logo
22.10.2018 |

Излишняя резкость

Рынок фото- и видеотехники ожидают великие технологические потрясения, которые, по сути, фотографам уже не нужны

Фото: Shutterstock

В одной из самых технологически продвинутых отраслей экономики – индустрии фото- и видеокамер – грядут большие перемены. Об этом стало известно на недавней выставке Photokina 2018, где были не просто презентованы очередные новинки, но заявлен вектор развития рынка, связанный с воцарением беззеркальных камер.

И хотя рынок давно поделен между известными брендами, а более 90% продаж приходится всего на одну страну – Японию (Canon, Nikon, Sony, Panasonic, Olympus, Fujifilm, Pentax), и вход на него новичкам, в том числе российскому «Зениту», заказан, в ближайшее время на нем будет разворачиваться интригующая конкуренция.

Но больше всего индустрию беспокоит другой, более масштабный процесс – наступление смартфонов, камеры которых снимают все лучше, ежегодно «откусывая» у фотоаппаратов миллиарды долларов прямых продаж. В перспективе развитие «вычислительной фотографии» может стать революцией, превосходящей по размаху ту, что произошла в начале XXI века, – замену пленочных камер на цифровые. Следом изменятся и статус фотоискусства, и наше отношение к фотографии в целом, ведь именно модернизация техники задает новые горизонты творчества.

Что собой представляет передовая камера сегодня и как она будет выглядеть завтра, «Профиль» выяснил у экспертов рынка.

Добро пожаловать в Беззеркалье!

С начала XXI века облик фотоаппаратов изменился до неузнаваемости. В конце 1990‑х из лабораторий вышли первые цифровые камеры (Digital single-lens reflex camera – DSLR) – Nikon D1, Canon EOS 1D, Fujifilm FinePix S1 Pro. В 2000‑е эти и последующие модели вытеснили с рынка пленочные фотоаппараты. Массивная черная зеркалка считалась символом качества.

Параллельно на рынке продвигались компактные камеры («мыльницы»), но «шумная» картинка и отсутствие сменной оптики не позволяли относиться к ним всерьез. Постепенно оформилась идея соединить в одном устройстве достоинства DSLR-камеры и миниатюрность «мыльницы». Первые такие «гибриды» в 2008–2009 годах выпустили Panasonic и Olympus – сложные оптико-механические компоненты в них заменила развившаяся к тому времени электроника. По аналогии со «старшими братьями» их назвали беззеркалками (Mirrorless interchangeable lens camera – MILC, в русскоязычной литературе – БЗК).

Позже лидером этого сегмента стала Sony, принявшись с моделей NEX‑3 и NEX‑5 2010 года последовательно апгрейдить беззеркальный формат. В итоге размер матрицы увеличился с изначально придуманного для БЗК стандарта Micro 4/3 до зеркальной классики – полного кадра (Full frame – FF). Беззеркальная FF-камера Sony Alpha 7M3, выпущенная в начале 2018 года, сегодня считается самой продвинутой на рынке.

Постепенно в сегмент беззеркалок подтянулись остальные производители – от «попсового» Samsung до статусной Leica. За считанные годы произошел слом сознания: малогабаритные камеры вместо «неполноценных» стали восприниматься как удобные, а тяжеловесные зеркалки, напротив, вызывать иронию. Вирусный эффект приобрел промобаннер Fujifilm, где в нескольких рисунках показана «эволюция» фотографа: сначала он согнут под весом техники, затем избавляется от лишних сумок и вот уже, распрямив спину, гуляет налегке с беззеркалкой.

И хотя по доле в объемах продаж DSLR-камеры пока еще обходят своих «карликовых» соперников (ожидается, что паритет будет достигнут в ближайшие месяцы), популярность последних в 2018 году вышла на новый уровень. На сентябрьской выставке Photokina в Кельне свои беззеркалки представили лидеры рынка Canon и Nikon. Более символичный шаг нельзя представить: много лет эти гиганты смотрели на MILC свысока, уверенно разрабатывая зеркальную нишу. Правда, в 2011–2012 годах они запустили беззеркальные системы Nikon 1 и Canon EOS M, но те аппараты уступали конкурентам и не стали хитами на рынке.

Теперь же компании подошли к делу со всей серьезностью: обе системы, Canon R и Nikon Z, имеют FF-матрицу, то есть бросают вызов Sony Alpha 7M3. При этом новинка от Nikon превосходит ее по характеристикам дисплея и видоискателя, имеет больший диаметр байонета (разъема для объектива), что расширяет возможности монтажа светосильной оптики, а весит на 80 граммов меньше. Canon традиционно хочет взять свое разно-образием моделей – в 2019 году анонсирован выпуск различных вариаций новой камеры, от «облегченных» до еще более технологичных. Дополнительные анонсы могут последовать на выставке PhotoPlus в Нью-Йорке в конце октября.

«Из-за невнимания к теме БЗК Nikon и Canon лишились целого сегмента на рынке и теперь пытаются догнать уходящий поезд, – комментирует фотограф, основатель проекта Fototips.ru Игорь Скрынников. – Но им будет сложно. Ведь семейство фотоаппаратов развивается годами, к нему выпускается набор объективов. Если доступной оптики мало, камера теряет привлекательность, какой бы мощной она ни была. Сейчас для Nikon Z в наличии есть всего три объектива, а для Canon R они вовсе не выпущены, и я знаю людей, которые по этой причине предпочли развитую систему Sony».

Но решительный шаг Canon и Nikon оказался в тени другой новости Photokina 2018. Новый производственный альянс создают Leica, Panasonic и Sigma: компании будут выпускать беззеркалки самостоятельно (полнокадровые модели от Panasonic и Sigma поступят на рынок в 2019 году), но их объединит общий байонет. В этом суть «сговора»: традиционно компании делают байонет уникальным, чтобы «подсадить» пользователей на свою продукцию, теперь же создается крупнейшая система с обширным парком оптики. Альянсов такого уровня на рынке еще не было: ни Sony + Carl Zeiss, ни Nikon + Tamron недотягивают по совокупной научно-производственной мощности.

Таким образом, если не считать элитные модели Leica, то минувшим летом на фоторынке присутствовала всего одна полнокадровая БЗК (Sony), а в следующем году их будет пять (плюс Canon, Nikon, Panasonic, Sigma). По мнению Игоря Скрынникова, это говорит о том, что новый формат получил признание у профессионалов. «До недавнего времени беззеркалки считались игрушкой для любителей, а теперь захватывают фотографов любого уровня, – объясняет он. – У зеркальных камер не осталось преимуществ, кроме привычки пользователя. Да, есть незначительные плюсы – оптический видоискатель, длительное время работы от аккумулятора. Но по другим параметрам БЗК компенсируют это с лихвой – например, могут бесшумно снимать на электронном затворе. Эта локальная революция продолжает то, как развивалась фотография последние 150 лет: по пути упрощения. Когда-то фотографы были алхимиками: нужно приготовить раствор, проявить пленку, высушить… А теперь достал из кармана и одним нажатием сделал красивый кадр».

Правда, когда БЗК «повзрослели», их изначальное свойство – компактность – ушло на второй план. Ведь для профессионала она не столь важна по сравнению с качеством снимков. Поэтому новые Nikon и Canon лишь на четверть легче своих зеркальных аналогов, а обещанный «фулфрейм» от Panasonic выглядит еще массивнее. Даже всегда стремившаяся к изяществу линейка Fujifilm в этом году пополнилась увесистой моделью X‑H1.

«Появится ли еще на рынке хотя бы одна FF-зеркалка – большой вопрос, – рассуждает проектировщик фототехники, автор Youtube-канала с обзорами новинок Михаил Топтыгин. – Их прогресс в последние годы и так затормозился. Конечно, промышленное производство старых моделей продолжится, ведь и пленочные камеры до сих пор штампуют. Но пользоваться ими будут только консервативные студийщики старше 35 лет, принципиально не принимающие БЗК. Идеологическому же доминированию зеркалок месяц назад был положен конец».

Friedemann Vogel⁄EPA⁄Vostock Photo
Главные фотоновинки года обсуждались на сентябрьской выставке PhotokinaFriedemann Vogel⁄EPA⁄Vostock Photo

Цвета добавить по вкусу

Как, учитывая сегодняшнюю конъюнктуру, выбрать аппарат себе по плечу? Для начала следует определиться с физическим размером матрицы – сердца фотокамеры.

Чем больше на ней размещено светочувствительных элементов (сенселей, не путать с пикселями), тем меньше камера «шумит» при плохом освещении, лучше передает многообразие оттенков (динамический диапазон) и мелкие детали объектов. Micro 4/3 (18x13,5 мм), APS-C («кроп», 23,5x15,6 мм), Full frame (36х24 мм), средний формат (44х33 мм и более) – каждый из этих форматов по-своему любопытен. Общая тенденция к увеличению матриц касается лишь флагманских камер, в остальном же бренды стремятся развивать линейки в разных направлениях, предлагая модели на любой вкус и кошелек.

Так, представители Panasonic, анонсировав выпуск Full frame, заверили, что не откажутся от поддержки серии Lumix DC-GH с матрицей Micro 4/3. В Fujifilm заявили протест центральному статусу «фулфрейма»: в бюджетном сегменте компания разработала качественный «кроп» (камеры X‑series), а состоятельным покупателям предложила среднеформатную модель GFX 50S.

В то же время Sony, захватив лидерство в продажах FF-камер, открестилась от соперничества с Fujifilm в среднем формате. А руководители Olympus вовсе решили не выходить за пределы Micro 4/3, делая ставку на компактность аппаратов. «Olympus ориентируется на любителей-путешественников, – поясняет Игорь Скрынников. – Их реклама призывает: будь модным, современным, катайся по миру, снимай на Olympus. Такая жизнь в стиле Instagram. Камеры Fujifilm тоже привлекают новичков, но за счет качественной оптики этот бренд интересен и профессионалам. Canon, Nikon, Sony – это в первую очередь «рабочие лошадки».

Примечательно, что ценовая иерархия камер не слишком зависит от размера матрицы: «микра» от Panasonic и «кроп» от Fujifilm стоят дороже иных «фулфреймов». Причем раньше камеры с разными матрицами находились в разных ценовых категориях, ведь большую матрицу сложнее изготовить. Но по мере развития технологий эти границы стираются.

Помимо совершенствования сенсоров, индустрия трудится над целым рядом второстепенных качеств камеры. Главные из них – быстродействие автофокуса (который первоначально в БЗК уступал зеркалкам и лишь в последние пару лет вышел на сопоставимый уровень), скорость серийной съемки (зависит от мощности процессора и объема оперативной памяти) и эргономика.

По «дополнительным показателям» впереди камеры Sony, утверждает Скрынников: «Поскольку Sony раньше конкурентов начала заниматься беззеркалками, у нее накоплен определенный опыт. В новых моделях автофокус определяет человека вдалеке по силуэту, вблизи работает следящий фокус по глазам, скоро будет реализована фокусировка по глазам животных. Для сравнения: у Nikon в новой БЗК нет возможности определять глаза. У Fujifilm фокус по глазам есть, но работает не так хорошо. Иными словами, конкуренция идет не только по модулям автофокуса, но и по алгоритмам работы. Что касается серийной съемки, то у Sony A9 она достигает 20 кадров в секунду. Правда, у других производителей можно встретить опции 30 и даже 60 кадров в секунду, но с оговорками: по длине серии, работе автофокуса, размеру кадра. И, наконец, эргономика. Это довольно субъективный фактор. Nikon многим фотографам не нравится из-за расположения кнопок, странной логики управления. Fujifilm мешает фирменный ретродизайн, не предполагающий современных удобств. В Sony же нашли баланс: кнопки там, куда пальцам легко дотянуться».

Также компании привлекают публику модными «обвесами» в фотоаппарате: Wi-Fi, Bluetooth, встроенные программы-фоторедакторы. Как отмечает Скрынников, ни в одной камере эти новшества не прижились. «Пока они работают немного криво, о бортовом компьютере в камере не стоит и мечтать, – говорит он. – Во многом потому, что, как эти опции ни рекламируй, для пользователей они не становятся критерием выбора камеры. В итоге пропадает стимул серьезно над ними работать».

Любопытно, что в Сети часто встречаются обзоры, где камеры разных фирм сравниваются по цветопередаче. Профессионалы над этим посмеиваются: они снимают в универсальные RAW-негативы, из которых при обработке можно получить любые цвета. Но в последнее время бренды оценили запросы неискушенной публики и стали развивать цветовые решения для «обывательского» формата JPEG – по аналогии с Instagram-фильтрами, преображающими заурядные изображения.

«Дальше всего в этом направлении продвинулась Fujifilm, – комментирует Скрынников. – Это неудивительно: у компании 80 лет опыта в изготовлении фотопленки, в «колдовстве» с химией для получения художественного контраста, насыщенности. Выйдя на рынок цифровой фотографии, Fujifilm сделала цветопередачу своим фирменным знаком, предлагая в камере режимы моделирования пленки. Такую же задачу ставит перед собой Olympus, но у него картинка более «попсовая». Canon и Nikon консервативны, у них реалистичные цвета без изюминки. А вот Sony на этом поле аутсайдер: ее файлы требуют обработки, иначе картинка довольно унылая».

По словам видеооператора, руководителя студии «Ленвидео» Сергея Щербакова, эксперименты с цветом продолжают тренд на упрощение, который привел к появлению беззеркалок. «Я пришел в фотографию с ТВ, и мне всегда казалось естественным выставить цвет при постобработке, это считалось признаком профессионализма, – рассказывает он. – Теперь это уходит в прошлое. «Фотошопить» больше не нужно».

Shutterstock
Трудоемкая обработка фотографий может уйти в прошлое – производители камер разрабатывают цветовые фильтры, чтобы красивая картинка получалась сразуShutterstock

У каждого свое кино

Отдельный критерий для сравнения современной фототехники – режим видеосъемки. Исторически за нее отвечала другая аппаратура – любительские («рукавички») и телевизионные видеокамеры, громоздкие кинокамеры. Первый удар по ним нанесли зеркалки, но даже в лучших из них видеорежим был реализован номинально, как приятный бонус. Только в БЗК началось его активное освоение: в 2010‑х годах пришло понимание, что в дополнение к фотографии часто требуется «движущаяся картинка» – будь то свадебная съемка или акция по продвижению продукта.

«Сегодня у фотографа один путь к конкурентным преимуществам на рынке: наряду с фото снимать видео, – делится Скрынников. – Еще пять лет назад это было недоступно, поскольку качество видеороликов сильно отставало от фотографий. Но теперь разрыв нивелирован. Причем конкуренция разворачивается в режиме реального времени. Так, в прошлом году в сегменте видео лидировали камеры Panasonic. Но их возможности ограничивал размер матрицы, и в итоге Sony, доработав видеорежим, весной обогнала Panasonic на «фулфрейме» Alpha 7M3. И вот пожалуйста: осенью Panasonic объявляет о выпуске собственного FF. Одновременно Fujifilm выпускает X‑T3 с полным апгрейдом видеорежима, и тут же появляется Nikon Z, превосходящий Sony за счет большого байонета. Но Sony не дремлет: на подходе модификация Alpha 7MS3, заточенная под профессиональных операторов. Это не преувеличение: с нынешними фотоаппаратами вполне можно снимать «настоящее» кино».

«Чем кинокамера отличается от видеокамеры? – задается вопросом Михаил Топтыгин. – Вторая не имеет съемной оптики. Первая – имеет, но стоит сотни тысяч долларов. Теперь же за пару тысяч вы получаете готовый комплект киноаппаратуры. Это уже произвело революцию в интернет-медиа, превратив их из текстовых в мультимедийные, породив тьму видеоблогеров. Кто знает, может быть, впереди переворот в независимом кино? В любом случае слова «фотоаппарат» и «видеокамера» устарели – сегодня это универсальные медиаустройства. А на нишевом видеорынке остались только экшн-камеры для съемки в экстремальных условиях».

Shutterstock
Слова «фотоаппарат» и «видеокамера» устарели – сегодня это универсальные медиаустройства, с помощью которых можно и записать ролик для Youtube, и снять полнометражное киноShutterstock

Объективные обстоятельства

Обзор рынка фототехники был бы неполон без разговора об оптике. Ведь камера только обрабатывает поступающие на матрицу лучи света – сама же картинка, начиная с охвата пространства и заканчивая художественными свойствами, зависит от линзы. В этом плане замена компактных «мыльниц» на БЗК со сменной оптикой стала золотой жилой для рынка: предполагается, что к каждому фотоаппарату потребитель купит несколько линз для разных нужд и их суммарная стоимость в 3–4 раза превысит затраты на саму камеру.

Сам по себе рынок объективов более консервативен. Если совершенствование матриц – это сфера микроэлектроники, где инновации идут непрерывно, а мощности, согласно закону Мура, растут в арифметической прогрессии, то объективостроение – часть более «неповоротливой» машиностроительной отрасли. Физику не обманешь: по мере увеличения светосилы (максимального значения диафрагмы) у оптики пропорционально возрастают габариты и цена. «Воздушная» картинка объектива с f/1,4 обойдется вдвое дороже и тяжелее, чем с f/2,0,  и точка.

В то же время оптике есть куда развиваться. Достаточно сравнить объективы пленочных и современных камер. Раньше съемка на открытой диафрагме грешила «мылом» (хроматическими аберрациями) на контурах объектов. Теперь же благодаря добавлению асферических элементов всегда можно получить ясную картинку.

Показательна линейка линз, недавно представленных Nikon в комплекте с новой БЗК (24–70 мм f/4, 35 мм f/1,8, 50 мм f/1,8). Если судить по их номинальным характеристикам, модели не выдающиеся – такие обычно рекомендуют любителям. Но представители Nikon заверили скептиков, что это не те же стекла, которые много лет назад были выпущены для зеркалок: инженеры творчески переосмыслили их, и картинка получилась объемнее, контрастнее, резче. Судя по первым отзывам, это действительно так.

Другие бренды также разрабатывают линейки премиальной оптики (Sigma Art, Sony G Master, Zeiss Otus, Canon L) с неслыханным прежде качеством изображения. «Раньше ассортимент оптики укладывался в две категории: высококлассная для профи и посредственная для любителей, – комментирует Игорь Скрынников. – Теперь же тот результат, который прежде был доступен только профессионалам, можно получить и на бюджетном объективе. В свою очередь, премиум-модели шлифуются до идеала – настолько, что это уже представляет проблему для фотографов. Например, при съемке портрета линза так отрабатывает резкость, что становятся видны все дефекты кожи, и фотографу приходится их ретушировать».

По словам Михаила Топтыгина, в ближайшие годы успехи в объективостроении определят соотношение сил среди фотобрендов. «Когда Sony, Canon, Nikon и Panasonic подравняются по камерам, каждый выпуская свою FF-БЗК, им будет важно выдержать гонку по производству стекол, – говорит он. – Кто отстанет, того и понесут с рынка вперед ногами».

При этом компаний, специализирующихся на оптике, куда больше, чем производителей камер. Много лет на этом рынке работают авторитетные Carl Zeiss, Sigma, Tamron, Tokina, выпускающие линзы с поддержкой автофокуса. Стоят они при этом не меньше, чем «родные». Но в последние годы на рынок вышли относительно молодые бренды, предлагающие оптику с ручной фокусировкой, – корейские Samyang и Walimex, китайские Meike, Viltrox, Mitakon, Laowa, YongNuo. Спасибо беззеркалкам – в них появилась опция фокус-пикинга, облегчающая наводку на резкость. Оставшиеся неудобства компенсирует цена: подобные объективы стоят в 2–3 раза дешевле «родных».

«Оказалось, что это колоссальная ниша на рынке, на которую в годы зеркалок никто не обращал внимания, – комментирует Скрынников. – Предполагалось, что ручная фокусировка осталась в пленочном веке. Но нет. Лично знаю людей, которые покупают китайско-корейские мануалы, просто «чтобы был». Даже сейчас, при высоком курсе доллара, их стоимость не кусается».

Производители камер охотно делятся со «стекольщиками» спецификацией байонетов, ведь обилие линз им только на руку. В итоге если в XX веке фотолюбителям были доступны в основном портретные объективы (50 мм на FF – стандарт многих поколений), то теперь есть из чего выбрать: широкоугольные стекла, «фишаи», макрообъективы, телевики. «Игрушечные» Lensbaby и Fujian обладают оптическими эффектами вроде «мечтательного» размытия и «миража»; New Petzval напомнил о легендарном объективе середины XIX века с «психоделическим» размытием фона; Laowa выпустила длинный, похожий на хобот макрофокусный объектив для наблюдения за насекомыми; Irix создает «ширики», позволяющие не искажать геометрию при завале перспективы.

Добавим, что столь же активно подобные компании осваивают рынок аксессуаров: автофокусных адаптеров, переходников, телеконвертеров, поляризационных и ND-фильтров, спусковых тросиков, внешних видо-искателей, штативов, стабилизаторов. Стоит зайти в соответствующие разделы Ebay и Aliexpress, и вы окунетесь в удивительный мир фотогаджетов, знакомых российским торговым сетям только понаслышке.

Shutterstock
Стоимость связки объективов для разных задач может в 3–4 раза превысить затраты на камеруShutterstock

В «Зените» бесславия

Представлена ли на мировом фоторынке Россия? В былые времена страна производила массу техники – в чуланах россиян до сих пор пылятся «Зениты», «Фэды», «Зоркие», «Киевы», «Смены». Советская фотопромышленность поднялась за счет реплик немецких фотоаппаратов (чертежи и оборудование получены в качестве репараций после Великой Отечественной войны), а к началу 90‑х годов отстала от зарубежных аналогов. Но ни это, ни закрытость советской экономики не мешали экспорту фототехники: по разным оценкам, за рубеж отправлялась четверть всех камер, и не только в страны соцлагеря, но и в Западную Европу.

В постсоветской России фотоиндустрию представляет Красногорский механический завод, который в 90‑х годах продолжал выпускать пленочные камеры, а с началом эры цифрового фото сосредоточился на объективах «Зенитар» (экс-«Гелиос»). Месяц назад все изменилось: завод официально представил полнокадровую беззеркалку Zenit M, первый российский цифровой фотоаппарат, продажи которого стартуют в 2019 году.

Успех? Да, если закрыть глаза на нюансы. Во‑первых, это совместное производство «Зенита» и Leica, де-факто – известная на рынке камера Leica M (Typ 240) в корпусе с надписью Designed in Krasnogorsk. Во‑вторых, Zenit M доступен всего с одним объективом, да и тот без автофокуса. В‑третьих, цена 5500 евро – втрое дороже, чем Sony Alpha 7M3, – не слишком вдохновила фотографов. «Кажется, тут забыли убрать один ноль»; «Чуть не пролил кофе, увидев эту цифру» – таковы комментарии пользователей на зарубежном сайте Mirrorlessrumors.com.

«Признаться, я разочарован, – говорит Топтыгин. – Красногорский завод успешно выпускает оптику для военных заказов. Казалось бы, мощное предприятие. Чем же они занимались все то время, пока говорили о первом российском фотоаппарате? Неужели у нас нет талантов, способных создать народный продукт, каким в свое время были пленочные «Зениты»? Ведь на эти разработки выделяются бюджетные деньги. Вспоминается история начала 2010‑х годов в Казахстане, когда президент Назарбаев торжественно открыл завод по производству планшетов «Акку». Потом выяснилось, что «казахские» планшеты закуплены в Китае, а этот завод их разбирает и собирает заново. Кажется, похожая история произошла в Красногорске. Взяли Leica двухлетней давности, переименовали и даже не сбросили цену ради приличия».

«В Красногорск пришла новая команда, и результаты ее деятельности видно по части маркетинга, продвижения, – добавляет Игорь Скрынников. – Вот и новый «Зенит» – это просто пиар-ход. Дело даже не в цене – хотят выпустить всего 500 экземпляров. О каком рынке можно говорить? Это камера для коллекционеров, возможно, для патриотичных чиновников. Сможет ли «Зенит» включиться в мировую гонку производителей? Не вижу смысла это делать – рынок очень насыщенный. Самостоятельно Красногорск камеру не сделает. Можно, конечно, целиком выкупить чужое производство, но зачем? Бренд «Зенита» априори проигрывает конкурентам. Потребители всегда предпочтут отработанную и предсказуемую систему».

И все же в Красногорске не отказываются от идеи экспансии на мировой рынок. В следующем году обещано выпустить еще одну камеру и два объектива.

Пресс-служба Швабе⁄РИА Новости
Первый российский цифровой фотоаппарат Zenit M с одним объективом без автофокуса вызвал нарекания пользователей еще до начала продажПресс-служба Швабе⁄РИА Новости

Размытие бизнес-плана

Несмотря на всю остроту соперничества брендов, оно не приводит к кардинальному переделу рынка. Тройка лидеров не меняется много лет: Canon – 49,1%, Nikon – 24,9%, Sony – 13,3% (данные Nikkei ILC market share report 2018). Более того, и технический прогресс не решает проблемы игроков индустрии. Да, отдельные параметры камер совершенствуются. Ежегодно удваивается предельная светочувствительность: для матриц APS-C она выросла за 10 лет с ISO800 до ISO51200. Все выше четкость видео: на смену FullHD повсеместно приходит 4K, Panasonic обещает в 2020 году презентовать 8К. Все больше мегапикселей в фото: 12, 16, 24, 30, 45…

Теоретически у этого процесса нет границ. Но на практике потолок близок, считает Игорь Скрынников: «По светочувствительности аппараты достигли такого уровня, что на них можно снимать почти в полной темноте, и дальнейший рост показателя ничего не меняет. Аналогичная ситуация с мегапикселями. Не случайно новые модели Sony и Nikon выходят в модификациях на 20 и на 40 Мп. Потому что 40 никому не нужно, если только вы не печатаете снимки в большом размере. Разрешение 24 Мп позволяет решить все задачи, при этом экономя место на жестком диске. То же и с видео. Камеры с 4К редко используются на максимальных настройках: файл получится слишком «тяжелым», под него нужны особые карты памяти, мощный компьютер. Зачастую телевизоры поддерживают только FullHD, не раскрывая потенциал изображения 4K. Да и игровые приставки не всегда используют 4К, поскольку это огромный массив информации, калькуляции. А ради чего? Это не вводит игрока в принципиально иное состояние. Визуальное искусство нас удивляет, развлекает – здесь важен вау-эффект. А от большего числа кадров в секунду – 140 вместо 96 – он не появляется. Скоро бренды упрутся в то, что людям неинтересны дальнейшие улучшения. И что тогда делать?».

Все чаще можно слышать мнение, что на самом деле фотопредприятиями заправляют не гениальные инженеры, а хитрые маркетологи. Ведь им каждый год нужно «скормить» публике новую модель, поэтому даже небольшие улучшения подаются как неслыханные инновации. Известны случаи, когда маркетологи годами «придерживали» интересную разработку перед выходом на рынок: ведь если конкурентам нечем ответить, зачем выкладывать на стол козырь?

Фотографу грех жаловаться на такую ситуацию, замечает Сергей Щербаков. Из нее следует, что, раз купив фотоаппарат, можно пользоваться им несколько лет, не боясь сильно отстать от прогресса. «Как в гонке «Формулы‑1», соперники идут более-менее вровень, – рассказывает эксперт. – Какие бы камеры последних лет мы ни взяли, все одинаково хороши. Да, они обгоняют друг друга в деталях, но в конечном счете даже профессионалы с трудом отличают, что на какую камеру снято, где модель за $500, а где за $5000. Может быть, где-то в полутенях разница есть, но она не влияет на эмоциональное восприятие кадра. В скором будущем у фотографов будет один и тот же инструмент. Как во времена Пушкина: у всех одинаковые гусиные перья, но кто-то пишет ими чепуху, а кто-то – гениальные стихи».

Нехватка технологических прорывов оборачивается для покупателя еще одной выгодой: бренды пытаются обойти друг друга по цене. Ради этого производство в значительной степени «эмигрировало» из Японии: сегодня камеры и оптику собирают в Китае, Малайзии, Таиланде, Вьетнаме.

По мнению Михаила Топтыгина, за качество техники Made in China можно не переживать. «Японская сборка, возможно, качественнее – я был на местных заводах, это недостижимый уровень, – признается он. – Но и на китайских предприятиях качество контролируют японцы, так что там не забалуешь. Главное, что за счет переноса экономится до 50% себестоимости продукта – на рабочей силе, таможенных сборах. Если штамповать фотоаппараты только в Японии, половина желающих не смогут их себе позволить. А сейчас мы получаем качественную технику за относительно небольшие деньги».

Особенно аккуратно к вопросу ценообразования подходят российские филиалы фотобрендов, ведь с 2014 года вся техника для россиян подорожала вдвое – пропорционально курсу доллара. Покупателей привлекают сезонными скидками, проводят тест-драйвы и мастер-классы, формируя вокруг бренда лояльную аудиторию.

«Совсем уж российский рынок после 2014 года не обвалился, – возражает Скрынников. – Каждый раз, когда новая камера появляется в предзаказе, первую партию сметают моментально. Причем перехода на бюджетные модели не замечено: тот, кто хоть раз пользовался топ-камерой, уже не купит дешевую. Вместо этого россияне стали чаще присматриваться к б/у предложениям на профильных форумах и «Авито».

Shutterstock
Главная угроза для фотоиндустрии – смартфоны, которые научились снимать вполне прилично, если не присматриваться к деталям, а просто делиться снимками в соцсетяхShutterstock

Вымирающий вид

По данным GfK, продажи фотоаппаратов в России в 2018 году снизились на 19% в штуках и на 7% в деньгах. Но рынок «подвис» не только в нашей стране. По оценке Hexa Research, его показатели снижаются во всем мире с 2012 года. В 2014‑м суммарный объем составлял $24,4 млрд, в 2017‑м – $18,6 млрд. До 2023 года аналитики прогнозируют ежегодное падение на 12% – до итоговых $8,9 млрд.

Причина проста – смартфоны. Чем дальше, тем успешнее они мимикрируют под солидную фототехнику: на смартфон можно снимать RAW-негативы, а затем проявлять в специальных приложениях, менять фокусное расстояние камеры с помощью объективов‑клипс, добавлять размытие заднего плана при съемке портретов. Характеристики Huawei P20 Pro, телефона–обладателя самой мощной камеры, внушают уважение: 40 мегапикселей, диафрагма f/1,8, наличие телевика (оптического зума).

Достигнут ли паритет смартфона и фотоаппарата по техническому исполнению кадров – тема, провоцирующая жаркие дискуссии в Сети и заслуживающая отдельной статьи. Эксперты считают, что вопрос не в том, может ли смартфон в принципе заменить фотоаппарат, а в том, для какого процента пользователей эта замена приемлема.

«Всегда будут энтузиасты, для которых наличие фотоаппарата – признак принадлежности к определенной субкультуре, вроде байкеров или меломанов, – отмечает Скрынников. – Но стоит выйти за пределы этого круга и посмотреть, на что снимают, например, туристы в Анталье, как мы увидим, что если раньше все поголовно ходили с зеркалками, то теперь минимум половина – с айфонами. Конечно, если их снимки увеличить до 100-процентного размера, то картинка будет не слишком приятной. Но в том-то и дело, что так никто не увеличивает. И на бумаге, где были хорошо видны шероховатости, не печатает. Мы живем в мире, где все – картинки в соцсетях, иллюстрации к статьям – ужимается до 700 пикселей по ширине. А при таком размере хватит и смартфона».

По наблюдениям Михаила Топтыгина, в последние годы с рынка исчезли любительские «мыльницы» – остались только компакты с 30‑кратным зумом, который не может быть воспроизведен на смартфоне. «Скоро уйдут зеркалки младшего сегмента, – прогнозирует он. – Жизнь на фоторынке теплится только благодаря топовым моделям камер. Формируется четкое разделение: либо у тебя смартфон, либо мощный мультимедийный «комбайн». Камера как стильная безделушка осталась в истории».

Тем временем смартфоны захватывают не просто любителей-отпускников, но и кинорежиссеров. В этом году на экраны вышел триллер Стивена Содерберга «Не в себе», снятый на iPhone 7 Plus. Ранее подобные эксперименты проводили Мэттью Черри («Девять поездок»), Шон Бэйкер («Мандарин»), Джэй Альварез («Я играю с фразами»), Рики Фосхайм («Сложно обмануть себя») и другие.

Сегодня игроки фотоиндустрии научились жить с этой угрозой, приняв как данность необходимость конкурировать на сжавшемся рынке. Но что будет дальше? Развитие смартфонов раскручивает маховик «вычислительной фотографии» – методов программной манипуляции с изображением, до неузнаваемости преобразующих поступивший на матрицу пучок света.

Строго говоря, «девственной» картинки, не тронутой вычислительным процессом, нет ни в одной современной камере. Тональная обработка заменила цветные стекла, которые фотографы накручивали на объектив полвека назад, чтобы получить на снимке определенный колорит. В новых смартфонах камера в режиме HDR включает мультиэкспозицию, накладывая поверх друг друга несколько кадров и тем самым расширяя динамический диапазон сцены. Активно используется искусственный интеллект, распознающий в кадре предметы и сюжеты и подбирающий к ним соответствующий визуальный эффект.

Следующий шаг – объединение изображения с нескольких объективов. Впервые это было реализовано в смартфоне HTC One (M8) 2014 года, оснащенном двумя линзами. Сейчас Huawei P20 Pro использует три камеры для повышения четкости кадра при зуммировании. В 2019 году ожидается смартфон Nokia с пятью камерами.

Более радикальный вариант – представленная пару лет назад камера Light L16. В нее встроены 16 объективов: пять с фокусным расстоянием 35 мм, пять – с 70 мм, шесть – с 150 мм. Во время нажатия на спуск они срабатывают вместе, а затем из множества изображений камера комбинирует один суперкадр с разрешением 52 Мп. После чего фотограф волен выбрать фокусное расстояние и глубину резкости по своему усмотрению. Промахнулся с фокусом или ошибся в построении кадра? Не беда: можно изменить «реальность» после того, как она зафиксирована. В планах у компании Light – выпуск смартфона с девятью объективами.

Аналогичные продукты поставляет на рынок компания Lytro: в ее камере Illum после съемки можно изменить значение диафрагмы или сфокусироваться на другом объекте. Принцип работы Illum немного отличается – это камера светового поля (пленоптическая), аккумулирующая на матрице не сами лучи, а информацию об их «потенциале», что позволяет как угодно «дорисовать» кадр. Технология была разработана в 2005 году в Стэнфордском университете, а теоретическая возможность ее появления была обоснована еще в 1908‑м. В планах у Lytro – кинокамера разрешением 755 Мп.

Логический предел этой идеи – микрокамера без объектива, с матрицей из одного пикселя, не снимающая, но измеряющая окружающие объекты. За последующую работу отвечает процессор, который должен быть на порядок мощнее сегодняшних, ведь речь идет о миллиардах измерений для создания одного кадра. На помощь матрице придут другие датчики устройства – гироскоп, микрофон, термометр. Регистрируемая ими информация позволит точнее «вычислить» окружающую среду.

Такие камеры достигнут немыслимого сегодня художественного уровня, поскольку исчезнет понятие «прямого» изображения, бесхитростно документирующего реальность, утверждает профессор информатики Стэнфордского университета Марк Левой в авторском курсе лекций о цифровой фотографии. По его словам, каждый снимок станет «амальгамой, интерпретацией, улучшением или вариацией» своего прототипа – как модернистская живопись XX века в сравнении с реалистической.

Пока до описанного Левоем будущего далеко, но размеры фотокамер продолжат сокращаться, считает Михаил Топтыгин. По его прогнозу, в 2022–2025 годах появится камера размером 6х6х6 см с неограниченным числом мегапикселей. В дальнейшем революцию произведут наноустройства и вживляемые в оператора системы. «Это будут чипы на основе белковых молекул, встраиваемые в контактные линзы, считывающие сигнал с мозга или сетчатки глаза и пересылающие его беспроводным путем, – говорит он. – Питание будет происходить за счет солнечных батарей либо ресурсов организма, к которому подключен чип. Как только это появится, фотоаппаратам в их нынешнем виде придет конец. Процесс съемки изменится до неузнаваемости».

Shutterstock
Благодаря техническому прогрессу сегодня заработать на фотографии проще, чем когда-либо. В результате она превращается из творческой профессии в обычное ремеслоShutterstock

Не щелкай затвором

Но уже в наши дни роль фотографии в обществе и культуре изменилась. Вопрос о недостатках техники больше неактуален, теперь нужно разобраться с «человеческим фактором», призывает Игорь Скрынников. То есть с пробелами в образовании тех, кто этой техникой пользуется.

«Сейчас фотографирует каждый, многие даже зарабатывают на этом, но мало кто действительно умеет это делать, – сетует он. – Люди не хотят развиваться. Если ты на что-то претендуешь, то сделать технически удачный кадр уже недостаточно, ведь это стало так просто. Году в 2005‑м, когда зеркальные камеры были диковинкой, «фотограф» было серьезным званием, почти как художник. Сейчас это не креативная профессия: в лучшем случае ремесло, а в худшем – ругательство, мол, ничего не умеешь, кроме как затвором щелкать. Произошла девальвация фотоискусства. Полистайте Instagram или Flickr. Тысячи картинок, в которых сложно что-то найти. Все снимают как бы одно и то же, мало прорывов, выдающихся работ. И даже если они попадаются, то надолго в поле зрения не задерживаются. В 2000‑х модный фотограф был в тренде пять лет, а теперь – от силы три месяца. Вспыхнула звезда, и тут же о ней забыли. В Instagram жизненный цикл фото и вовсе один день. Дальше все проваливается вниз по ленте, никто об этом кадре не вспомнит. Лучшее, что может случиться с фотографией, – кто-то поставит ее на аватар, и она подольше повисит на виду».

По мнению Скрынникова, обратной стороной «развращенности» техникой стал ренессанс аналоговой фотографии. В самом деле, в этой сфере наблюдается немалая активность. Компании запускают на конвейер новые типы пленок (Kodak недавно восстановил производство T‑MAX P3200 и Ektachrome), перепроектируют на современный лад старые камеры (анонсирована первая за 25 лет пленочная зеркалка с модульной конструкцией от Reflex). «Парадокс: с одной стороны, производители современных камер бьются насмерть, улучшая светочувствительность, автофокус и прочие параметры. А с другой – люди намеренно уходят от технического совершенства, предпочитая ему «душевные» пленочные фото. Кто-то над этим смеется, но неспроста даже голливудские режиссеры до сих пор снимают на пленку. Она дает важный психологический эффект уникального творения», – подытоживает Скрынников.

Более оптимистично смотрит в будущее цифровой фотографии Сергей Щербаков. «Зачем отказываться от прогресса? – недоумевает он. – Люди едва-едва освободились от технических ограничений, и сегодня на первый план выходит эмоциональная составляющая творчества. 30 лет назад у меня была камера стоимостью с трехкомнатную квартиру, и все смотрели на меня с завистью. А сейчас дети делают такой кадр, который мне тогда и не снился. Это же здорово. Творите!»

КОНТЕКСТ

11.11.2018

Искусство не для искусства

Подводный фотограф, бизнесмен и меценат, президент Международного фестиваля дикой природы «Золотая черепаха» Андрей Сухинин рассказал «Профилю» о трендах в современной фотографии, планах по развитию фестиваля и экологическом просвещении в России

Спасибо, что читаете нас!
Давайте станем друзьями:

Спасибо, не сейчас