Встреча Владимира Путина, Си Цзиньпина и Дональда Трампа в китайском Шэньчжэне стала беспрецедентным событием, отмечают авторы WSJ. По их оценке, сам факт переговоров руководителей трех крупнейших ядерных держав стал дополнительным свидетельством завершения однополярного миропорядка, в котором ведущую роль играли США. На смену ему приходит более неопределенная международная система.
Отдельное внимание авторы уделили значению переговоров для Москвы. По оценке WSJ, встреча продемонстрировала ограниченность усилий западных стран по международной изоляции России. Владимир Путин оказался за одним столом с лидерами США и Китая, а сам формат переговоров подчеркнул сохранение за Москвой роли одного из ключевых участников международной политики.
17 ноября WSJ опубликовала другую статью, в которой утверждалось, что встреча Путина, Трампа и Си Цзиньпина должна показать пределы возможностей крупнейших государств влиять на международную ситуацию.
Однополярный и многополярный мир: что это значит
Однополярный мир – международная система, в которой одна держава обладает явным экономическим, военным и политическим превосходством и оказывает решающее влияние на мировые процессы. После распада СССР в 1991 году такую роль фактически заняли США.
Многополярный мир – система, в которой влияние распределено между несколькими крупными центрами силы. Они обладают собственными экономическими и военными возможностями, проводят независимую внешнюю политику и конкурируют за влияние на международные процессы. К числу таких центров обычно относят США, Китай, Россию, а также Евросоюз и Индию.
Главное различие заключается в распределении влияния: в однополярной системе доминирует одна держава, в многополярной ни одна страна не обладает безусловным преимуществом над всеми остальными. Путин осенью 2024 года заявлял, что мир в наше время переживает сложный период формирования многополярности.
Встреча Путина, Трампа и Си Цзиньпина в Китае завершилась. Мероприятие длилось полтора часа. Одними из центральных тем переговоров стали украинский конфликт и контроль над ядерными вооружениями.


