Наверх
9 апреля 2020
USD EUR

Почему «охотничье» оружие Второй мировой исчезает из магазинов

©Ryhor Bruyeu / Vostock Photo

На гражданском рынке РФ обращалось порядка двух десятков моделей оружия, переделанного из настоящих боевых образцов, в том числе тех, что использовались во время Великой Отечественной войны. Автоматы ППШ и ППС, самозарядные винтовки Токарева и легендарные «мосинки», можно было приобрести даже станковый пулемет Максима или ручной ДП‑27. Разумеется, речь об их гражданских версиях.

Как пулемет Максима стал первым в мире оружием массового поражения

Однако сегодня оружие той войны стремительно исчезает с полок магазинов. На сайтах оружейных магазинов еще висят предложения с ценниками двухлетней давности, под которыми стоит пометка «товар отсутствует». Сотрудники коммерческих отделов на вопрос, можно ли приобрести или заказать охотничий Максим, отвечают, что последний образец был продан несколько лет назад и новых поставок не ожидается. При этом современное боевое оружие – автоматы АКМ, АК‑74, калашниковы «сотой серии», пулеметы РПК, спецназовские винтовки ВСС и автоматы «Вал» активно конвертируются под гражданский рынок.

Совсем недавно концерн «Калашников» анонсировал гражданские версии автоматов АК‑12 и АК‑15, а также перспективной снайперской винтовки Чукавина (СВЧ). «Профиль» решил выяснить, что же происходит на рынке.

Сейф для Максима

Продажа на гражданском рынке устаревших образцов армейской «стрелковки» широко практикуется во всех странах с более-менее либеральным оружейным законодательством. Это логично – зачем тратить деньги на хранение или утилизацию того, что еще может принести прибыль? Первенство в этом деле, разумеется, у Соединенных Штатов. Известная американская компания-импортер Century International Arms даже построила бизнес на том, что по цене вторсырья скупала в странах третьего мира старые списанные автоматы, винтовки и пулеметы, приводила их в порядок, адаптировала под требования местного законодательства и продавала любителям оружия и коллекционерам из США и европейских стран.

Длинный ствол раздора: как путешествовать с оружием и не лишиться его

Конечно, словосочетания «карабин охотничий максим» или «дегтярев пехотный охотничий» звучат странновато. Но именно так позиционировались огражданенные версии легендарного пулемета Максима или ручного пулемета Дегтярева образца 1927 года ДП‑27. Дело в том, что в нашем законе «Об оружии» нет определений вроде «историческое нарезное оружие» или «конверсионное нарезное оружие», гражданам разрешается владеть исключительно охотничьим. Поэтому если коллекционер или простой гражданин, имеющий право на покупку нарезного оружия, решит, что ему нужен стреляющий (пусть только одиночными) вариант пулемета, то может купить его как «охотничье оружие с нарезным стволом».

К слову, в качестве такового на сегодняшний день в РФ сертифицированы почти все образцы длинноствола времен Второй и даже Первой мировой. Специализированные сайты предлагают помощь в легальном приобретении охотничьих пулеметов MG‑34 и MG‑42 за 650–700 тыс. руб., французского пулемета Шоша образца 1915 года за 1,5 млн руб. Можно купить «штурмгевер» StG44 примерно за миллион, пистолеты-пулеметы Томпсона где-то за 300 тыс. руб., германский MP38 за 700 тыс. и т. д.

Огражданенные максимы, «штурмгеверы», ППШ максимально схожи с оригиналами, единственное условие – они должны работать только в полуавтоматическом режиме (одно нажатие на спуск – один выстрел), а емкость магазинов и лент ограничена 10 патронами. Зато, в отличие от охолощенных вариантов, охотничьи пулеметы и автоматы не имеют явных следов фрезеровки или сварки.

Какое оружие использовалось во время самых громких политических убийств

По закону гражданский пулемет должен храниться в сейфе, и при желании его владелец может отправиться с ним на охоту. Конечно, выслеживать дичь с 65‑килограммовым девайсом – именно столько весит максим со станком – не кажется хорошей затеей. К слову, один мой знакомый несколько лет назад действительно приобрел станковый пулемет военного времени, выложив за него около 300 тыс. Говорит, что не жалеет, правда, на моей памяти лишь однажды он вывез своего питомца на стрельбище, чем вызвал ажиотаж у всех присутствующих. А так пулемет стоит в железном ящике, а станок от него – в гараже.

Культовая «трехлинейка»

Охотничьи переделки из боевых образцов появились еще во времена СССР. В конце 30‑х армейские карабины Мосина стали переделываться в охотничьи КО‑38 и КО‑40. Рядовым советским гражданам они были практически недоступны, а вся конверсия сводилась к снятию штыка и установке т. н. криминалистических меток, которые должны были помочь идентифицировать оружие. Патрон 7,62х54 миллиметра с дульной энергией порядка 3,5 тыс. Дж делал «трехлинейку» пригодной для охоты практически на любую дичь, обитавшую на территории нашей страны. Кстати, до введения западных санкций огражданенные «мосинки» поставлялись на Запад и пользовались там большой популярностью. Один из крупнейших американских оружейных интернет-магазинов Bud’s Gun Shop назвал русскую «трехлинейку» лидером продаж на рынке гражданского оружия в США по итогам 2012 года.

Эксперты рассказали об оружии, которым американцы планируют заменить М16

Следом за винтовкой Мосина с военных складов на российский гражданский рынок перекочевали самозарядные карабины Симонова (СКС) и винтовки Токарева (СВТ). Интересно, что последние, как правило, представляют собой не самозарядные СВТ‑38, а автоматические АВТ‑40, у которых убран режим автоматического огня. Что касается СКС, то в советское время он был единственным доступным нарезным полуавтоматом (для промысловиков и егерей) и считался культовым оружием, даже несмотря на относительно слабый автоматный патрон 7,62х39. От охотоведов мне доводилось слышать – правда это или нет, сказать трудно – об охотниках, добывших с помощью этого оружия несколько сотен медведей.

Прорыв 12‑го года

Настоящий прорыв в деле продвижения армейских образцов на гражданку произошел в 2012‑м, тогда Минобороны безвозмездно передало нескольким компаниям десятки тысяч единиц устаревшего стрелкового оружия со своих складов. На переделку в охотничьи и охолощенные образцы (только для стрельбы холостыми патронами) шли автоматы АК, АКМ, АКМС, пистолеты-пулеметы ППШ, винтовки СВТ‑40, максимы и ДП‑27.

Де-факто это был способ поддержки отечественного производителя – у оружейных заводов появилась возможность дополнительного заработка при минимальных вложениях. Конверсия боевого оружия в гражданское была предельно проста и заключалась в устранении режима автоогня у автоматов и пулеметов и установке кримметок в патроннике или стволе. Ну еще подготовка необходимых сертификатов и документации. Бенефициарами этой акции стали компании, входящие в ГК «Ростех»: ковровский Завод им В. А. Дегтярева (ЗиД), вятско-полянский завод «Молот-Оружие», а также частная компания «Молот-Армз», занимающаяся дистрибуцией, тюнингом и конверсией оружия.

Так, все три компании предложили под разными названиями свои версии гражданского ППШ: ВПО‑13 и ППШ-О под оригинальный патрон 7,62х25 и ППШ-Luger от «Молот-Армз» под патрон 9х19 Luger (он же 9 мм парабеллум). «Молот-Оружие» и «Молот-Армз» имеют в своем ассортименте огражданенные версии оригинальных военных АКМ и АКМС и т. д.

Большая часть российского нарезного охотничьего оружия выполнена на базе армейских моделей – автоматов и ручных пулеметов Калашникова, снайперских винтовок Драгунова (СВД). На фото: покупатель перед витриной оружейного магазина. Слева видны карабины «Тигр» на базе СВД

Валерий Матыцин / ТАСС

Стоит охотничий ППШ достаточно дешево – 20–25 тыс. руб., но для охоты это оружие практически не годится – пистолетный патрон слабоват, дальность стрельбы невелика, а установка оптики возможна лишь при наличии хороших слесарных навыков. Для спорта (скажем, практической стрельбы) он тоже не ахти – эргономика по современным меркам никудышная, магазины снаряжать и присоединять сложно. Еще одна проблема – малый ассортимент и дороговизна патронов 7,62х25 мм: самые дешевые из тех, что есть, стоят от 20 руб. и выше. Для сравнения: 9х19 можно купить за 8–9 руб.

В 2016 году «Молот-Армз» вывела на рынок карабин МА-ППС – самозарядный вариант пистолета-пулемета Судаева образца 1943 года (ППС‑43). В отличие от ППШ‑41, партия огражданенных ППС была небольшой, и стоили они дорого – порядка 110–140 тыс. руб. Это понятно, ППС в СССР во время Великой Отечественной было произведено около 500 тыс. штук, и до конца 80‑х они использовались военизированными структурами СССР и поставлялись за рубеж. К тому же переделка их в гражданское оружие оказалась заметно сложнее.

В отличие от ППШ, имеющего два режима огня – одиночный и автоматический, ППС «заточен» только под автоматическую стрельбу. Поэтому в конструкцию пришлось вносить специальные изменения – в процессе огражданивания даже изменилась схема разборки оружия, приклад был зафиксирован и намертво приварен к ствольной коробке. Все это делалось, чтобы уложиться в требования законодательства. При этом пользователи МА-ППС жаловались на задержки при стрельбе и в целом оценивали переделку как не очень качественную.

В том же 2016‑м «Молот-Армз» предложила и гражданскую версию германского пистолета-пулемета МП‑38 – она называлась «карабин охотничий МА-МР38 калибра 9х19 парабеллум». Это был украинский новодел, который, по словам продавцов, почти полностью состоял из оригинальных немецких комплектующих времен Второй мировой. Единственной современной деталью был ствол, сделанный украинскими оружейниками. Стоимость немецко-украинского гаджета превышала 400 тыс. руб., а партия была ограниченной.

Кстати, долгое время единственной «огражданенной» иномаркой на нашем рынке считалась немецкая же винтовка, вернее, карабин Mauser 98k – основное стрелковое оружие вермахта. Большой любви охотников трофейные маузеры не снискали из-за дорогого и редкого патрона 7,92х57 мм. Вдобавок состояние оружия часто оставляло желать лучшего – это беда большинства списанных образцов. Зато эти винтовки стали популярны у любителей исторического оружия и коллекционеров – стоимость 98k на вторичном рынке в зависимости от состояния и комплектации колеблется от 50 тыс. до 300 тыс. руб. (снайперский вариант с оптическим прицелом).

В начале 2000‑х Тульский оружейный завод стал устанавливать на трофейные маузеры новые стволы калибра 7,62 мм под патрон.308 Win (гражданский вариант патрона 7,62х51 НАТО). Оружие получило название «охотничий карабин КО‑98» и стоило всего около 10 тыс. руб. Но эксперимент оказался не слишком удачным – качество новых стволов вызывало нарекания, и в целом модернизированный маузер проигрывал современным образцам.

Ступени храма

Сегодня «оружейная идиллия» уходит в прошлое. В широком доступе остались «мосинки» и ППШ, все реже встречаются СВТ, а дегтяревы или максимы исчезли совсем. Иностранное оружие можно найти только на сайтах для коллекционеров с пугающими ценниками.

©Weapon Archive / Vostock Photo


Найдите отличия

Большая часть гражданских нарезных образцов в РФ – это т. н. «черное оружие», то есть выполненное на базе армейских моделей. Карабины «Сайга» и «Тигр» от концерна «Калашников» делаются на базе автоматов Калашникова и снайперских винтовок Драгунова, а карабины «Вепрь» от «Молот-Оружие» имеют в своей основе ручной пулемет Калашникова (РПК и РПК‑74), выпуском которых и занимался вятско-полянский завод.

До начала продаж оригинальных огражданенных АК и АКМ «Вепри» и «Сайги» имели своеобразный «гражданский» дизайн, измененный ударно-спусковой механизм, в котором отсутствовала ось автоспуска, плюс на карабинах отсутствовала направляющая для патрона т. н. «сухарь», без которого нельзя было использовать стандартные армейские магазины. Но большинство новых моделей максимально унифицируются с армейскими образцами, а ось автоспуска на «Вепрях» даже является своеобразной маркетинговой «фишкой» «Молота».


Я обзвонил несколько магазинов, где когда-то имелись в продаже охотничьи пулеметы. «Раньше были, теперь уже нет и давно не было – они продавались штучно и стоили под 500 тысяч» – так ответил представитель одного из ритейлеров. На вопрос, можно ли заказать гражданскую версию максима, посоветовали обратиться в «Молот-Армз», которая их поставляла.

– Последний максим мы продали два года назад, – заявили в коммерческом отделе компании. – «Доноров» для гражданских образцов больше нет.

– А еще будут?

– Вряд ли – нет баз [военных пулеметов]. Я уверен, базы есть у тульского завода, но они не торопятся их продавать. «Мосинки» закончились, ДП‑27 и ППШ закончились, ППС закончились – их было очень мало, и мы продали их буквально за полгода. ДП, возможно, у нас появятся, но ценник у них будет в районе 120–150 тысяч».

Оружие должно было закончиться, потому что последняя передача была произведена еще при Сердюкове,  так прокомментировал ситуацию эксперт по оружию, главный редактор журнала «Калибр» Александр Кудряшов. С тех пор кран по каким-то причинам перекрыли. К тому же в 2016‑м Дума начала кампанию против огражданенного оружия или СХП.  Впрочем, основные претензии были не к охотничьему оружию, а к охолощенному.

«Охолощенка» – это джинн, вынущенный из бутылки, – пояснил «Профилю» главный редактор журнала «Калашников» Михаил Дегтярев. – Очевидно, что некоторое количество этого оружия попадает в подпольные мастерские для переделки в огнестрельное и дальнейшего оборота на чёрном рынке. Повод для беспокойства совершенно реален и криминальная хроника с завидным постоянством это подтверждает.  Дело в том, что СХП оружие в отличие от настоящего продавалось всем желающим без каких-либо лицензий, соответственно и переток его в тень нельзя было ни пресечь, ни проконтролировать».

Мог сыграть роль и фактор конкурентной борьбы – дело в том, что гражданский рынок РФ мал и продолжает сжиматься, поскольку процедура получения лицензий на покупку огнестрела становится все сложнее и дороже. Если суммировать стоимость необходимых медосвидетельствований, обязательного обучения, покупки оружейного шкафа, то получим цифру порядка 20 тыс. руб. Только с 2017‑го по 2019 год число вооруженных россиян, по данным Росгвардии, снизилось с 4,3 млн до 3,9 млн человек. Поэтому продавцы борются буквально за каждую лицензию на покупку, и приемы борьбы могут быть не очень спортивными.

©Сергей Бобылев / ТАСС


Слонобой из Коврова

Самым негражданским огражданенным образцом, пожалуй, можно считать тяжелую «антиматериальную» снайперскую винтовку АСВК (6 В7 по индексу ГРАУ) от ковровского ЗиД. Она имеет калибр 12,7х108 мм, используется для поражения легкобронированных целей. На гражданский рынок АСВК поступила в конце 2017 года под обозначением 6 В7‑КОС.

«Вот и закончилась моя многогодовалая эпопея с сертификацией очередного революционного калибра на гражданский рынок России. На этот раз им стал калибр 12,7х108. Я сделал былью сказку. Я в очередной раз собой горжусь. Спасибо всем, кто в это поверил и был со мною. Это замечательные люди. Честные и обязательные. Таких сейчас мало…» – так написал владелец девайса, добившийся его сертификации в качестве охотничьего оружия. Более-менее достоверно известно лишь об одном образце такого оружия. Из элементов огражданивания на нем стоит штифт в стволе и нанесено кернение на зеркале затвора, чтобы оставлять метки на пуле и гильзе. Цена устройства – 1,5 млн руб., стоимость отечественного патрона калибра 12,7 мм – 300–350 руб. за штуку.

В начале 2010‑х в российских оружейных магазинах имелись в продаже американские магазинные винтовки Barret M82A1 под патрон 12,7х99 НАТО или .50BMG.


Так, один из участников рынка на условиях анонимности заявил, что, по его информации, концерн «Калашников» лоббировал вытеснение с рынка старого огражданенного оружия. «Это единственная компания, обладающая достаточными лоббистскими возможностями», – уверен он. Сам концерн активно продвигает конверсионное и охолощенное оружие, но современные образцы, на базе своей военной продукции. Можно допустить, что лишняя конкуренция со стороны старого «железа» ему не нужна. Но каких-либо подтверждений у данного тезиса нет, не удалось найти в открытых источниках и высказываний представителей концерна против огражданивания исторического оружия.

«Профиль» отправил запрос в «Калашников», однако на время сдачи материала ответа не было. Кстати, в ассортименте концерна недавно появились две конверсионные новинки – карабины TR3 в калибрах 5,45 и 7,62 мм и MR1 в калибрах 7,62х54 и.308 Win. Первый является гражданской версией автоматов АК‑12 и АК‑15, второй – снайперской винтовки Чукавина СВЧ. Согласно информации, озвученной в ролике «Калашников‑медиа», единственное отличие TR3 от боевого прототипа – это отсутствие режима автоматического огня, блокиратор приклада, не позволяющий вести огонь в сложенном положении, и гражданская маркировка. Стоит карабин 69 тыс. руб., правда, в свободной продаже его нет, но можно оформить предзаказ.

Что касается трофейного немецкого оружия, то по крайней мере на часть его у Минобороны свои специфичные планы. В январе 2018 года глава ведомства Сергей Шойгу заявил, что ступени главного храма Вооруженных сил России близ парка «Патриот» предполагается отлить из трофейной техники и вооружения. Позже в качестве возможного сырья были продемонстрированы находящиеся на складах МО пистолеты Люгера, вальтеры, а также пулеметы MG‑42. Инициатива вызвала неоднозначную реакцию. По информации с американских оружейных сайтов, цена оригинального парабеллума сейчас составляет от $1,5 тыс. до $2,7 тыс., о ценах на огражданенный германский длинноствол говорилось в начале статьи. Возможно, залежавшемуся на складах трофейному «железу» можно было бы найти и лучшее применение.

Читать полностью (время чтения 10 минут )
Оперативные и важные новости в нашем telegram-канале Профиль-News
Больше интересного на канале Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK