологический анализ в наши дни позволяет не только за несколько часов точно определить тип вируса, но и сделать выводы о его происхождении.

   В результате вирусолог Беер может, бегло взглянув на данные, сделать вывод: «Найденный возбудитель родствен тому типу вируса, который весной 2005 года привел к массовой гибели диких птиц на Цинхайском озере в Китае».

   Идя по молекулярно-генетическому следу вируса, можно определить, что впервые он появился в середине 1990-х годов в провинции Гуандун. «В этом регионе Китая, по-видимому, вирус и зародился, — объясняет Беер, — он широко распространился среди диких птиц, регулярно поражая и сельскохозяйственных животных».

   Аналогичная ситуация может сложиться и в Германии, опасается ученый. Чтобы предотвратить заражение домашних пернатых, Зеехофер распорядился запереть их в птичниках. Но как долго продлится домашний арест?

   Вирусолог Альберт Остерхаус, один из ведущих экспертов по гриппу из медицинского центра Erasmus Medical Center в Роттердаме, считает, что свободное содержание домашней птицы является главной лазейкой для проникновения вируса в птичники. Такой сценарий ученые выявили при расследовании причин эпидемии птичьего гриппа в Голландии три года назад.

   «Похоже, возбудитель гриппа уже присутствует среди диких птиц в Германии», — говорит Остерхаус. Поэтому домашнюю птицу следовало бы много месяцев подряд не выпускать на белый свет — даже после того, как перелетные птицы покинут эти места.

   Но можно ли действительно добиться того, чтобы вся домашняя птица была надолго посажена под замок? Голландское Министерство сельского хозяйства относится к этой идее скептически и поэтому предлагает новую стратегию борьбы с птичьей чумой, которую немецкие власти пока отвергают. Речь идет о массовой вакцинации домашней птицы. Гаага уже представила соответствующий запрос Комиссии ЕС.

   Только в одной Голландии нужно привить 5,5 млн. кур. «Мы хотели бы начать осуществление этой меры уже сейчас», — заявляет представитель министерства в Гааге.

   Но без согласия ЕС Нидерланды не смогут начать вакцинацию своих кур, в противном случае страна может понести экономические потери, исчисляемые миллиардами. Дело в том, что страна, прививающая своих кур без разрешения, наказывается запретом на экспорт. Основание: привитых кур невозможно отличить от тех, которые инфицированы настоящим вирусом.

   К тому же существует опасность, что привитые куры все же заразятся, и хотя благодаря вакцине они не заболеют серьезно, тем не менее распространителями вируса останутся. В результате грипп будет распространяться незаметно. «Из этих соображений мои эксперты настоятельно не советуют применять вакцины, имеющиеся в нашем распоряжении сегодня», — говорит Зеехофер.

   В Голландии, однако, эксперты придерживаются другого мнения. Гуус Кох из Центрального института по контролю над эпидемиями среди животных в Лелейстаде протестировал в своей лаборатории имеющуюся на рынке вакцину и пришел к выводу, что она достаточно эффективна. Привитые птицы хотя и оказались по большей части инфицированными, но они не заболели и практически не стали носителями вируса, утверждает Кох. Так что в экстренном случае с помощью вакцины эпидемию можно будет остановить.

   Чтобы предотвратить скрытое распространение вируса, можно оставлять в каждом птичнике несколько непривитых особей. «Если эти птицы умрут, значит, в курятнике есть грипп», — поясняет Кох.

   Бербель Хен, политический деятель партии зеленых и бывший министр по защите прав потребителей в правительстве земли Северный Рейн—Вестфалия, поддерживает голландскую стратегию. «В Германии и ЕС все зациклились на том, что лучше убивать птицу, а не прививать, — сетует она. — Тем самым в Брюсселе преследуют чисто экономические интересы».

   Но министр по защите прав потребителей Зеехофер намерен для начала последовать советам своих экспертов. А они рекомендуют подождать, пока не появится более совершенная вакцина с генетическим маркером, который поможет быстро различать привитых и инфицированных птиц.

   «Однако я всегда рад узнавать что-то новое и готов выслушивать любых экспертов, у которых есть другое мнение по этому вопросу, — говорит Зеехофер. — Экономические интересы не должны брать верх над научными исследованиями».

   Институт имени Фридриха Леффлера на острове Римс еще в начале года изготовил прототип новой, более современной вакцины и направил его в различные фармацевтические компании. Однако против нынешней вспышки куриного гриппа эта вакцина уже не поможет — ведь нужно три-четыре года, чтобы она была официально допущена к применению.

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK