Наверх
6 мая 2021

Что ждет американо-немецкие отношения при президенте Байдене

©Rainer Jensen / AFP / East News

Германия была одной из тех стран, что желали победы Джозефу Байдену особенно горячо. Правление Дональда Трампа запомнится немцам надолго, и воспоминания эти приятными не назовешь. Поэтому сегодня Берлин хочет поскорее перевернуть страницу и приступить к решению проблем, накопившихся за последние четыре года в американо-немецких отношениях.

Праздник демократии

В Берлине в день инаугурации Байдена не скрывали эмоций и не скупились на громкие слова. Ангела Меркель назвала событие «праздником американской демократии», а федеральный президент Франк-Вальтер Штайнмайер признался, что испытал облегчение при виде того, как 46-й президент США въезжает в Белый дом. «Это были непростые четыре года», – резюмировал итоги американо-немецких отношений в период правления Трампа министр иностранных дел ФРГ Хайко Маас.

Распрощавшись наконец с Трампом, немецкие политики теперь говорят о начале новой эпохи или как минимум открытии новой главы в трансатлантических отношениях. На возвращение к временам Обамы уже никто не надеется – изменилась Америка, изменился мир. И хотя, если не считать   пандемии и «вакцинной лихорадки», проблемы перед Западом стоят, по большому счету, все те же, подходы к ним придется искать новые. Как выразился премьер-министр Баварии и возможный кандидат в канцлеры Маркус Зёдер, «трансатлантический мост будет отстроен заново, а возникшие при Трампе руины мы должны оставить в стороне».

Но вот что немцы, а вместе с ними и другие европейцы, по крайней мере западные, точно рассчитывают вернуть, так это прежний тон отношений. В Байдене они видят своего единомышленника и уверены, что он, в отличие от Трампа, никогда не будет ставить Евросоюз в один ряд с Китаем и Россией в списке недругов США. От Вашингтона теперь ждут проявления хотя бы видимости уважения к партнерам и консультаций с ними перед принятием касающихся их решений.

Чего можно ждать от нового лидера правящей партии Германии?

В свою очередь, Берлин, считая трансатлантические отношения «незаменимыми перед лицом современных глобальных вызовов», готов договариваться и сотрудничать, в том числе и в тех вопросах, по которым с прежней американской администрацией у него были существенные разногласия. В день инаугурации Байдена Маас заявил, что новый президент США продолжит рассматривать КНР в качестве главного внешнеполитического вызова. «И здесь есть моменты, по которым мы в будущем должны лучше и больше сотрудничать. Мы готовы», – прозрачно намекнул глава МИД Германии.

Очевидно, что противодействие Китаю (а вместе с ним и другим представителям «мирового авторитаризма») ляжет в основу нового этапа трансатлантической дружбы. Пока политики не очень охотно конкретизируют эту тему. В ноябре прошлого года Маас и его французский коллега Жан-Ив Ле Дриан осторожно писали про то, что «с приходом Байдена станет снова возможна трансатлантическая сплоченность как в отношении автократов, так и в отношении стран, пытающихся усилиться за счет подрыва международного и регионального порядка». Но эксперты, консультирующие немецкое правительство, уже вполне открыто ставят Китай и Россию в качестве главных вызовов в центр новой повестки отношений с Америкой.

Экономический фронт

Разворачивающийся конфликт США и Китая, по крайней мере в обозримой перспективе, вряд ли перерастет в настоящую войну. Поэтому основным его «полем боя» наравне с идеологией станет экономика во всех ее аспектах.

Берлин в этой связи ждет от Вашингтона в первую очередь отмены барьеров, установленных Трампом в трансатлантической торговле. Для Германии это, конечно, вопрос денег – как своих, так и партнеров по Евросоюзу. Но, кроме того, это еще и вопрос доверия – друзья, а Соединенные Штаты при Байдене немцами рассматриваются именно в качестве друга, так не поступают. Тем более что американский рынок ключевой для немецкой экспортоориентированной промышленности.

А после того как будет решена эта в общем-то не самая существенная проблема с барьерами, немцы планируют поставить вопрос о возобновлении переговоров по трансатлантической зоне свободной торговли (ЗСТ). Быстрого возвращения к проекту уровня ТТИП, от которого Трамп отказался еще в 2017 году, они, впрочем, не ждут. Берлин пока осторожно высказывается о возможном таможенном соглашении с США, которое затем уже можно будет развить до полноценной ЗСТ. Но чем скорее это произойдет, тем с немецкой точки зрения лучше. Германия с беспокойством смотрит на аналогичную активность Пекина и особенно на заключенное в конце прошлого года Всестороннее региональное экономическое партнерство в Азиатско-Тихоокеанском регионе, понимая, что явно проигрывает Китаю в «конкуренции зон».

К тому же в союзе с Америкой ЕС явно усилит свои глобальные экономические позиции, и вместе они смогут наконец-то «взломать» китайский рынок, обеспечив себе на нем более выгодные условия. Той же цели должна служить реформа ВТО, которую европейцы рассчитывают провести также при поддержке американцев в ближайшие четыре года.

По «экономической статье» проходит и весьма перспективная тема защиты климата вместе с неразрывно связанной с ней темой возобновляемой энергетики. Лидеры немецких «Зеленых» Роберт Хабек и Анналена Бербок на днях предложили поставить этот вопрос в центр будущих трансатлантических отношений. Экология для «Зеленых» – это, конечно, святое, но дело тут не только в ней. В ближайшее время, особенно после того как Байден одним из первых своих указов отменил выход США из Парижского соглашения, рынок возобновляемой энергетики будет стремительно расти и принесет многомиллиардные прибыли тем, кто будет устанавливать на нем стандарты и лидировать в технологиях. И немцы намерены в полной мере реализовать весь свой опыт и потенциал, накопленный в этой сфере за прошедшие годы. Естественно, в сотрудничестве с американцами и конкурируя с Китаем.

Технологии и стандарты станут главным предметом противостояния с Пекином и в цифровой сфере. Еще не решен вызвавший множество конфликтов вопрос о 5G, а впереди уже просматривается новая проблема – искусственный интеллект и его широкое применение во всех сферах, в том числе и военной. К тому же «цифра» сама по себе превращается в поле боя как на внешнем, так и на внутреннем фронте. И Германии здесь нужны союзники, не просто обладающие технологиями, которых нет у европейцев, но еще и достаточно надежные, понятные и желательно «духовно близкие». КНР, несмотря на всю свою технологическую развитость и экономическую привлекательность, последним трем критериям явно не соответствует.

При Трампе Германия и Евросоюз пытались придерживаться нейтралитета в конфликте Вашингтона с Пекином. Европейцы определили для себя Китай одновременно в качестве «партнера, противника и конкурента». Но в рамках новой трансатлантической дружбы выдержать эту линию вряд ли удастся, и европейские политики, хорошо это понимая, еще до того как стало известно имя нового хозяина Белого дома, начали говорить о том, что выбор стороны для них очевиден, и это не Китай.

Социологи, часто подмечающие тренды раньше других, уже задают немцам вопрос о том, какую сторону должна занять ФРГ в американо-китайском конфликте. Подавляющее большинство выступает за нейтралитет, и политики наверняка примут это к сведению при реализации последующих решений. Однако сам характер этих решений общественное мнение вряд ли изменит – обстановка не та. В конце концов, в начале 2014 года большинство в Германии тоже было за нейтралитет в назревающем противостоянии Запада и России, но на внешнеполитическую позицию Берлина это никак не повлияло.

Хорошие новости

«Везде совершенно верно говорят, что Европа должна взять на себя больше ответственности. Не только в военном плане, но также в дипломатической сфере и других вещах. Хорошая новость, однако, заключается в том, что мы в Германии к этому готовы, и Европейский союз к этому готов», – эти слова Меркель на пресс-конференции 21 января прозвучали как ответ Байдену, только запоздавший на 12 лет.

В 2009 году Байден, только вступивший в должность вице-президента, выступая на Мюнхенской конференции по безопасности, объявил, что у него есть две новости: хорошая – Америка теперь будет делать больше для своих союзников и плохая – требовать от них она тоже будет больше. Перед лицом усиливающегося Китая администрация Обамы намеревалась подтолкнуть своих европейских партнеров к большей самостоятельности, чтобы разделить с ними «нагрузку» и освободить себе руки для «разворота в Азию». В обмен же европейцам, в первую очередь немцам, предлагалось разделить с американцами глобальное лидерство.

Как стоит вести себя Европе на фоне холодной войны Америки и Китая

В Европе, как видно, об этом предложении не забыли и сейчас ждут возвращения к схожей схеме партнерства. Берлин еще в начале 2014 года подтвердил, что готов в ней участвовать, громко заявив в том же Мюнхене о намерении взять на себя больше ответственности в международных делах. Но тогда это были, по большому счету, только слова. Несмотря на все заклинания о подъеме КНР и надвигающихся «тектонических сдвигах» на мировой арене, семь лет назад ЕС не видел для себя особых угроз, и даже украинский кризис на тот момент еще не вышел за пределы киевского майдана.

Но за семь лет многое изменилось. Обеспечить Евросоюзу стратегическую автономию, которая стала бы общеевропейским ответом на предложение администрации Обамы, Германия не смогла, однако накопленный с 1990-х миролюбивый оптимизм вместе с характерным для их политики пацифизмом немцы уже изрядно подрастеряли и теперь смотрят на мир более прагматично.

За последнее время министр обороны Аннегрет Крамп-Карренбауэр уже не раз говорила о необходимости немецкого военного присутствия в различных регионах мира и в первую очередь в Азиатско-Тихоокеанском – для защиты интересов Германии и ее союзников, в том числе экономических. В 2010-м за подобные высказывания федеральный президент Хорст Кёлер лишился своего поста, но сейчас слова министра не вызывают острой реакции – времена уже другие, и немецкая политика тоже. При новой американской администрации эти намерения наверняка будут реализованы, тем более что в немецком минобороны на этот счет уже есть конкретные планы.

Изменений стоит ждать и в Европе. Берлин вместе с Парижем теперь станут главными партнерами Вашингтона, а Варшава и прочие восточноевропейцы, на чувствах которых умело играл Трамп, скорее всего, утратят привилегированное положение. Но к разрядке на «восточном фланге» вновь коллективного Запада это вряд ли приведет.

Немецкие политики в последние четыре года не уставали повторять, что хорошо понимают опасения Восточной Европы по поводу России. Во многом эти заявления были обоснованы стремлением Берлина не допустить раскола в ЕС, чего явно добивался Трамп, переводя военное сотрудничество с той же Польшей на двустороннюю основу. Но теперь немцы при поддержке американцев, конечно, должны будут подтвердить свои слова на деле. И если «форта Байден» полякам ждать явно не стоит, то какой-нибудь общеевропейский «форт» имени будущего немецкого канцлера в восточной части ЕС появиться может.

Европа и близлежащие регионы должны теперь стать зоной ответственности самих европейцев в их глобальном «разделении труда» с США. И Париж с Берлином уже подтвердили, что готовы взять на себя ответственность за безопасность «от Сахеля через Средиземноморье до Ближнего и Среднего Востока, включая Персидский залив». Постсоветское пространство в этот список, безусловно, тоже попадет, хотя тут, конечно, Германия и ЕС будут действовать «мягкими» средствами – на примере Белоруссии Берлин уже показал, что готов работать с лидерами местных протестных движений, и следующим таким примером, по всей видимости, станет Россия.

Акция протеста против реализации проекта «Северный поток-2»

Jens Buttner/DPA/Picture-Alliance via AFP/East News

Проблема газа

Индикатором того, как будет развиваться «российская политика» Германии в контексте новой трансатлантической дружбы, во многом станет решение вопроса о «Северном потоке-2». Газопровод остался одним из последних символов былого стратегического сотрудничества Москвы и Берлина, что признают сейчас и те немецкие политики, кто призывает сохранить проект хотя бы ради поддержания диалога с Россией.

Меркель, по ее собственным словам, «пока не изменила своей позиции», и немецкое правительство продолжает отбивать все нападки на газопровод. Но Берлин уже заявил о готовности обсуждать вопрос с администрацией Байдена, и, как сообщил недавно журнал Spiegel, первые консультации при посредничестве «Атлантического совета» начались еще перед Новым годом. Есть уже даже модель компромисса: достройка газопровода в обмен на расширение поставок американского газа в ЕС и преференции восточноевропейцам – как экономические, так и в сфере безопасности.

Берлин в компромиссе заинтересован, и, как говорит представитель немецкого МИД Нильс Аннен, несмотря на сохраняющееся расхождение во мнениях, выдвинутое американцами предложение сформулировано на «приятном новом языке».

Отказываться от проекта Германия, конечно, не хочет – это повлечет за собой долгосрочные экономические потери и к тому же сложно с юридической точки зрения. А кроме того, «переходный» для немецкой энергетики газ в СП-2 со временем планируется заменить на перспективный водород. С технической точки зрения, как уверяет Восточный комитет германской экономики, газопровод для этого полностью подходит, а переговоры о возможном участии России в немецкой водородной стратегии уже идут.

Но как-то решать вопрос Берлину надо – это сразу устранит одну из основных проблем в отношениях с Вашингтоном, сгладит противоречия внутри ЕС и станет хорошим закладочным камнем в фундамент того самого «нового трансатлантического моста». На что конкретно готова пойти Германия ради строительства этого сооружения, мы, вероятно, узнаем в ближайшее время, учитывая, что США только наращивают санкции против СП-2, затягивать поиск решения немцам нет никакого смысла.

Читать полностью (время чтения 8 минут )
Избранные статьи в telegram-канале ProfileJournal
Больше интересного на канале Дзен-Профиль
Самое читаемое
06.05.2021
05.05.2021